БеспринцЫпные чтения. Вишлист - Александр Григорьевич Маленков

– Вот и хорошо. Вот и сиди на жопе ровно.

Бомж глянул на Леру с ненавистью, собрал в кулак остатки воли. От напряжения на лбу вздулась вена.

– ЧЕ ТЕ НАДО ОТ МЕНЯ, КР-РЫСА?!

– Я тебе жизнь спасаю. Ты ж замерзнешь насмерть.

– ЧЕ-О ТЕ НАДО, КР-РЫСА?!

Правда, че мне надо, крысе?

– С-сучка др-раная…

Опять попытка встать. Лера потянула его назад за плечи, и бомж с ревом завалился.

– Я ТЕБЯ ЗАРЕЖУ!!! ГРЕБАНАЯ КРЫСА!

– Ты меня и не вспомнишь!

Он беспомощно сучил конечностями, как перевернутый жук, но стоило Лере отвлечься – снова встал. Упрямец делал шаг за шагом, его заносило то вправо, то влево, то мордой в чей-то капот, но он неумолимо уходил прочь. Этот ублюдок уходил.

«Черта ли мне уже терять», – подумала Лера, настигла алкаша и сделала ему сильную подсечку.

Вскрикнув и взмахнув руками, как крыльями, бомж приземлился на спину, на промерзший асфальт.

Лера вышла в переулок и прождала еще несколько минут. Вернулась во двор. Бомж, наконец, осознал тщетность сопротивления и лежал смирно, ждал ментов. Чтобы согреться, Лера начала пританцовывать и вприпрыжку наворачивать вокруг бомжа круги. Воображала, как скажется ментам: «Пока вы ехали – клиент чуть не уполз», и они все вместе посмеются.

– Не спи, замерзнешь. Скоро приедут.

Бомж не ответил, так и лежал на спине, шершавой рожей к звездам. Лера подошла ближе. В щелках опухших лысых век тускло блестели мутные глаза. Бледный рот в обрамлении седой щетины приоткрылся. Шапка съехала, прикрыв острый камень под затылком, и потемнела от крови. Лера протянула руку и ткнула бомжа в щеку, одновременно землистую и красную, царапанную, словно ее терли наждаком. В переулке квакнула сирена и красно-синие отблески мигалки из-за Лериной спины весело запрыгали по лицу мертвеца.

Проснувшись среди зимы с песком в глазах, он опустошил все свои запасы. И что-то было в том меду. Мак или еще более забористое дерьмо. Он так и знал, что те пчелы – неправильные. Занавес опустился, а когда поднялся – Пух обнаружил себя, яростно ревущего, на земле человека. Ревущего, как в тот раз, когда Тигра вздумал охотиться в его части леса. По загону с визгом носилась свинья, которую он чуть не задрал. Человек бежал к ним с ружьем. Встав на задние лапы, Пух приготовился встретить пулю и утащить человека с собой во тьму, но ослепшая от ужаса свинья сбила того с ног. Человек выронил ружье, оно зацепилось ремнем за свинячью шею и теперь болталось у свиньи за спиной.

Одним ударом Пух разломал ограду в щепки и бросился в лес. Свинья с ружьем неслась прямо за ним. В чаще он развернулся, и она врезалась ему в грудь, продолжая сучить ногами.

– Что тебе надо? – спросил Пух.

Свинья застыла, сделала шаг назад и испуганно завертела головой.

– Где я?! – завопила она.

– В лесу.

Свинья на миг лишилась чувств.

– Скоро Новый год! – воскликнула она, придя в себя. – Кристофер Робин будет меня искать!

– Конефно! – Из-за пня вышел маленький декоративный кролик. – Феть ты глафное праснисьное плюто.

– Нет, нет!

– Та, та…

Пух сел в снег и почесался.

– Я не могу жить в лесу, – заплакала свинья. – Я домашний поросенок! Я Пятачок!

– Хочешь на новогодний стол, Пятачок? – пожал плечами Пух. – Ты не один домашний зверь в этом лесу. Вот Кролик. Он был подарком для злой девочки, а теперь встречается с зайчихой. И еще есть старый осел. Знаешь, почему они живы?

Поросенок не знал.

– Потому что я взял их под свое крыло. Все здесь в курсе, что если тронут их, будут иметь дело со мной.

– Офлу это не осень-то помокло, – заметил Кролик.

– Осел лишился хвоста. – Пух закатил глаза. – А мог бы лишиться намного большего! Не ной. Думаешь, легко ему теперь? Волки уже задают неудобные вопросы…

При слове «волки» Пятачок опять упал в обморок.

– …а еще есть Тигра, и лучше вам не знать, какой он прыгучий. Со мной ты протянешь дольше, Пятачок. Но за это ты отдашь мне ружье.

Поросенок впервые заметил ружье у себя на шее, очень испугался и охотно вручил его медведю. Потом он всхлипнул и спросил:

– Что же, я больше никогда не увижу огоньков?

– Каких огоньков? – не понял Пух.

Все вместе они пошли обратно к кромке леса, к невидимой черте, у которой начиналась земля человека. Пятачок чуть не пересек ее, но вспомнил про новогодний стол и остался на лесной стороне. Притаившись за деревьями, они завороженно смотрели, как дом человека с вечнозеленой дверью сияет в темноте множеством разноцветных праздничных огней.

– Красиво, да? – вздохнул Пятачок.

– Да… – признал Пух. – Так же красиво, как будет, когда Винни Пух с ружьем даст всем в этом лесу просраться.

Итак, место действия… Сен-Тропе. На сцене Адри. Относительно молодой и почти трезвый. Не обремененный тогда еще сомнительной русской женой и комплектом младенцев.

Есть там такое гламурное местечко, называется Tahiti Beach. Модный диджей, тусовка, все такое. И на этом пляже был крутанский бар. На крыше которого плясали девицы, очевидно не обремененные высокой степенью социальной ответственности. И фишка была в том, чтобы покупать бутылки шампанского и обливать хохочущих красоток. Прям картинка из «Великого Гэтсби», а в роли Леонардо Ди Каприо – мой будущий муж.

Занесло туда еще одного хлипкого рыжего голландца. Что это его соотечественник, Адри понял сразу, потому что рыжий притащил с собой бутылку самой дешевой «кавы» и умудрился растянуть ее на два часа. Писнет хлипкой струйкой пойла в девчонок раз в десять минут, а удовольствия на тысячу евро. И вдруг как-то он неловко повернулся и облил с ног до головы своего соседа по театральной ложе, упитанного парня родом из Арабских Эмиратов или еще дальше. Попал струей в лицо, не забыл пройтись душем Шарко по подмышкам, животу и в финале триумфально намочил плавки. Не в смысле свои от страха, а парня этого.

Тот отряхнулся, внимательно оглядел бедного голландца, достал телефон и куда-то позвонил. Через минуту около них материализовался огромных размеров афроамериканец, явно телохранитель. Адри, наблюдающий это все, уже начал прикидывать, во сколько ему обойдется доставка тела соотечественника на родину, и хорошо еще если отдадут целиком и сразу. Наш друг невинных наслаждений тем временем явно нервничал и безуспешно пытался извиниться на западно-овечьем языке вместо родного голландского.

Телохранитель перебросился парой слов с боссом и тоже начал