Гибельный оплот - Элизабет Мари Поуп

– Вы хотите сказать, – недоверчиво спросила Кейт, – что он убил её?

– Это не я говорю, это он говорит. Чего ещё надо? Рассказывают и другое, но не надо верить тем врунам. Я всё слышала собственными ушами. Я убил её, так он сказал своему брату перед всеми нами, и был он белый, как рубаха; и сэр Джеффри ничего с ним не сделал, только отвернулся и ушёл прочь. Говорят, в своем графстве он славится справедливостью. Справедливостью! Да надо было связать этому паршивцу руки за спиной и повесить его…

– Дороти.

У ведущей на галерею двери в конце прохода стоял сэр Джеффри, из-за его плеча выглядывал мастер Джон. Дороти осеклась и издала звук, похожий на кудахтанье испуганной курицы – может быть, не так уж она верила в мягкосердечие хозяина.

– Ступай, Дороти, – сказал сэр Джеффри. – Тебя ждут в зале. Джон проводит тебя.

По его лицу невозможно было угадать, сколько он успел услышать, голоса он не повышал, но Дороти как ветром сдуло. Мастер Джон подхватил её под руку, чтобы перевести через порог, и Кейт показалось, что его толстые белые пальцы при этом с силой впились старушке в запястье, но оба они исчезли так быстро, что она не успела ничего толком рассмотреть. Она и её опекун остались стоять в проходе под зубцами, глядя друг на друга.

– Подойдите сюда, – сказал сэр Джеффри.

Кейт повиновалась. Она надеялась, что не суетится, как Дороти, но эти несколько шагов дались ей с трудом.

Повисло молчание. Под суровым взглядом сэра Джеффри она словно бы уменьшалась в размерах, пока не превратилась в крохотный камушек из тех, что лежали на выступе стены у него под рукой. Положение было кошмарным: выглядело всё так, будто она отправилась вынюхивать тайны и сплетничать, стоило только ему выпустить её из-под надзора.

– Сэр Джеффри... – неловко начала она.

Сэр Джеффри, похоже, её даже не слышал.

– Госпожа Катерина, – говорил он тем же ровным голосом, что и с Дороти до этого. – Прежде чем отправиться в Норфолк, я должен кое-что прояснить.

Кейт беспомощно ждала, когда над ней разразится буря.

– Королева сообщила вам условия, на которых вы остаетесь здесь?

– К… ккк… Нет, – запинаясь, выдавила Кейт.

Сэр Джеффри подобрал камушек и теперь вертел его в пальцах, глядя во двор. Кейт проследила за его взглядом и увидела внизу Кристофера Херона. Голова его была опущена, густые рыжевато-золотистые волосы блестели на полуденном солнце. Он миновал тёмный проём в Ричардовой башне, свернул за угол и скрылся из виду.

– Её величество выразилась совершенно ясно, – сказал сэр Джеффри всё тем же ровным голосом. – К вам следует относиться как к высокородной леди, но при этом вам запрещено выходить за пределы парка. Парка тут нет, так что пусть будет деревня и миля от дома. Вы меня понимаете?

– Да, сэр Джеффри.

– Вам запрещено отправлять и получать письма. Любые.

– Да, сэр Джеффри.

– Друзьям и родным запрещено навещать вас, любое общение возможно только в моём присутствии и с моего выраженного согласия. То есть, – добавил сэр Джеффри, – с согласия мастера Джона. В моё отсутствие присматривать за вами будет он. Со всеми вопросами и сомнениями обращайтесь к нему.

Кейт сглотнула. После дня в лесу ей совсем не хотелось отдаляться от дома больше чем на милю и выходить за пределы деревни, но ей претила сама мысль, что придётся спрашивать разрешения у мастера Джона.

– Когда вы вернётесь? – с надеждой спросила она.

Если речь идёт о неделе-другой, то всё не так уж и страшно.

– После дня всех святых, – ответил сэр Джеффри и швырнул камешек во двор.

День всех святых приходился на первое ноября, он наступал сразу после праздника урожая, когда все начинали готовиться к Рождеству, а сейчас была только середина лета.

– Да, сэр Джеффри, – она снова сглотнула комок.

Глаза её опекуна потеплели, в них невольно вернулся намёк на прежнюю улыбку:

– Достаточно с меня ваших «да, сэр Джеффри», – сообщил он. – И «нет, сэр Джеффри» и «благодарю вас, сэр Джеффри» я тоже слышать не хочу, дитя мое! Я знаю, что сейчас не в духе, но последнее время я постоянно не в духе, и к вам это не имеет никакого отношения. Ну же! Дайте мне руку и станем друзьями?

Кейт настороженно шагнула к нему:

– Я не собиралась сплетничать с Дороти, – извинения звучали неуклюже. – Просто…

– Я знаю, – большая рука накрыла её пальцы и сжала их. – Я прошу вас во время моего отсутствия быть примерной девицей, читать и не забивать свою голову чужими бедами. Старая поговорка гласит, что нет смысла вмешиваться там, где ты не можешь ничего исправить. Вы ведь слышали её от вашего отца?

Кейт неуверенно кивнула:

– Ну, – начала она, – он…

– Тогда примите его совет, если уж отказываетесь принять мой. Ваш отец славится своей мудростью.

Кейт покорно проследовала за опекуном на галерею. Уголок её рта подрагивал. Она часто слышала эту поговорку от отца; он говорил, что её сочинили дураки, не желающие думать. «Не вмешивайся туда, где не можешь ничего исправить! – ворчал он. – А откуда ты знаешь, что не можешь? У тебя будет уйма времени не вмешиваться после того, как изучишь дело получше. По крайней мере, будет тебе упражнение для ума».