Илманитари: Империя И'Ааниан: Книга Нулевая: Зачин Падения - Вечный странник

— Мне о таком не говорили. Или, может быть, я не слушал. — Говорит Артнианти Д'Арвен, удивлённо хлопнув глазами. — Хотя, мне отец говорил о подобных вещах, когда я был ещё совсем маленьким. Но в памяти не отложилось. — Добавил тот, но в разговор встрял К'Елтан, главный картограф в группе:

— Я знаю об этом. Вы могли бы спросить меня. Древние Илманитари могли путешествовать через А'Рихонлинии без порталов, настраивая свои тела на их потоки, этот А'Рихонбот, видимо, из этого времени. — Говорит тот, и осматривает убранство внутри А'Рихонлёта так, словно он не насмотрелся на него ещё в первые мгновения, когда оказался там. Стайланти запиликав, отвечает:

— Ваше предположение верно лишь относительно. Я не совсем древняя модель, но я принадлежу к тому времени, когда А'Рихондройдов стали заменять на нас, А'Рихонботов, с более усиленным контролем над нами. Тогда, ваш вид мог путешествовать через А'Рихонлинии, используя встроенные в нас специальные программы. — Поправляет А'Рихонбот. и объясняет свою точку зрения. — Но большего я рассказать не смогу, ибо моя память раздроблена на множество кусочков, и по этой причине, могут быть неточности. — Добавляет та, и на мгновение замолкает.

— Так вот оно что. Думаю, не стоит больше беспокоить модель вопросами. Нам нужно не забывать о цели. — Говорит К'Елтан, осматривая команда, а затем, достаёт свой А'Рихонпланшет, и смотрит на карту Ойнтарона. Они были почти близко к целям, которые двигались с довольно мгновенной и быстрой скоростью. Но было видно, что их А'Рихонциклы начали постепенно задыхаться. — Стайланти, ты можешь изменить свою форму на металлическую лошадь, чтобы мы взяли своих лошадей, и помчались быстрее к родным, а ты отправишься за нами следом? — Решил попробовать задать форму К'Елтан. Модель, посомневавшись странным пиликанием, отвечает:

— Запрос принят. Чтобы его выполнить, я приземлюсь на поверхность дороги, а вы будете вынуждены выйти, чтобы не быть раздавленными переходом в не приспособленное под внутреннюю обстановку создание. — Говорит Стайланти, и А'Рихонлёт начинает приземляться на довольно пыльную дорогу, которую обожгло слишком яркое для этого места светило Ойнтарона.

— Как же печёт. Для этой планеты это неестественно. Неужели из-за этих серокожих ублюдков, которые меняют А'Рихонлинии планеты своим существованием? — Произнёс Нарти, вытерев пот со своего лба красным платком с гербом его семьи.— Нам нужно немедленно выматываться с этой планеты, тут нам больше делать нечего. Как найдём родных, так и смотаемся. — Уверенно говорит Нарти, выжимая свой пот с платка, и капельки пота сразу же оросили землю, и земля зашипела так, словно она несколько дней была без влаги.

— Верно, Нарти. Наш родной дом погибает, но мы должны попробовать его спасти хотя бы чуть-чуть? — Задал вопрос Р'Инти, оглядев планету. Их лошади также вышли вместе с ними, а вместо А'Рихонлёта, был рослый, металлический жеребец такой же расцветки, что и А'Рихонлёт, и он бил металлическим копытом по поверхности планеты, и металлически ржал.

— Мы не герои. Если древним Бьярлманктари внутри нас не нравится, что мы не спасаем всю планету, пусть уходят. Мы не избранные. Даже сам М'Авриан говорил нам это. И я, признаться, не хочу быть избранным. Если тебе нравится быть избранным, с предназначением от древних богоподобных сущностей, Р'Инти, не вопрос. Можешь геройствовать, как в своих романах, спасать планету, сражаться с этими серокожими, но не подвергай опасности мою команду. — Отрезал сразу же Нарти. Он был вспыльчивым, был храбрым и смелым, но не настолько, чтобы подвергать опасности своих друзей, с которыми он провёл уже очень много времени. Он знал, что им не положена даже награда за спасение их родного дома. — А теперь пошли. Седлаем коней, и отправляемся на поиски родных. Философские беседы оставим на потом. — Закончил свою мысль Нарти, и сел на своего гнедого мерина, к которому очень сильно привязался, а Р'Инти и остальные, последовали за ним, и команда, вместе с металлическим жеребцом, поскакала прочь под жарой в почти сорок Л'Интайнилов по Ф'Иртаниану глубоко дыша, и мысленно проклиная эту жару. А сидящие внутри них древние Бьярлманктари словно забурлив неистовой силой, стали переговариваться друг с дружкой, обсуждая слова Нарти.

Их лошади стали постепенно ускоряться, будто бы хотели поскорее добраться до места, где солнце пекло не так сильно. К'Елтан же, во время этой поездки, старался смотреть не только на дорогу, но и на карту на своём А'Рихонпланшете, и они были почти что близко к цели, которая всё ускорялась и ускорялась. Как вдруг, гул множества моторов как старых, так и новых А'Рихонциклов, послышался молодым Илманитари, и их лошади , испугавшись этого шума, заржали громко, протяжно, а А'Рихонбот по инерции принял свою прежнюю форму большой Илманитари-женщины, которая всячески шевелила руками, словно вспоминая, как ими вообще управлять.

— Мама! Папа! — Хором начали кричать молодые Илманитари, слезая со своих сёдел. И первыми действительно приехали их родители, что, обрадовавшись встрече со своими детьми, бросились к ним, и стали их обнимать, и всячески осматривать на предметы ранений. Р'Интаниан обнял свою мать, которая успела и поругать его за то, что он её так перепугал, и отца, который, видимо, был доволен тем, что Р'Инти обрёл не только долгожданное приключение, но и друзей, затем он по очереди обнял брата и младшую сестру, потрепав вторую по голове. Нарти, Ниррли и остальные, тоже обнялись со своими родными.

— Давайте уже покинем эту планету. Северо-восток планеты ведь не будет ждать, когда мы будем там! — Словно маленький Илманитари сказал Р'Инти, потрепав своего отца за плечи так, будто бы он забыл о приличиях. Он так давно не видел родных, по его меркам. Инкаритар, сурово хмыкнув, сказал:

— Я понимаю, сын мой, что ты взволнован, я понимаю, что у тебя впервые такое. Но я хочу наказать тех серокожих ублюдков, что решили вот так просто сначала похитить меня и других взрослых династии, и посмели держать в своём форпосте, а потом ещё и отправились в погоню за вами. Это непростительно и карается гибелью этих серокожих. — Глаза Инкаритара вспыхнули золотым сиянием. Это бывало всегда, когда он злился. Но сейчас, когда он пережил такое, это золочённое сияние проявилось ещё раз. Глаза же отца Нарти, засверкали недобрым огненно-рыжим цветом, и тот поддержал Инкаритара:

— Я согласен с и'Аном К'Андари. Если мы не сможем