Александр Прохоров - Сердце тигра

Заниматься поисками на рынках Лоредан решил утром. Перекусив и выпив немного вина, молодой аристократ вознамерился немного прогуляться по набережной. Он любовался оранжевым предзакатным солнцем, золотистыми бликами в воде, с наслаждением вдыхал свежий морской воздух, казавшийся ему сейчас особенно чудесным после сухого, горячего воздуха саванн и проклятой песчаной пыли, которую ветер часто поднимал и гнал вперёд, бросая прямо в лицо.

Так, прохаживаясь по набережной Малого порта, Лоредан вдруг увидел два очень знакомых ему корабля. Он замер, в первое мгновение, не веря собственным глазам. Но нет, ошибки быть не могло. Это были его собственные корабли «Лотида» с изображением лотоса на обоих бортах и «Аккипитер» с изображением ястреба. Последний, кстати говоря, изначально был военной триремой. Лоредан купил это судно, после того, как оно было списано начальником береговой флотилии, базирующейся в Тарраконе. Корабль отремонтировали и приспособили для перевозки товаров, хотя некоторые военные атрибуты сохранились, например такие, как ростр и усиленная щитами верхняя палуба.

Итак, судя по-всему, корабли прибыли в Александрию после очередного рейда к портовым городам Киликии и Сирии. Именно, команды этих двух судов отвечали за доставку в Валенцию товаров с Востока. Поскольку период навигации закончился, нависы, как обычно решили перезимовать в Египте, а по весне плыть в Испанию.

Лоредан поспешил взойти на борт «Лотиды», где несколько моряков работали на палубе, убирали мачту и складывали паруса.

- Господин! — воскликнул один из них удивленно и обрадовано.

- Приветствую тебя Главикс, — кивнул Лоредан, узнав этого веселого галла, работавшего у него уже три или четыре года.

Остальные матросы, тоже узнав господина, поклонились.

— А где Эвкил? — спросил молодой аристократ.

- Был в каюте, — Главикс кивнул в сторону большой деревянной пристройки на корме судна.

Лоредан дал знак, чтобы матросы продолжили работать, и вошел в каюту. Это было помещение с низким потолком и двумя узкими окнами. Посредине находился прямоугольный стол, накрепко прибитый к дощатому полу. Возле стола: два табурета и один стул с высокой спинкой. В одном углу большой кованый сундук, в другом узкая койка — спальное место нависа, которое можно было отгородить занавеской, разделив, таким образом, каюту на две части.

Сам навис, грек Эвкил родом из Эмпорий [304], находился возле стола, где разговаривал со своим помощником иберийцем Авибалом здоровенным детиной, с руками толстыми, как брёвна и свирепым, как у горного быка нравом.

- Всё надо подсчитать и сложить в трюм, — говорил Эвкил помощнику. — Я видел на нижней палубе беспорядок. Тирское стекло переложите каким-нибудь тряпьём и соломой. Или нет, соломой не надо, она сгниёт до весны.

Ибериец молча, кивал, слушая наставления. Тут, вдруг грек замолчал, заметив краем глаза движение в дверях. Авибал, тоже уловил, что кроме них в каюте появился третий. Оба разом повернулись и остолбенели, увидев Лоредана.

- Господин?

- Да, Эвкил это я.

- Вот неожиданность! — грек искренне обрадовался. — Давно о вас не было никаких вестей.

- Как давно вы были дома? — спросил Лоредан, присаживаясь за стол.

- Последний раз два месяца назад. Мы тогда, доставили из Антиохии краску и ткани. Я хотел отчитаться перед вами, но Семпроний сказал, что вы уехали по важным делам в Италию. Мы, долго не стали задерживаться, проведали родных и снова в путь. Мартий велел снова плыть на восток закупить в Тире киноварь и стекло. В Киликии купили воск. Как обычно, Мартий отправил меня и Илата.

- Да, я видел «Аккипитер», — кивнул Лоредан. — Кстати, неплохо бы пригласить Илата сюда.

- Давай, — кивнул Эвкил иберийцу. — И вина принеси.

Авибал побежал исполнять, а грек обратился к Лоредану.

- Господину, наверное, угодно посмотреть отчёты о закупках, о расходах…

- О нет, Эвкил, — отмахнулся Лоредан. — Не сейчас. Присядь лучше за стол, да расскажи, как там дома?

- Да всё, вроде бы нормально. Управляющий, вот только, какой-то мрачный. Он сказал, что Марк Серторий претендует на все ваше имущество, и вы уехали уладить это дело. Это правда?

- Да, в некотором роде так, — кивнул Лоредан.

- Господин, осмелюсь спросить, вы здесь по тем самым делам?

- И по этим, и по другим тоже, — уклончиво ответил молодой аристократ.

- Беспокоимся мы все, — грустно произнёс Эвкил. — Если Серторий загребёт под себя всё ваше имущество, куда нам-то податься? Служить Серторию никто не хочет. Многие, работали ещё на вашего почтенного отца и теперь хотят работать на вас, поскольку видят, что вы достойный продолжатель его дел. Мы все желаем хранить верность дому Вестулов.

Слова грека растрогали Лоредана. Он похлопал нависа по плечу и весело сказал:

- Всё будет отлично, Эвкил. Все дела с Серторием, я улажу, а благосостояние моего дома поднимется так, как ещё никогда не поднималось.

- Ну, да помогут нам боги! — воскликнул Эвкил.

Тут, в каюту вбежал ибериец Илат — навис триремы. С ним вернулся и Авибал, принесший ойнохойю превосходного испанского вина и четыре скифоса.

Лоредан обнял Илата. Этот человек, верно, служил ещё его деду. Потом, все вчетвером выпили и дружно пришли к выводу, что лучше вин их родины, их любимой Испании нигде в мире нет.

Эвкил и Илат рассказали господину пару забавных историй из их морской жизни. Лоредан же, в самых живописных образах поведал им о своём путешествии с караваном в Карфаген и о битве с гарамантами.

- Вот это да! — присвистнул Авибал. — Нет, у нас на море, все-таки гораздо спокойнее.

- Да, это точно, — согласился с ним Лоредан. — Главное не попасться пиратом. Но их, хвала богам в наше время немного осталось, не, то, что во времена Республики. Сейчас, самая большая опасность на море — это бури. Я, уже в две успел угодить и одна из них, едва не стоила мне жизни.

Они выпили за то, чтобы Нептун уберёг их от бурь, а заодно и за попутные ветры. Потом, огорчённо качая головой, Эвкил сказал:

- Жаль, господин, что вы так много товаров потеряли из-за разбойников. Неужели проконсулы африканских провинций не могут навести порядок на границе?

- Это не просто, — ответил Лоредан. — Видели бы вы все эти бескрайние саванны и пустыни. Построить цепь крепостей, как между Рейном и Данубием, там невозможно. Что касается потерь, мне жаль только деньги. Ну да ладно, будем считать это платой за моё спасение. Ну, а средств у меня, ещё предостаточно.

Помолчав немного и осушив скифос в третий раз, Лоредан сказал, обращаясь к обоим нависам: