Марина Алексеева - Пираты Короля-Солнца(ч1-5,по главу19)
– Мы поняли, сир, – уважительно сказали желторотые.
– Ничего вы не поняли. Извольте повторить!
– Агуардьенте надо пить залпом и сразу закусывать, – прилежно повторил Шарль-Анри, – Вы-то сами, видимо, пьете агуардьенте как воду?
– Скажете тоже! – засмеялся Пиратский Король, – Я вам повторяю слова Д'Артаньяна, а он знаток в этих вопросах.
– Так это господин Д'Артаньян вас учил пить агуардьенте? – спросил де Линьет, – Наверно, очень давно?
– В начале этой недели, – усмехнулся Пиратский Король,- И хочется приврать, и язык не поворачивается. Грех обманывать таких…
– Каких? – обиженно вскричали желторотые, – Таких младенцев, вы это хотели сказать, господин де Бражелон?
Именно это и хотел сказать господин де Бражелон, но остановился на полуслове и учтиво заявил желторотым:
– Таких очаровательных молодых людей и добрых собутыльников. Вы ничего не имеете против такой характеристики, господа королевские гвардейцы?
– Вы слишком добры!- хором сказали желторотые. Они иногда тихо договаривались между собой: "давай хором" и потом выпаливали слова в один голос. Идея принадлежала Шарлю-Анри, в свое время с друзьями-школярами игравшего роль хора в постановках античных трагедий. Пиратов это весьма забавляло.
– Что правда, то правда, – важно сказал Король Пиратов, – Я действительно слишком добр. Даже слишком. Я даже…воплощение доброты… Я люблю все человечество…
– Отлично,- заметил де Невиль, – Есть люди, которые в пьяном виде агрессивны. Этот, напротив, преисполнен добротой. А у меня в глазах двоится… я еще пьянее, чем он. Серж, ты один или вас двое? Рауль, ты один или вас двое?… А вы, ребятки, вас уже стало четверо!
– Сколько роз на твоей шпаге? – спросил Рауль.
– Одна. Ой, черт возьми, я сошел с ума! Их же двое… Неужели я допился до сумасшествия!
– Смотрите на звезды, – посоветовал Серж, – Это мой совет. Сразу прояснится в голове.
14. В КОТОРОЙ ПИРАТЫ КОРОЛЯ-СОЛНЦА ЗАГАДЫВАЮТ ЖЕЛАНИЯ.
Серж де Фуа знал, что говорил. Когда Пираты растянулись на ковре и уставились в небо, усыпанное звездами, они почувствовали, что смятение, тревога и опьянение сменяются торжественным, величественным, умиротворенным состоянием. Пиратский Король решил, что Люку действительно стало плохо и объявил получасовую паузу.
– А что делать? – спросил де Линьет.
– Думайте о хорошем, – проурчал Серж и позвал Короля:
– Рауль!
Рауль не отозвался.
– Рау-у-уль! – Серж дернул друга за ногу.
– Что тебе?
– Рауль, ты спишь?
– Нет. Я с астралом разговариваю.
– А-а-а, – протянул Серж, – И как астрал, отвечает?
– Помолчи, а?
В это время наши путешественники заметили падающую звезду. Как известно, в такое мгновение надо загадывать желание. Вот что загадали Пираты Короля-Солнца:
СЕРЖ: Пусть будет счастлива Анна-Мария-Луиза Орлеанская!
РАУЛЬ: Хочу, чтобы человек в железной маске был свободен!
ОЛИВЬЕ: Хочу, чтобы Анжелика и Рауль скорее встретились и полюбили друг друга!
ЖЮЛЬ ДЕ ЛИНЬЕТ: Хочу, чтобы Ролана не убили на войне!
ШАРЛЬ-АНРИ ДЕ СУАЙЕКУР: Хочу, чтобы моя кузина дождалась меня, и мы поженились!
Гугенот и Люк у борта корабля тоже видели падающую звезду, и они успели загадать желания.
ЛЮК: Хочу прославиться!
ГУГЕНОТ: Хочу вернуться с войны живым!
Будучи в допустимых пределах суеверными, Пираты не стали обсуждать, кто что загадал. Только выяснили друг у друга, успели ли, и каждый подумал, что они загадали почти неисполнимые желания. За исключением желторотых – те искренне верили, что их желания сбудутся.
– Вношу предложение, – сказал Шарль-Анри, – Выпить за исполнение желаний!
– Через полчаса, – сказал Рауль, – Сейчас перерыв.
– Вы, может, неважное что-нибудь загадали, а я-то очень важное! – вздохнул Шарль-Анри.
– Я тоже очень важное, – тихо ответил Рауль, – Но почти неисполнимое.
Чтобы Железная Маска оказался на свободе. Разве такое возможно? Пора перестать верить в чудеса. А освободить принца может только чудо. Такое желание спровоцировала ''галлюцинация'' Оливье де Невиля, его дурацкие вопросы: ''Ты один? Или вас двое?'' – ''У меня-то двойника нет, – подумал тогда Рауль, – Но то, что есть человек, как две капли воды похожий на короля – не галлюцинация''. Он догадался, какое желание загадал Шарль-Анри де Суайекур, зная о клятве желторотого насчет ежедневных писем оставшейся во Франции кузине. Шарль-Анри опять вздохнул и не стал настаивать на немедленном продолжении пирушки – он, как и все подданные Пиратского Короля, и представить не мог, о чем думает их некоронованный монарх. Все пошли по ложному пути насчет заветного желания своего Короля.
Оливье для себя давно решил, что не для него Любовь с большой буквы и не стал про себя ничего загадывать. Вот его-то ''неисполнимое'' желание уже исполнилось наполовину, хотя наши герои еще не разобрались в своих чувствах. Де Невиль думал, что раз уж ему самому так резко не повезло в любви, пусть, если такое возможно, эта Любовь – с большой буквы – посетит его друзей, Рауля и Анжелику.
Серж де Фуа, очень мало надеясь на возможность союза с принцессой Орлеанской, пожелал счастья своей любимой, пусть даже с другим, пусть уже без него самого. А Гугенот, в душе наиболее жизнерадостный и наименее склонный к пессимизму из всей компании, хотя порой производил совершенно противоположное впечатление, все же пытался предпринять все, чтобы встретить грядущую войну во всеоружии – для того и запасался соответствующей литературой. Чтобы выжить самому и помочь друзьям. Итак, наши герои переговаривались, любуясь высокими звездами и обменивались репликами, относящимися к области астрономии.
А Гугенот тревожно сказал Люку:
– Sillence, Люк! Молчи, ты чуть было не проболтался!
– А есть ли смысл в том, чтобы скрывать правду? Все равно не получается веселая пирушка!
– Времена веселых пирушек остались в прошлом.
– И они никогда не вернутся, Гугенот?
– Не сейчас. Сейчас у всех слишком много тревоги. И боли. Хотя все стараются скрывать боль и тревогу. Наше будущее – тревога, наше прошлое – боль.
– А наше настоящее? Послать все к черту и жить настоящим! Моментом, мгновением, секундой! В ожидании отдаленного будущего, когда вместо тревоги и боли будет покой и счастье!
– Я так жить не могу. Но я хотел дать им забыться. А сюда я вызвал тебя не для абстрактных разговоров. Хватит философствовать! Зачем, зачем герцог подсунул Раулю вторую бумагу? Как получилось, что Рауль, такой умница, подписал ее не читая?