Рецепт по ГОСТу. Полярная звезда Мишлен - Вадим Фарг

— Ею уже сутки ФСБ занимается. Волков постарался, поднял старые связи. Все её активы арестованы за махинации с землёй. Твоя нанимательница банкрот, Костя. У неё даже на билет до Москвы денег нет, не то что на твою пилораму.

Лена открыла рот, чтобы что-то возразить, но из горла вырвался только сдавленный хрип. Она инстинктивно схватилась за воротник своего пальто.

Прагматичный мозг Кости Финна переварил информацию за секунду. Он мгновенно оценил все риски, посмотрел на свой снегоход, потом на Лену, а затем на Мишу.

— Понял вас, Михаил Александрович.

Чётко, почти по-военному отрапортовал Костя. Он схватил свой шлем и одним прыжком оказался в седле снегохода.

— Здоровья вам. И невесте вашей. Счастья, так сказать, в личной жизни. Я поехал чай пить. На меня не обижайтесь. Сами понимаете, работа у меня такая.

Двигатель взревел. Костя дал по газам так, что из-под гусениц во все стороны полетел снег. Через секунду красный габаритный огонь его снегохода скрылся за деревьями. Мы остались втроём.

Лена отлипла от своей машины и сделала неверный шаг в нашу сторону. Её губы тряслись. Вся её спесь, вся эта маска успешной бизнес-леди рассыпалась в прах. Передо мной стояла жалкая, сломленная женщина в испорченных ботильонах и дорогих, но совершенно бесполезных шмотках.

— Миша. — заскулила она, заламывая руки.

— Миша, это же неправда, да? Про счета. Скажи, что ты просто пугаешь этого идиота.

Миша ничего не ответил. Он аккуратно взял меня под локоть и повёл к своему внедорожнику.

— Миша, подожди!

Лена сорвалась на истеричный крик, проваливаясь в снег и пытаясь нас догнать.

— Ты не можешь меня здесь оставить! Я же замёрзну! Мишенька, ну вспомни, мы же были счастливы! Вспомни нашу квартиру на Патриарших! Я же ради тебя старалась! Забери меня отсюда, пожалуйста!

Она плакала, размазывая по лицу потёкшую тушь. Это было так жалко и унизительно, что я даже отвернулась.

Миша открыл пассажирскую дверь. Из салона повеяло теплом. Я забралась на сиденье, чувствуя, как начинают оттаивать закоченевшие ноги.

Мой Таёжный медведь заботливо захлопнул за мной дверь, отсекая холодный воздух. Затем он не спеша повернулся к бывшей жене. Лена стояла в паре метров от него, дрожащая, умоляющая, готовая упасть на колени в грязный снег.

— Не волнуйся, Лена. — его голос звучал ровно, без капли жалости или злости. Как будто он читал прогноз погоды. — За тобой уже выехали ребята из органов. Волков отправил наряд. Будут минут через сорок. Так что достойная компания тебе обеспечена.

Он поправил ремень ружья, собираясь обойти машину и сесть за руль.

— Миша, умоляю! — взвизгнула она, хватаясь за голову. — Я не хочу в тюрьму! Спаси меня!

Он остановился у водительской двери, посмотрел на её застрявший в сугробе премиальный джип и бросил последнюю фразу.

— Ты только лопатой махать не забывай, Лена. Движение, знаешь ли, это жизнь. А то замёрзнешь до приезда оперов. Не хочу потом объяснять, почему главная подозреваемая превратилась в ледяную скульптуру.

Миша сел в машину и захлопнул дверь. Внутри было тихо и спокойно. Он завёл двигатель, переключил передачу, и наш огромный внедорожник плавно сдал назад, выезжая на накатанную колею.

В зеркало заднего вида я видела, как Лена осталась стоять одна посреди тёмного леса. Она кричала, размахивала руками, пинала колёса своей бесполезной машины, вопила от бессилия в эту снежную тишину. Но сквозь хорошую шумоизоляцию машины её криков не было слышно.

Я откинулась на мягкий подголовник и прикрыла глаза. Внутри разливалось тепло.

— Всё закончилось. — тихо выдохнула я, поворачивая к нему голову.

Миша улыбнулся, протянул руку и накрыл мою холодную ладонь своей большой, шершавой ладонью.

— Всё только начинается, Владимировна.

Тепло ответил он, не отрывая взгляда от заснеженной дороги.

— Сейчас приедем, я тебе такую ухи наварю, пальчики оближешь. Никакие твои соусы рядом не стояли.

Я хотела язвительно ответить, что в ухе главное правильный бульон, а не количество рыбы, как вдруг поняла, что совсем не хочу этого делать. Этот мужчина только что меня спас, а я буду его воспитывать по поводу готовки.

* * *

Мы ехали по заснеженной трассе. В салоне внедорожника было жарко. Печка работала на полную мощь. Я сидела на пассажирском сидении и смотрела в окно. Сплошная стена из ёлок проносилась мимо, но темнота за стеклом меня больше не пугала.

Сначала я держалась молодцом. Пыталась сохранить лицо. Но как только мы отъехали на расстояние от Лены меня резко накрыло. Это был тот самый адреналиновый отходняк. Мелкая дрожь пробежала по телу от кончиков пальцев до макушки. Зубы начали отбивать тихую чечётку. Я крепко обхватила себя руками, изо всех сил пытаясь унять эту дурацкую реакцию.

Миша всё понял без слов. Он вообще умел читать меня как открытую книгу. Он не стал лезть с расспросами. Не стал меня успокаивать, гладить по голове или говорить банальные фразы. Он действовал интуитивно и это было правильно. Он просто дотянулся до регулятора на панели и выкрутил обогрев салона на максимум. Затем он одной рукой ловко стянул с себя тёплую куртку и набросил её мне на плечи. Куртка была тяжёлой, но уютной. Я с благодарностью зарылась носом в воротник, вдыхая этот запах.

Потом он протянул ладонь. и нашёл в темноте мои пальцы и крепко сжал их. Это простое прикосновение дало мне чувство безопасности, которого мне так отчаянно не хватало в моей стерильной старой жизни. Всю оставшуюся дорогу до санатория мы ехали в молчании. Я просто держалась за его руку, цепляясь за неё изо всех сил.

Когда мы добрались до территории «Северных Зорь», время перевалило за полночь. Санаторий спал. Мы тихо зашли на кухню через заднюю дверь, чтобы никого не разбудить.

Внутри царила густая тишина. Её нарушал только монотонный гул старых холодильников, стоящих вдоль стены.

Я остановилась на пороге. Меня всё ещё потряхивало после этой ночной лесной прогулки. Моей психике срочно нужно было за что-то зацепиться. За что-то привычное и логичное. И мой мозг, годами привыкший к жёстким правилам ресторанов высокой кухни, выбрал проверенный защитный механизм. Я включила режим маниакального контроля над рабочими процессами.

Я сбросила куртку на стул. Немного растрёпанная, но целеустремлённая, я уверенно подошла к рабочему месту. Машинально отряхнула фартук, который я так и не успела снять перед похищением. Опустила взгляд на пол. Красная линия из строительного скотча, которая разделяла