Русская современная проза читать бесплатно и без регистрации. Cтраница 61

История, начавшаяся с шумного, всполошившего горожан ночного обрушения жилой башни, которую спроектировал Илья Соснин, неожиданным для него образом выходит за границы расследования локальной катастрофы, разветвляется, укрупняет масштаб событий, превращаясь при этом в историю сугубо личную.Личную, однако – не замкнутую.После подробного (детство-отрочество-юность) знакомства с Ильей Сосниным – зорким и отрешённым, одержимым потусторонними тайнами искусства и завиральными художественными гипотезами, мечтами об обретении магического кристалла – романная история, формально уместившаяся в несколько дней одного, 1977, года, своевольно распространяется на весь двадцатый век и фантастично перехлёстывает рубеж тысячелетия, отражая блеск и нищету «нулевых», как их окрестили, лет. Стечение обстоятельств, подчас невероятных на обыденный взгляд, расширяет не только пространственно-временные горизонты повествования, но и угол зрения взрослеющего героя, прихотливо меняет его запросы и устремления. Странные познавательные толчки испытывает Соснин. На сломе эпох, буквально – на руинах советской власти, он углубляется в лабиринты своей судьбы, судеб близких и вчера ещё далёких ему людей, упрямо ищет внутренние мотивы случившегося с ним, и, испытав очередной толчок, делает ненароком шаг по ту сторону реальности, за оболочки видимостей; будущее, до этого плававшее в розоватом тумане, безутешно конкретизируется, он получает возможность посмотреть на собственное прошлое и окружающий мир другими глазами… Чем же пришлось оплачивать нечаянную отвагу, обратившую давние творческие мечты в горький духовный опыт? И что же скрывалось за подвижной панорамой лиц, идей, полотен, архитектурных памятников, бытовых мелочей и ускользающих смыслов? Многослойный, густо заселённый роман обещает читателю немало сюрпризов.

Хорошо известная нам районная поликлиника. Это Храм, где жизнь безжалостно отделяет Главное, Настоящее от второстепенного, наносного. Боль, страдания, страх, надежда, ликующее выздоровление, рождение заново – или отчаяние и смерть. Нынче больницы из Храмов глумливо превращены в отхожее место, где измотанные врачи и униженные пациенты выясняют отношения. Как важно до последнего оставаться Человеком.

«Мы смотрели на желтое море и ждали, когда принесут еду. Ресторан располагался на террасе над пляжем. Город, выстроенный русскими колонизаторами, громоздился выше, изо всех сил делая вид, будто не замечает, что стоит у моря. Пляж, втиснутый между рестораном и портом, оказался невелик, остальная прибрежная полоса была пустынной, и только груды мусора украшали ее. Город отворачивался от желтых волн, устремляясь в горы. Давным-давно русские завоеватели согнали оттуда предков нынешних горожан, распределили их тут, в долине, в обустроенные дома на прямых длинных улицах. Захламленные набережные, разномастные пристройки, до неузнаваемости залепившие регулярные фасады, сообщали об ослаблении русской хватки и сползании аборигенов в привычную кособокую среду с глухими стенами, закупоренными дворами, с недоверием, враждой, а главное – со страхом перед бескрайним пространством моря…»

В маленьком сборнике рассказов, как в дорожной аптечке, должно быть только необходимое и жизненно важное: немного про любовь, немного про старость, немного про работу и все же еще немного про любовь, потому что она – сильнейшее из лекарств.Героями этой книги стали в основном мужчины: стареющий писатель, переживший теракт; московский дворник с воображением подростка; системный администратор безликой фирмы, умеющий путешествовать на другую сторону смерти… Сюжеты здесь собраны и реальные, и вымышленные, а главной мыслью, которую автор хочет донести до читателя, стала мысль о возрождении добра в душе разочарованного человека.

Эта книга – своеобразная попытка заглянуть в свой внутренний мир, лучше понять себя и свои желания, распознавать, что есть случайное, а что – закономерное. Отчего так необходимо ценить любое мгновение жизни и не пытаться вернуть утраченное. Осознать себя неотделимой частичкой целого, вместить целое в себя. Проникнуться ощущением счастья, понимая, что между реальностью и воображаемым миром нет непреодолимой грани.

Книга не банальна, чувственна и загадочна; эгалитарна… В ряду воплощённых автором многих художественных образов – редкие, доселе не адаптированные в России, предметы Европейского богемного света; в истории поэзии и совр. культуры, «великие преценденты» тёмного романтизма, сюра и постмодернизма. В сей год 90-летия первого сюрреалистического киносценария А. Арто, драма «Морская Раковина и Духовник», сочинённая по его мотивам, предстаёт здесь венцом поэтических и драматургических изысканий автора.

Сюрреалистический рассказ с неожиданным финалом про старых друзей, дружба которых испытана десятилетиями, которые время от времени собираются на общую пирушку, приглашая фотографа, чтобы он запечатлел исторический момент их уже не совсем трезвого сборища. Но, придя домой, герой обнаруживает в своем кармане вместо ожидаемых страшные фотографии, раскрывающие подлинную суть их взаимоотношений.

Когда ему делалось не по себе, когда беспричинно накатывало отчаяние, он доставал большой конверт со старыми фотографиями, но одну, самую старую, вероятно, первую из запечатлевших его – с неровными краями, с тускло-сереньким, будто бы размазанным пальцем грифельным изображением, – рассматривал с особой пристальностью и, бывало, испытывал необъяснимое облегчение: из тумана проступали пухлый сугроб, накрытый еловой лапой, и он, четырёхлетний, в коротком пальтеце с кушаком, в башлыке, с деревянной лопаткой в руке… Кому взбрело на ум заснять его в военную зиму, в эвакуации?Пасьянс из многих фото, которые фиксировали изменения облика его с детства до старости, а в мозаичном единстве собирались в почти дописанную картину, он в относительно хронологическом порядке всё чаще на сон грядущий машинально раскладывал на протёртом зелёном сукне письменного стола – безуспешно отыскивал сквозной сюжет жизни; в сомнениях он переводил взгляд с одной фотографии на другую, чтобы перетряхивать калейдоскоп памяти и – возвращаться к началу поисков. Однако бежало все быстрей время, чувства облегчения он уже не испытывал, даже воспоминания о нём, желанном умилительном чувстве, предательски улетучивались, едва взгляд касался матового серенького прямоугольничка, при любых вариациях пасьянса лежавшего с краю, в отправной точке отыскиваемого сюжета, – его словно гипнотизировала страхом нечёткая маленькая фигурка, как если бы в ней, такой далёкой, угнездился вирус фатальной ошибки, которую суждено ему совершить. Да, именно эта смутная фотография, именно она почему-то стала им восприниматься после семидесятилетия своего, как свёрнутая в давнем фотомиге тревожно-информативная шифровка судьбы; сейчас же, перед отлётом в Венецию за последним, как подозревал, озарением он и вовсе предпринимал сумасбродные попытки, болезненно пропуская через себя токи прошлого, вычитывать в допотопном – плывучем и выцветшем – изображении тайный смысл того, что его ожидало в остатке дней.

Труженики леса, их жизнь и быт в марийской глубинке – Карасьярах Юринского района.Автор повествует о тех, на кого возложена обязанность не «кромсать» лес, а бережно относиться к вырубкам и восполнять лесные угодья. Защищать лес от браконьеров и стихийных бедствий.Книга актуальна не только для Марийской республики, но и с интересом будет воспринята широким кругом общественности регионов России, переживших знойное лето 2010 года.

Только 6 глав, пусть и составляют эпос-что-было, мало любить чтение до дислексической дрожи, история в категории детектива, даже если написано всё, спрошу, вы бывали в выколотой окрестности? там по-прежнему туман? Аннотация тоже улика, универсальное прочтение утка как и эрудиция, премоляродробительная сатира на историю человечества, все расследования всех переданных по наследству абсурдов, комната для ознакомления может и не закрываться на сисситии.

Роман «Мое волшебное чудовище» был написан мной как развлекательное юмористически-эротическое чтиво. Однако в этом романе я собрал и самые светлые воспоминания о своей студенческой юности. Таже многие имена героев реальны, как и описание их характера и внешности, что было задумано мной с самого начала и получено было разрешение от моих друзей и знакомых изобразить их в романе такими, какие они мне представляются или воображаются! Таким же в своем диком воображении я изобразил и себя! Вот-с!

Убийство, произошедшее в жилом доме, на первый взгляд кажется тривиальным. Расследование этого дела принимает неожиданный оборот. Исчезновение улик и документов, люди, которые не помнят о преступлении… В конце концов ниточка Ариадны приводит в секту. Руководителя секты боятся даже высокопоставленные чиновники. Неизвестное существо, которое многие почитают за бога, пользуясь технологическим преимуществом, воздействует на сознание людей и удерживает их в подчинении…

Если вдруг кому-то захочется попасть на планету Псов, то ему надо будет пролететь мимо Луны, обогнуть Большую медведицу слева, оставить по правой стороне созвездие Гончих псов, (ни в коем случае не путать с планетой), пересечь Млечный путь, и дальше, не сворачивая, прямо и только прямо до конечной цели.Планета с высоты выглядит как огромнейшая собачья чашка, со своими горами, пустынями, морями и океанами. Зима на ней наступает также после осени и бывает в некоторых местах очень снежной, морозной, а в некоторых – зимой можно купаться в речке. Это говорит о том, что планета огромная, большая, и всем на ней хватает места. Да, зиму там сменяет весна, а весну – лето, и потом наступает осень. Все так же, как и на других обитаемых планетах, хотя и есть коренные отличия, что делает ее неповторимой, родной, любимой для ее обитателей – собак.

Как жить человеку, попавшему в тяжелую автомобильную катастрофу и ставшему неподвижным калекой? Эта мысль постоянно преследует Кирилла Лантарова – до сих пор удачливого, предприимчивого юношу, бравшего от жизни все, что он только желал.Однако ему несказанно повезло: еще в больнице Лантаров встречает своего будущего учителя, прошедшего собственные круги ада и уже начавшего очищаться от скверны бытия. Шура Мазуренко, некогда малолетний хулиган, а потом десантник-афганец, убийца и преступник, сумел во время тяжелой болезни найти способы исцеления, приобщившись к вершинам книжных знаний, удивительным рецептам природы и тайнам учений великих мудрецов. Он приходит на помощь Кириллу.

Захватывающее повествование, наполненное приключениями в загадочных местах. Читателя ждет исторический экскурс через загадки и тайны времени, эзотерику и… подсознание. Книга о современности с элементами фэнтези, но с погружением в Средневековье. И как тут обойтись без любви молодых людей, свершающих благородные поступки и борющихся с ужасающе порочными злодеями…Книга «Гримасы подсознания, или Проклятие ведьмы» автора М. Буланова – своего рода возрождение романтических традиций в современной литературе.

Феня, она же Шурик и Сашка Фенина, всегда занята чужими делами, потому что одновременно работает в брачном агентстве лучшей подруги (недавно ставшей Фене мачехой) и в детективном агентстве бывшего мужа (а ныне мужа родной сестры). Феня весьма востребована на обоих местах работы, потому что одарена сверх меры интуицией, умением разбираться в людях и чисто человеческим желанием всем помочь и всех спасти. Феня уже ко всему привыкла, но на этот раз случилось нечто из рядя вон…

Судьба этого романа – первого опыта автора в прозе – необычна, хотя и неудивительна, ибо отражает изломы времени, которые казались недвижными и непреодолимыми.Перед выездом в Израиль автор, находясь, как подобает пишущему человеку, в нервном напряжении и рассеянности мысли, отдал на хранение до лучших времен рукопись кому-то из надежных знакомых, почти тут же запамятовав – кому. В смутном сознании предотъездной суеты просто выпало из памяти автора, кому он передал на хранение свой первый «роман юности» – «Над краем кратера».В июне 2008 года автор представлял Израиль на книжной ярмарке в Одессе, городе, с которым связано много воспоминаний. И тут, у Пассажа, возник давний знакомый, поэт и философ.– А знаешь ли ты, что твоя рукопись у меня?– Рукопись?..Опять прав Булгаков: рукописи не горят. «И возвращается ветер на круги своя».

Я мельник, так уж вышло. Всю жизнь я занимаюсь тем, что перемалываю зерно в муку. Ну, а на всех наших мельницах, как и полагается, водятся сами знаете, кто. Правильно – черти. Кто-то же должен тяжеленные жернова крутить… В общем, дорогой мой читатель, тебе и так все понятно. Я обожаю историю, любую, и Древний Рим, и Древнюю Грецию, и Рюриковичей, ну и, само собой, всю трехсотлетнюю династию Романовых. Черт мне все это и рассказал. А я тайком на диктофон записал. Так эта книга и родилась.

Всесильный Император, отвратительный тиран, подавляющий свободу общества и отдельной личности, самодур, которому позволено все, приглашает на завтрак двух единственных своих врагов в государстве, потому что все остальные либо в страхе и трепете не смеют сказать ни одного слова против, либо сладострастно и подобострастно славословят тирана. Итак, за завтраком он беседует со своими врагами, выслушивает от них язвительные и ненавидящие его замечания и пожелания вернуть народу свободу, влюбляется в прекрасную женщину, посвятившую свою жизнь борьбе с тиранией, заключает невероятное пари… Итак, своеволие диктатора; любовь к женщине; ненависть к тирании; любовь к свободе… что победит?И самое удивительное состоит в том, что все ожидания читателя оказываются обманутыми, что всё совсем не так, как можно было предположить.Победила любовь… какая?Но об вы узнаете, прочитав данный сборник…

…А занималась Марина восточными единоборствами. В то время это было не так уж и легко. Не было ни тренеров, ни литературы… Её отец, инженер, часто выезжал в командировки за границу и оттуда по её просьбе привозил учебную литературу по восточным единоборствам. Были у них и свои сообщества. До тех пор, пока не было объявлено по всей стране, что отныне занятия восточными единоборствами запрещены, а за нарушение этого закона – уголовная ответственность. Но Марина не бросила заниматься. Она просто стала тренироваться там, где за этим не следили, где это не контролировалось – в спортзале тюрьмы…