Сердце пополам - Агата Лель

– А ты сердцеед, – шутливо ахнула Арина.

– Неправда, – смутился Глеб. – Я не использовал ее, клянусь, и мысли такой не было. Она сама пришла поддержать меня в тот сложный период… и осталась на год. Я честно пытался полюбить ее. Дать ей то, чего она заслуживает.

– Но не вышло.

– Нет, не вышло. Но все равно это было хорошее время, мы были почти семьей…

– Ее тоже жаль, – выражение лица Арины снова стало грустным.

– Алису?

– Ну да. Получается, она сейчас сидит там и страдает от неразделенной любви.

– Ну нет, это не так. К счастью, все у нее сложилось хорошо. Примерно через полтора года после нашего расставания она познакомилась с итальянцем, Фернандо. И еще через шесть месяцев они поженились. Я был на их свадьбе, кстати. Сейчас они живут в Тоскане, она очень счастлива, ждет ребенка. Мы иногда общаемся, правда, все реже. У каждого своя жизнь.

– Значит, для нее все закончилось действительно хорошо. Рада за нее.

– Рада? – улыбнулся Глеб. – Ты же ее совсем не знаешь.

– Она помогла тебе в самый тяжелый период твоей жизни, значит, она классная девчонка. А хорошие люди заслуживают счастья. За них не грех порадоваться.

Глеб, сделав глоток, чуть склонил голову, рассматривая свою собеседницу. Щеки ее слегка раскраснелись, губы, возможно от вина, приобрели сочно-вишневый оттенок. И глаза… они блестели. И явно не от выпитого.

– Что? – смутилась она, заметив его взгляд.

– Да нет, ничего.

– Нет уж, говори. Ты странно на меня смотришь.

– Да вот думаю, как обманчиво может быть первое впечатление, – забив на правила хорошего тона, поставил локоть на стол и подпер щеку кулаком, не прерывая при этом зрительный контакт. – Если честно, впервые увидев тебя, там, на дороге, я решил, что ты неуравновешенная стерва.

– Ты не слишком ошибся, – хохотнула она. – Я тот еще подарок.

– Ты недооцениваешь себя. Думаю, тогда у тебя сработал защитный рефлекс. Реакция на стресс и все такое. На самом деле ты вовсе не стерва.

– Ты так думаешь? – она отзеркалила его позу – села точно так же, подперев щеку. – И какая же я?

– Ты добрая. Чуткая. Не эгоистичная.

– О, еще какая эгоистичная!

– Ты готова взять на себя колоссальную ответственность, растить чужого ребенка как своего. Будь ты эгоистом, ты бы ни за что не пошла на это.

– Ну, этот ребенок мне не совсем чужой. Его родит моя родная сестра. Тебе, наверное, сложно все это принять вот так просто.

– Ошибаешься. Ты даже не представляешь, насколько сильно я тебя понимаю.

– Сомневаюсь, – скептически хмыкнула она.

Глебу ужасно захотелось рассказать ей все. Ничего не утаивая, не приукрашивая, не подменяя детали. Как есть. Рассказать, что Варя не его дочь, а дочь его родного брата.

Хотел… но почему-то не стал.

– Ого, времени уже сколько, – ахнула Арина, случайно бросив взгляд на его наручные часы. – Половина двенадцатого. Обалдеть, показалось, что прошло полчаса как мы сидим здесь, не больше.

– Хочешь сказать, что время в хорошей компании летит незаметно?

– О, да, – рассмеялась она, и потрясла в воздухе пустую бутылку. – Компания отличная. Закажем по-новой? Завтра законный выходной.

Ему ужасно хотелось остаться здесь еще. Взять новую бутылку и говорить, говорить с ней обо всем. Смотреть как она морщит нос когда смеется, как машинально убирает прядь за ухо, как касается губами краешка бокала. Но половина двенадцатого… дома его ждет дочь. И ведь наверняка именно ждет, не спит, как бы Татьяна не старалась ее уложить. Варька такая, настырная.

– Прости, но мне пора домой, – с сожалением в голосе откланялся Глеб. – Дочка не уснет без меня.

– Ох, точно. Я так сильно задержала тебя, балда. Это ты меня прости.

– Извиняться не за что, мне была нужна эта перезагрузка. По-моему, мы неплохо провели этот вечер.

– По-моему тоже, – несколько секунд они смотрели друг на друга, и даже воздух как будто стал гуще.

– Попрошу счет, – первым ожил Глеб, достал из кармана бумажник. – Кстати, ты же домой к родным собиралась. Было что-то срочное?

– Ну вообще да, завтра должен приехать врач, который будет принимать у Карины роды. Нужно было обсудить с ним все детали. Мама моя не слишком разбирается в этом всем и наверняка половину забудет, а сестра… – пренебрежительно махнула рукой. – На ту вообще никакой надежды нет. Более безответственного человека еще поискать.

– Выходит я оказал тебе медвежью услугу. Ну, с этим эвакуатором. Лишил тебя колес.

– Брось, мне даже понравилось. Очень так, знаешь, по-мужски. Пришел и сделал. Идем?

– Да, пошли, – Глеб забрал со спинки стула свой пиджак, и они вместе вышли из душного помещения на свежий ночной воздух.

Одурительно пахло акацией, остывающим после жаркого дня асфальтом и немного речной водой, от находящегося поблизости водохранилища.

Арина, не кокетничая и не набивая себе цену, сама взяла его под руку, явно намеренно замедляя шаг, чтобы идти как можно дольше. Демчуг поймал себя на мысли, что много лет не ощущал себя таким расслабленным, таким наполненным и… счастливым? Он ужасно не хотел чтобы кончался этот вечер. Но долг перед дочерью – отцовский долг, не позволял ему ставить свои желания ваше своего ребенка.

Но и с Ариной расставаться он не хотел тоже.

– Знаешь что, – осенило его, – раз я так подставил тебя с поездкой, я же и должен все исправить. Я отвезу тебя завтра сам.

– Да брось, – ахнула она. – Это не обязательно. Доеду на такси, или на автобусе.

– С накладным животом и наверняка сумками? Вы же женщины налегке в принципе не умеете путешествовать. Даже если это поездка в соседний район.

– Ты слишком осведомлен для человека, который никогда не был женат.

– Мне не сложно. К тому же я никогда не быв в… э…

– Заречном, – улыбнулась она. – Я оттуда.

– Всегда мечтал там побывать.

– Я так и думала. Толпы туристов встают в очередь, чтобы увидеть наш Культиваторный завод и исписанную матерными словами ротонду. Между прочим сохранившуюся со времен Великой Отечественной Войны.

– Ну вот, есть что посмотреть, – и они не сговариваясь улыбнулись. – Я заеду за