Поэзия, Драматургия читать бесплатно и без регистрации

Болевой нерв новой книги Л. Юсуповой – повседневное насилие, пронизывающее современную российскую действительность. Основанная на фрагментарном цитировании официального судебного архива, документальная поэзия Юсуповой следует логике «освободительного монтажа», благодаря которому невидимая жертва преступления обретает зримые черты. Этическая задача автора – вернуть жертве голос, сделать его слышимым в пространстве индивидуальной и коллективной памяти. По словам поэтессы Г. Рымбу, «Лида Юсупова превращает мертвое в живое, приговор – в плач. Другие Юсуповой теперь внутри нас – и таким образом они живы». Л. Юсупова родилась в 1963 г. в Петрозаводске, окончила ф-т журналистики Ленинградского ун-та. Работала в детской редакции Ленинградского радио, в альтернативном арт-журнале для детей «Топ-шлёп». В 1996 г. эмигрировала из России, жила в Израиле, затем в Канаде; с июня 2004-го – в Белизе на острове Амбергрис. Первая книга стихов «Ирасалимль» вышла в Петербурге в 1995 г., за ней последовали сборники «Ритуал C-4» (2013, серия ж. «Воздух») и «Dead Dad» (2016, изд-во Kolonna Publications), а также книга рассказов «У любви четыре руки» (2008, совместно с М. Меклиной). Лауреат премии «Различие» (2017). В стихотворениях сохранены орфография и пунктуация документов, из которых они извлечены.

НЕЗАКОННОЕ ПОТРЕБЛЕНИЕ НАРКОТИЧЕСКИХ СРЕДСТВ, ПСИХОТРОПНЫХ ВЕЩЕСТВ, ИХ АНАЛОГОВ ПРИЧИНЯЕТ ВРЕД ЗДОРОВЬЮ, ИХ НЕЗАКОННЫЙ ОБОРОТ ЗАПРЕЩЕН И ВЛЕЧЕТ УСТАНОВЛЕННУЮ ЗАКОНОДАТЕЛЬСТВОМ ОТВЕТСТВЕННОСТЬ.
Стихи Михаила Шахназарова – не про тишину, уют и сладкие рифмы. Это литературный алкоголь повышенной крепости: действует мгновенно, бьёт точно, а послевкусие остаётся надолго. Их можно читать, когда хорошо, и особенно – когда плохо. Эффект одинаков: возвращают к жизни.
В этом сборнике – всё, за что любят Шахназарова: хулиганский юмор, точность наблюдений, честность, от которой иногда хочется хлопнуть дверью, и ирония, способная разоружить даже самого серьёзного читателя. Эти стихи не про запоминание – они сами лезут в голову и там остаются.
Это книга, которую покупают себе, дочитывают до конца уже в магазине и берут вторую – «в подарок, чтоб не отдавать свою». Но есть важное предупреждение: эти стихи точно не для маленьких детей и не для бабушек с нежными нервами. Потому что это – Шахназаров. И этим всё сказано.
Содержит ненормативную лексику!

Я все еще хочу тебя.

Я все еще охренеть, как сильно, хочу тебя!

Я хочу быть для тебя кем-то большим, нежели просто мальчиком для перепиха.

Хочу называть тебя своей и иметь возможность сказать всем тем людям, чтобы они отвалили к чертям.

Я хочу быть твоим.

И прямо сейчас я в том состоянии, чтобы, наконец, сказать это вслух, но при этом все еще помнить, что ты не хочешь ничего из этого.

Так что извини!

Мне дико жаль, что я пытаюсь двигаться дальше.

В настоящем издании представлен цикл «Тюремные рассказы», пьеса «Протокол» и стихотворения Николая Свистунова, в которых отражена жизнь сегодняшней России – на воле и «по ту сторону свободы».

 В комедиях Рэя Куни всегда присутствуют невероятные обстоятельства, скелет  в шкафу и фантастическая изобретательность, с которой его герои из этих обстоятельств выкручиваются. Английские полисмены, беженцы из Восточной Европы, чопорные дамы  и даже члены русской мафии – в таком инфернальном хороводе растерялся бы кто угодно, но не главные герои его пьес. Комедии совмещают в себе отточенную выстроенность сюжета «комедии положений», некоторую фривольность языка с реалистичностью «нереалистичных» ситуаций, где герои часто выдают себя за тех, кем не являются, все более и более «запутывая» сюжет.
Комедии Рэя Куни переведены более чем на 40 языков и ставились в странах по всему миру, включая и Россию. Его по праву считают одним из самых важных комедийных сценаристов своего поколения.

— Алиса, Ваше резюме впечатляет. Блестящее знание языка, интересный опыт. Однако, должен вас предупредить, на этом форуме важна не только лингвистическая точность. Мне нужен… определенный имидж. Моя спутница должна выглядеть безупречно, вести себя соответствующим образом и… не портить общую картину. Вы понимаете? — Поняла, Вам нужен попугай, который говорит на трех языках? Или просто живой манекен, чтобы вешать на него брендовые сумки? Произнося это, я уже готовилась к увольнению. Но Марк Орлов, IT-магнат с железной репутацией медленно поднял на меня взгляд. В его глазах читался не гнев, а нечто более опасное — интерес. — Манекены не парируют, — прозвучал его низкий голос. — Они безмолвны и послушны. А вы... совсем другое дело. Теперь я лечу с ним в Милан. Бизнес-класс, пятизвездочный отель, переговоры на миллионы. Все по контракту. Но какую цену я заплачу за эти три дня? И почему чем ближе я к этому человеку, тем больше хочу нарушить все пункты нашего контракта? ХЭ

Незаконное потребление наркотических средств, психотропных веществ, их аналогов причиняет вред здоровью, их незаконный оборот запрещен и влечет установленную законодательством ответственность.

— Почему ты ушла?

— Ты правда не понимаешь?

— Нет, Диана, не понимаю. Я домой приехал с цветами, раньше на три дня, а у меня такой сюрприз. Как давно ты ушла?

— В понедельник.

А сегодня пятница.

— И что стало причиной?

— Я все знаю, Андрей. Она мне все показала, даже не постеснялась.

— Да кто, блин, она?

— Твоя любовница.

___

Он вернулся из горячей точки, но вместо семейной встречи получил предложение развестись

#горячо_и_откровенно

#взрослые_герои

Измен между героями нет!

Закончилась у солдата служба, спешит солдат домой. Но по пути в родные места довелось ему сделать еще одно доброе дело: помочь мальчику Иванушке вызволить из плена матушку свою – Марью–Искусницу. Уж как ни старался могущественный и хитрый Водяной со всей своей придворной нечистью, так и не смог побороть солдатскую смекалку и доброе сердце.

Переломные, сложные, как роман, великие пьесы А. П. Чехова, оказавшие влияние на мировую драматургию. «Чайка» стала переломным, революционным произведением не только в творчестве Чехова, но и в мировой драматургии. Внешне реалистическую пьесу Чехов построил очень необычным для XIX века способом. Хотя уже ранние чеховские пьесы «Иванов» и «Леший» вызывали у критики упреки за «обилие вводных, не относящихся к делу сцен и разговоров» и «небрежение законами драмы», в «Чайке» Чехов возвел эти мнимые недостатки в принцип. Здесь отсутствует отчетливая сценическая интрига. Основные изменения в отношениях героев происходят за сценой, и о них сообщается «между делом». На сцене совершаются рутинные бытовые действия (например, игра в лото в третьем акте), ведутся незначительные разговоры о посторонних вещах, подлинный же смысл диалога зачастую содержится в подтексте, мы улавливаем его не сразу. Комические эпизоды приобретают драматическое завершение, и на оборот; при этом пьеса с серьезной проблематикой и трагическим исходом демонстративно определяется автором как «комедия».

В своих поэмах Пушкин проходит путь от волшебной сказки и романтических подражаний Байрону до создания собственной — и, значит, отчасти общей — исторической концепции и мифологии. В «Медном всаднике» общая картина наводнения и частная история Евгения также разворачиваются одновременно и параллельно, и внимание автора постоянно переключается. В то же время от типичной постбайроновской романтической поэмы «Медного всадника» отличает подчеркнутая «ничтожность» героя, внешняя прозаичность его биографии, наконец, «полифоничность» структуры. Не только герой со своей бедой время от времени теряется на фоне картин общего несчастья, но и голос автора исчезает среди «чужих слов».

Историческая драма о Смутном времени — и главная русская историческая драма вообще. Опираясь на Шекспира и Карамзина, Пушкин смешивает языки и стили и открывает в русской истории глубокую психологическую проблематику. Шекспиру я подражал в его вольном и широком изображении характеров, в небрежном и простом составлении типов, Карамзину следовал я в... развитии происшествий, в летописях старался угадать образ мыслей и язык тогдашнего времени. Источники богатые! умел ли ими воспользоваться — не знаю, — по крайней мере, труды мои были ревностны и добросовестны. А также главная русская идиллия: история любви и спасения на фоне бунта, бессмысленного и беспощадного.

Поэмы Лермонтова проходят путь от юношеских подражаний Байрону и Пушкину до масштабных мистерий, подводящих итог русскому поэтическому романтизму. Давно отверженный блуждал В пустыне мира без приюта: Вослед за веком век бежал, Как за минутою минута, Однообразной чередой.

Собрание пьес одного из главных русских драматургов: ранние «Молодые супруги» и «Студент» и, конечно, «Горе от ума» — самая хрестоматийная русская комедия, неисчерпаемый источник пословиц и паноптикум бессмертных типажей. Публикационная судьба «Горя от ума» складывалась отнюдь не гладко. Закончив первый вариант комедии, которая сразу же была запрещена цензурой, Грибоедов в июне 1824 года отправился в Петербург, надеясь там благодаря своим связям провести пьесу на сцену и в печать. Тем временем «Горе от ума» уже широко ходило по рукам в списках. Таким образом, «Горе от ума» стало первым произведением, массово тиражировавшимся в самиздате. Полностью и без купюр комедия была напечатана только в 1862 году.

Национальная драматургия – один из лучших способов познакомиться с культурой страны в конкретный момент времени: театр откликается на происходящее быстрее и непосредственнее других видов искусства. Венгерская драма изобилует как произведениями на злобу дня, так и попытками осмыслить прошлое и настоящее, авторы, отвечая на вопросы, которые ставит перед ними современность, обращаются к различным (в том числе и недавним) периодам ХХ века, ища в них корни нынешних проблем. В настоящем сборнике представлены пьесы традиционные, то есть написанные профессиональными драматургами (Чаба Мико, Чаба Секей), драма в стихах (Янош Тереи), тексты, представляющие из себя сплав режиссерской и традиционной пьесы (их авторы одновременно и драматурги, и актеры, и режиссеры – Бела Пинтер, Саболч Хайду, Адам Фекете) и монодрама (Эва Петерфи-Новак). Все пьесы были высоко оценены венгерской критикой (награждались премиями Цеха театральных критиков как лучшие пьесы года) и получили успешное сценическое воплощение.

Многие персонажи Шекспира стали нарицательными, вошли в наш повседневный обиход – но никому из них в этом отношении не сравниться с юными Ромео и Джульеттой из средневековой Вероны и суровым венецианским мавром Отелло, превратившихся в символы великой, безграничной любви или жестокой, выжигающей душу ревности.

«Ромео и Джульетта» и «Отелло» – не просто гениальные пьесы. Они будут жить столько же, сколько будут существовать среди людей чувства любви и ревности, а значит – всегда!

От упоминания последнего летнего месяца Веру до сих пор скручивает изнутри. Одна ошибка — и сердце оказывается разорванным на части. Вместе с утратой первой любви угасает доверие к людям и рушится иллюзия семьи.

Годы летят, Вера по крупицам собирает себя заново. Но главное испытание — не пойти ко дну, когда прошлое вновь постучится в обшарпанную дверь, приведет на порог дома, где случилось столько счастья, и заставит искать ответы о судьбе людей, которых когда-то хотелось называть семьей.

«Когда становится слишком тихо» – это нуар рассказы без выстрелов и погони,
где главное преступление совершается внутри человека.
В этих рассказах нет злодеев и святых.
Есть только люди, которые слишком долго смотрели в темноту и начали различать в ней собственные очертания.

Иоганн Вольфганг Гёте – великий немецкий поэт, мыслитель и общественный деятель, властитель дум своего времени. В настоящем томе представлены самые знаменитые его произведения: трагедия «Фауст» (история о легендарном маге и чернокнижнике, посвященная вечным темам познания жизни и трудности человеческого пути), роман «Страдания юного Вертера» (трагическая история молодого бюргера, не нашедшего ответа на свое чувство и отвергнутого обществом), эпическая поэма «Герман и Доротея», а также избранные стихотворения.

Все произведения сопровождаются иллюстрациями немецких художников XIX века Рихарда Брендамура и Франца Ксавера Зима. 

Постель. Смятые простыни. Два обнаженных тела. Я в дверях.

Мой любимый мужчина обнажен, рядом с ним… Раиса. Лучшая подруга…

- Степан! Раиса! Но как же… - инстинктивно прижимаю руку к еще плоскому животу.

Мои слова звучат жалко. Но я все еще не верю. Это не укладывается в голове.

Кто угодно, только не Степан… Он же не такой… он особенный… мой…

И подруга, которую я люблю как сестру. Я же ей доверяла все свои тайны. Она знала про меня все…

Может ли что-то быть больнее?

- Виолетта, ты все не так поняла! – Степан пытается подняться с постели.

Раиса удерживает его за руку.

- Все ты правильно поняла. Вали. Не мешай нам. Или… - облизывает пухлые губы, - Ты сейчас сморознешь, что беременна? – подруга запрокидывает голову и начинает заливисто хохотать. – Используешь дешевый прием, чтобы удержать мужика, которому ты не нужна?

Дебютный сборник стихов участника и победителя поэтических слэмов.