Протоиерей Иоанн Толмачев - 3.Недели по Троице 1-17

В то время, как первые два раба с полным усердием трудились над умножением вверенных им талантов, последний, зарыв свой талант, все время занят был тем, как ему ответить своему господину, и в своей злобе он перебрал все, что только могло служить к оправданию его поступка. Он поступил совершенно правильно, размышлял он. В самом деле, что ему за охота стараться о приумножении капитала своего господина, когда последний жестоко и незаслуженно оскорбил его. Разве он хуже других, а между тем, ему вверен был всего один жалкий талант. Пусть же господин поймет, какую обиду он нанес своему верному рабу, и за это пусть поплатится хотя тем, что его талант не принес ему никакой прибыли. Эти злые мысли вполне овладели сердцем ленивого раба и он, пребывая в своей ленивой апатии, составил на досуге даже целую оправдательную для себя и обвинительную для господина речь, которую и не приминул с полной наглостью произнести, когда господин потребовал у него отчета во вверенном серебре. Подойдя к господину, он дерзко сказал ему: "господин! я знал тебя, что ты человек жестокий, жнешь, где не сеял, и собираешь, где не рассыпал; и, убоявшись, пошел, скрыл талант твой в землю; вот тебе твое." Вся эта речь проникнута злобой и лукавством, и ложна в своей основе.

Что господин не был таким жестоким и хищным скопидомом, который требовал прибытка во что бы то ни стало, не соображаясь ни с какой справедливостью, показало его отношение к первым двум рабам, которых он похвалил и наградил одинаково, хотя каждый из них приобрел для него далеко не одинаковую сумму. Значит, он вполне удовлетворился бы и тем малым приобретением, которое мог бы сделать и этот раб сообразно с вверенным ему небольшим капиталом. Но он не хочет этого признавать, и, оправдывая свою неизвинительную ленность, клевещет на господина и оскорбляет его, тем самым обнаруживая свою злую, негодную душу. За то и последовал ему вполне заслуженный приговор: "лукавый раб и ленивый! ты знал, что я жну, где не сеял, и собираю, где не рассыпал; посему надлежало тебе отдать серебро мое торгующим,[1248] и я пришед получил бы мое с прибылью. И так возьмите у него талант, и дайте имеющему десять талантов. Ибо всякому имеющему дастся и приумножится; а y неимеющего (по своей ленности и злобному недовольству) отнимется и то, что имеет, (потому что он недостоин иметь, так как то, что требует развития и приумножения, он по своей ленности зарывает в землю, где оно и лежит без всякой пользы и употребления). A негодного раба выбросьте во тьму внешнюю; там будет плачь и скрежет зубов." И, заканчивая эту притчу, Божественный Проповедник, чтобы сильнее обратить на нее внимание слушателей, воскликнул: "кто имеет уши слышать, да слышит!" Этим же возгласом и теперь заканчивает свое евангельское чтение Святая Церковь, приглашая нас хорошенько вникнуть в содержание и смысл притчи.

В настоящей земной жизни мы все рабы своего небесного Господина, который, отправившись в далекую заоблачную страну, где Он сидит в неизреченной славе одесную Отца, вверил каждому из нас известную долю Своего духовного богатства, чтобы мы приумножали его, пока Он не приидет опять, чтобы потребовать от нас отчета в успехе наших дел. Без этого духовного богатства мы были бы жалки и бедны, были бы подобны рабам, которых господин оставил в пустом доме, не дав им не только серебра для торговых оборотов, но и средств для пропитания. Нам оставалось бы идти по распутьям и искать себе пропитания или испрашиванием подачки, или даже дерзким посягательством на чужое достояние. Таково именно в известном смысле было состояние человечества в древнем мире, когда человечество, будучи за свое преступление, так сказать, связано и выброшено во тьму кромешную, разбрелось по распутиям, предавалось всевозможным страстям и преступлениям, пока не пришло наконец к ужасной бедственности, избавить от которой и явился Спаситель. Собрав заблудших и погибавших рабов в одно домохозяйство — царство Божье, основанное на земле в виде Святой Церкви, — небесный Господин, заплатив Своей кровью за все преступления этих жалких рабов, благоустроил их, каждому дал свое назначение, одних поставил учителями и пастырями, других пасомыми, и, удаляясь опять в далекую заоблачную страну, наделил еще каждого известным количеством талантов — с возложением на каждого обязанности приумножать эти таланты, так как от приумножения их зависит это самое благоустройство и процветание домохозяйства, как и благосостояние каждого из них самих. Эти духовные таланты чрезвычайно разнообразны и распределены в неодинаковой степени, а сообразно с силами и правоспособностью каждого. Но все разнообразие талантов может быть подведено под три разряда.

Во-первых, это, прежде всего, дары благодати, такие как вера, надежда, любовь, целомудрие и всякая другая добродетель, дар творить чудеса, с особенным успехом руководить и пасти души человеческие, способность с преимущественным благословением отправлять духовную или ответственную в религиозно-нравственном отношении должность, одним словом, всякий дар, имеющий отношение к религии и нравственности.[1249] Все получившие этого рода таланты вполне могут быть уподоблены тому верному рабу, которому вверено было пять талантов, и если приумножение этих талантов способно приобрести высшую похвалу от Господа, то и пренебрежение ими необходимо навлекает Его высший гнев.

Во-вторых, под талантами разумеются и все естественные дарования и способности, ум, глубокая проницательность, способность правильного суждения, такт, доброе здоровье и пр. И эти дарования и способности составляют также важное и необходимое условие земного бытия, но они составляют уже лишь естественную основу, на которой успешнее может идти приумножение талантов первого рода, и в царстве Божием они не даются отдельно, а в связи с первыми, и если люди иногда стараются обойтись только с этими талантами, отвергая первые, то это приводит лишь к крайней односторонности, к разладу между природой и благодатью, между умом и сердцем, знанием и верой, как это, к несчастью, мы и видим нередко теперь.

К третьей группе талантов принадлежат все преимущества, какими обладают люди в земной жизни: имущество, честь, положение. Эти преимущества также составляют важный элемент в условиях земной жизни, и ими люди столь же неравномерно наделены, — как и другими талантами. Все эти таланты распределены между нами так, что каждому дано сообразно с его силами, способнейшим и вернейшим больше, посредственнным меньше и так далее, и сообразно с этим распределением возложена и ответственность на каждого: кому много дано, с того много и взыщется.

И благо нам, если мы, помня урок притчи, будем ревностно стараться о приумножении вверенных талантов. Тогда в конце земного поприща мы услышим радостный возглас своего Господа: "верные рабы! войдите в радость Господина своего!"

Но горе нам, если мы, подобно лукавому рабу притчи, будем или зарывать свои таланты, или еще хуже — злоупотреблять ими, т. е. не только не увеличивать их в пользу домохозяйства для поддержания его благосостояния, а, например, помогать этими талантами разрушительным замыслам врагов своего Господина, рыскающим вокруг с целью подорвать благосостояние или даже совершенно разрушить основанное Господом на земле домохозяйство, как это и делают в наш век многие из тех, которые наделены великими талантами ума и сердца, учености и образования, но все это обращают не на созидание Христова домохозяйства или Церкви, а на разрушение ее. Каждому из таких рабов нерадивых в день последний прогремят грозные слова праведного гнева Божия: "лукавый раб и ленивый!" — и он будет связан и выброшен во тьму кромешную. Имеющий уши слышать — да слышит!

Филарета, архиеп. Черниговского. Слова и беседы. Част IV, стр. 113.

Григория. арх. Казанского и Свияжского. Соч. т. I, стр. 210.

Евсевия, арх. Могилевского. Проп. на воскр. и празд. дни.

Сергия, архиеписк. Владимирского. Годичный круг слов, стр. 94.

Димитрия, арх. Херсонского. Полн. собр. проп. Том III.

Августина, еписк. Екатеринославского. Сборн. слов, поуч., бесед и речей.

Сергиева, И. (Кронштадтского) прот. Полн. собр. сочинений, т. I, стр. 494.

Белоцветова, прот. Круг поучений, стр. 119.

Путятина, Р. прот. Полное собрание ч., стр. 128.

Кудруцкого, В., свящ. Внебогослужебные беседы, стр. 111.