Современная проза читать бесплатно и без регистрации. Cтраница 174

Мысли об этой женщине разламывали мозг; вид ее вызывал генитальную тревогу. Ее легче было убить, чем сделать своей; легче проклясть, чем понять. Глядя на хозяйку – владелицу клуба «Разноцветные педали» Арину Балованцеву, ее личный секретарь Валера чувствовал: рядом с ней надо быть героем – благородным, великодушным, мужественным. Или не быть совсем, уйти с Арининой орбиты... Но как уйти – если она притягивает и манит, если вокруг нее жизнь становится яркой и осмысленной! И как признать, что ты, мужчина, не только не герой, но и проигрываешь женщине по всем показателям?! Зависть. В душе Валеры разрасталась зависть. Хотелось доказать, что Балованцева не так уж и хороша, что ее величие – только пиар-ход. И однажды эта возможность представилась.

Повесть.

"…О, Господи, если ты есть, и кем бы ты ни был! Помилуй и спаси меня! Человек не рожден летать. Сама идея о том, что наше хрупкое тело, мешок с кровью и костями, нелепый, но причиняющий душе невыносимые страдания, поднимается ввысь под рев моторов, противна мирозданию. Любая паршивая птица, глупо разевающая свой клюв, будучи случайно засосанной в турбину, может вызвать катастрофу – мысль эта заставляет мое сознание протестовать, а меня задыхаться, вжиматься руками в обтрепанные подлокотники кресел... Кстати, о турбине. Вон она, рядом, за иллюминатором. Скажите мне, ради всех святых, почему эта круглая громадина так гадко дрожит, будто вот-вот оторвется от крыла. И почему крыло это живет своей странной жизнью, почему оно колеблется, ездит взад и вперед над клочком тусклых огоньков…"

«В жизни каждого бывает один вечер, как-то связанный со временем, с памятью и песней». Рассказ-воспоминание Брэдбери о таком вечере. Много лет назад друзья писатели собрались вместе, чтобы почитать свои произведения. Но вместо этого они до трёх часов ночи пели песни и пили вино.

Почему современные мужчины не защищают честь дамы на шпагах или пистолетах? Потому что современные женщины оберегают избранников от ситуаций, требующих дуэльных доблестей. Мы их пилим, зудим, капризничаем, но они столько работают, что все средневековые доблести давно превратились в честолюбивые карьерные стремления! И если вам удалось отбить Прекрасного принца у его законной, но недостойной половины, с честью пройти испытание «знакомство с будущими родственниками», связать себя узами брака именно с тем, о ком мечтаете, не поддаться на провокации «лучшей подруги», простить дорогому существу случайный флирт на стороне, тогда… Тогда ждите сюрпризов от детей и внуков! А в остальном, прекрасная маркиза…

Афганец Атик Рахими живет во Франции и пишет книги, чтобы рассказать правду о своей истерзанной войнами стране. Выпустив несколько романов на родном языке, Рахими решился написать книгу на языке своей новой родины, и эта первая попытка оказалась столь удачной, что роман «Сингэ сабур (Камень терпения)» в 2008 г. был удостоен высшей литературной награды Франции — Гонкуровской премии. В этом коротком романе через монолог афганской женщины предстает широкая панорама всей жизни сегодняшнего Афганистана, с тупой феодальной жестокостью внутрисемейных отношений, скукой быта и в то же время поэтичностью верований древнего народа.* * *Этот камень, он, знаешь, такой, что если положишь его перед собой, то можешь излить ему все свои горести и печали, и страдания, и скорби, и невзгоды… А камень тебя слушает, впитывает все слова твои, все тайны твои, до тех пор пока однажды не треснет и не рассыпется.Вот как называют этот камень: сингэ сабур, камень терпения!Атик Рахими* * *Танковые залпы, отрезанные моджахедами головы, ночной вой собак, поедающих трупы, и суфийские легенды, рассказанные старым мудрецом на смертном одре, — таков жестокий повседневный быт афганской деревни, одной из многих, оказавшихся в эпицентре гражданской войны. Афганский писатель Атик Рахими описал его по-французски в повести «Камень терпения», получившей в 2008 году Гонкуровскую премию — одну из самых престижных наград в литературном мире Европы. Поразительно, что этот жутковатый текст на самом деле о любви — сильной, страстной и трагической любви молодой афганской женщины к смертельно раненному мужу — моджахеду.

Психологический роман «Оле Бинкоп» — классическое произведение о социалистических преобразованиях в послевоенной немецкой деревне.

Новый роман Олега Егорова, публикуемый на Либрусеке вслед за «Вепрем» иДевятым чином», способен ввергнуть даже самых преданных поклонников творчества автора в состояние, лучше всего определяемое коротким словом «шок». Что произошло? Мы помним изящно-абсурдных, восходящих к традициям Кэрролла и Милна «Подбитых ветром», безысходно-мрачного, пугающего своим мистическим реализмом «Вепря», головокружительную детективную интригу «Смотрящих вниз», абсурдные злоключения героя «Девятого чина», потерявшего своего ангела-хранителя…На таком фоне «Казейник Анкенвоя» поражает не только предельной (а часто и запредельной), исповедальной откровенностью, но и необычным для жанра романа ужасов обилием чёрного юмора, иногда совершенно зашкаливающим. Роман ещё до своей публикации вызвал немалый скандал: современники автора, чуть ли не анатомически описанные в «Казейнике», обвинили Егорова в клевете, безмерном цинизме, мизантропии, русофобии и других смертных грехах (впрочем, подобные обвинения ещё со времён «Вепря» сделались вполне традиционными). К сожалению или к счастью для них, «Казейник Анкенвоя» адресован совсем другой возрастной аудитории – нынешней думающей молодёжи. И все же «Казейник» оставляет двойственное впечатление. Что в сухом остатке? Крайняя озлобленность автора, вызванная окружающей реальностью, или все-таки глубокое предвидение неизбежных и чудовищных последствий нашей беспечности?Роман во многом автобиографичен, как и все тексты Егорова, бескомпромиссен и выделяется редким в современной русской литературе вниманием к слову (черта, ставшая визитной карточкой автора).«Читать правду о себе неприятно. И тяжело», - пишет Олег Егоров. Но оно того, поверьте, стоит.

В эпоху всемирной глобализации, интернетизации и эгоцентризма очень трудно жить и не ожесточиться сердцем, сохранить способность искренне сострадать ближнему своему и делить все в мире не на один, а хотя бы на два. На себя и еще кого-то, кто тебе дорог и ради кого ты можешь пожертвовать чем-то важным.Дарьяна Антипова написала книгу о нашей современности, увидев ее жадными глазами счастливого и незлопамятного человека.

Рышард Капущинский (1932–2007) — крупнейший польский репортер и писатель. Он объездил весь мир, был свидетелем нескольких десятков войн, переворотов и революций. Перед читателем портрет Геродота — первого великого репортера древности, написанный пером одного из крупнейших репортеров современности. Фоном для истории войн древних греков и персов Капущинский делает события политической истории XX века и свой собственный путь как журналиста и писателя.

Заглавная повесть одноименной трилогии, в которую входят также повесть «Прохор Меньшутин» и роман «Линии судьбы, или Сундучок Милашевича». Написана в 1977 г., опубликована первоначально в журнале «Новый мир» в 1993 г., затем в книге «Возвращение ниоткуда» (1998). Публикуется по «Новый Мир» 1993, № 11

Проза Льва Портного — это увлекательные истории о том, как неожиданно меняется жизнь человека, когда нарушается привычный ход событий. Сборник «Улавливающий тупик» объединяет произведения, главному герою которых выпали самые разные испытания: головокружительный успех в бизнесе, внезапный провал во времени, а то и просто большая пьянка.

Дебютный роман молодого финского писателя Микко Римминена (род. 1975) повествует об одном дне из жизни трех приятелей, живущих в самом сердце Хельсинки — районе Каллио. Главные герои — Маршал, Жира и Хеннинен — проводят все свое время в бесцельных блужданиях по паркам и скверам родного района, потягивая пиво и предаваясь созерцанию и бесконечным разговорам ни о чем, в то время как перед ними, как на сцене театра, разворачивается привычная картина городской жизни во всем своем рутинном разнообразии.

Роман-шок «Последний мужчина» — книга о живущей в людях подлинной свободе. Не той, к которой зовут площади и мнимые борцы, а единственной, молящей разбудить её. Но она и о чудовище, скрытом внутри нас. Ежечасно, изо дня в день, из века в век человек вершит суд над монстром. Каждый по-своему. С разным успехом. А многие и договариваются. Но неотвратимо у последней черты мы задаем себе вопрос. Какой? Откроет книга.

«Город и столп» — книга о первом чувстве школьника из Вирджинии Джима Уилларда к своему приятелю Бобу Форду. Между их первой едва спустившейся ночью чистой любви и кромешной полночью жестокости и насилия проходят десять лет. Все это время Джим ждет встречи, хранит в сердце свет вспыхнувшей страсти, а молодость тает, превращается в зрелость. И мужчины умеют любить… мужчин — к этому выводу ведет автора Джим. Очень скоро важным становится факт его безупречной мужественности. Вне зависимости от того, в какой роли, активной или пассивной, он выступает в сексе. Главное, что Джим — не манерная «королева». Джим Уиллард — мужик больше, чем все его приятели-моряки, которые давно обзавелись семьями… Но основной признак их мужественности — компании дешевых проституток в каждом порту.

Название новой книги Николая Семеновича Тихонова удивительно перекликается с подзаголовком его первого поэтического цикла: более чем полвека назад тогда еще совсем молодой поэт поставил перед своими стихами по-солдатски скромные и строгие слова — „Из походной тетради". И вот теперь читатель открывает книгу крупнейшего мастера нашей литературы — „Книгу пути". Объясняя в кратком предисловии смысл этого названия, автор связывает его с восточными традициями и темами Азии, —мы же не можем не связывать „Книгу пути" также и с личностью самого писателя, с его биографией, с его кипучей общественной деятельностью.Более полувека назад дух революции, грозовой ветер надвигавшихся перемен захватили юношеское воображение Николая Тихонова, и с тех далеких лет он как бы вобрал в себя величайшую истину жизни — служение народу и делу освободительной борьбы.С винтовкой в руках, рядовым бойцом Красной Армии,  поэт защищал революционный Петроград от белогвардейских полчищ Юденича, а спустя двадцать с лишним лет, во время Великой Отечественной войны, в тяжелые дни блокады, он снова был среди защитников родного города. Его поэтический голос вдохновлял на борьбу не только героических земляков-ленинградцев, — прорываясь сквозь блокаду, он проникал в сердца всех советских людей, вселяя в них веру и волю к победе.В течение полувека книга за книгой ложились на стол читателю. Они были удивительны и каждый раз становились явлением в нашей литературе; они — как живая история, как свидетельство очевидца — рассказывали о трудных и замечательных годах рождения и становления нашего социалистического государства, раскрывали богатство духовного мира советского человека; они служили и продолжают служить великому делу на земле — строительству коммунизма. Николай Семенович Тихонов первым среди советских писателей был удостоен высокого звания Героя Социалистического Труда.Участник четырех войн, он известен ныне как неутомимый борец за мир на нашей планете. Огромный творческий и жизненный опыт, постоянное стремление к необычному и новому, к далеким странствиям, особая привязанность к романтическому Востоку — все это помогает писателю каждый раз по-своему, увлекательно и ярко раскрывать избранную им тему дружбы народов.В реалистические по своей сути произведения Николая Тихонова органично входят многие элементы приключенческого жанра, кажущейся фантастики, детектива. Но увлекательный сам по себе сюжет никогда не мешает писателю столь же органично ввести в него глубокие раздумья о человеческих и народных судьбах.Так, может показаться фантастической повесть „Серый Хануман", рассказывающая о событиях просто невероятных — о том, например, как вожак обезьяньего племени готовит якобы заговор против людей, против человечества. Но за кажущимися „чудесами" скрывается самая жестокая действительность. И не уход от этой действительности, а вторжение в нее и самое реалистическое ее изображение — именно такой принцип провозглашает и утверждает писатель своим произведением.При всей необычайности обстоятельств и характеров — все они взяты художником из жизни. И Пак Роно из рассказа „В беззаботном городе", и его необычный гость, убивающий красавицу Сентан, вся страшная трагедия этих людей, возможная лишь на бывшем колониальном Востоке,— жестокая правда жизни; и мудрый Сеяджи, рассказывающий о том, что он видел на своем веку за восемь десятков лет („Сеяджи"), и сирийский поэт Нуайме („Ночь Аль-Кадра"), и находчивый Фатих, во время землетрясения спасающий людей („Зельзеля"), наконец, Катта-Улла из рассказа „Роза",— все это характеры правдивые, увиденные художником и показанные во всей их самобытности.Разоблачению растленной буржуазной морали, проникающей в новые, только-только получившие независимость государства Востока, посвящен рассказ „Шесть колонн". Символически звучит его финал. Проходимцу и дельцу от искусства Моссару предлагают взглянуть на древние мраморные гробы, стоящие в музее и ожидающие „своих хозяев". На одном из этих гробов Моссар с ужасом видит собственное изображение. Нет, не случайно выставлены эти пустые гробы в Бейрутском музее, и совсем не случайно древние мастера изобразили на них лица, напоминающие нынешних моссаров. Гробы эти в конце концов найдут своих хозяев — таков заключительный аккорд рассказа.Я уверен, что „Книга пути", сильная звучанием интернациональной темы, написанная с неповторимым мастерством, найдет дорогу к сердцу читателя.АНАТОЛИЙ АНАНЬЕВ