Пламенев. Книга 11 - Сергей Витальевич Карелин
Так что я не слишком переживал о том, что она меня дисквалифицирует за такие вот «случайности».
Свалка редела и от этого делалась злее. Оставшиеся уже посмотрели друг на друга в деле, случайных среди них почти не осталось, и каждый следующий размен становился суровее предыдущего.
Но Вторых Кругов на черепаху допускалось пятнадцать, а не пять, так что до прямо-таки ожесточенного боя не дошло. Когда уже начало казаться, что между оставшимися участниками сейчас полетят искры от эмоционального напряжения, прозвучал гонг, обозначающий конец раунда.
Пятнадцать Вторых Кругов были выбраны, и наша четверка: я, Наташа, Ян и Артем, — оказалась в их числе в полном составе.
На самом деле, это было вполне заслуженно. Я бы ни за что не сказал, что кто-то из ребят получил место на черепахе только благодаря мне.
Наташа обладала особым телосложением и была гением уездного рода.
Артем и так относился к развитию своих навыков с куда большей серьезностью, чем в целом к жизни. Но после смерти Якова, которую он переживал тяжелее всех, кроме, разумеется, Кати, он хоть и остался главным нашим весельчаком и балагуром, внутри него что-то переклинило.
Он стал почти что маньяком тренировок, выкладываясь даже побольше меня. В результате не только уничтожил малейший намек на свою былую дрыщавость, но и своей магией сейчас пользовался на уровне, которому могли позавидовать многие бойцы форпоста, находившиеся на Втором Круге годами.
Про Яна и говорить нечего лишний раз. Первый Круг в шестнадцать, Второй — в восемнадцать. Семейная магия теней, которую он, не обладая особым телосложением, собственным талантом и гением вывел на высоту, далеко превосходящую уровень волостного рода.
Да, на турнире нашу команду процентов на пятьдесят-шестьдесят тащил лично я. Но уже то, что ребята в финале с минимальным отрывом, но одолели шестерку Кавелиных, многое говорило об их навыках. Если бы турнир провели прошедшим летом, а не два года назад, уверен, даже без моего участия они без труда вышли бы как минимум в финал.
Следующим этапом шло сражение Первых Кругов. И вот им на поле уже стало довольно тесно. Три с лишним сотни участников на тридцать мест — пропорция примерно та же, что у нас, но это все-таки многовато.
Пытаться наблюдать сразу за всем, в такой свалке было невозможно, так что офицерская цепочка у этого круга встала вдвое плотнее, через каждые несколько шагов. И даже сама Ольга встала в ряд, чтобы не упустить ничего из происходящего.
Солнце к тому времени уже начало опускаться и било вдоль берега, и тени трех сотен тел сплелись по песку в одну шевелящуюся сеть. Отсидеться в такой давке было попросту негде: даже внешняя кромка, на которой в прошлых кругах пробовали пережидать, не была гарантом безопасности.
Своих ребят я находил в этой каше без ошибки, и тут уже нельзя было сказать, что они отличались какими-то феноменальными успехами.
Двух лет могло быть достаточно, чтобы сделать из и так талантливого и сильного Мага вроде Артема по-настоящему мощную боевую единицу, одного из сильнейших на своем Круге во всем форпосте. Но к сожалению, сделать полноценных боевых Магов из тех, кто недавно был просто членом банды, было уже куда сложнее.
Тем не менее, хотя я не мог сказать, что они раздавали налево и направо лещей, ни за одного из них мне не было ни на секунду стыдно. Их сбивали с ног, как и всех, но поднимались они раньше, чем сбивший успевал отвернуться к следующему, и били уже с подъема, не теряя ни мгновения.
После второго такого подъема соперники начинали коситься с недоумением, а после третьего уходили искать добычу посговорчивее. Подобная манера была результатом далеко не одного боя без правил, судей и гонга. И что-то мне подсказывало, что большинство моих ребят, вспоминая суровые времена начала службы в форпосте теперь, падая на песок от чужих ударов, просто смеялись про себя.
По-настоящему успешно сражалась одна только Нина. Получив реальное академическое образование, пускай и длительностью всего в год, она достигла Круга первой из всех, и уже вскоре должна была перейти на Второй, всегда держась дольше большинства на наших тренировках. А еще, получив мое одобрение, взялась изучать магию пламени по тому же руководству, которому следовал я сам, так что теперь активно раздавала взрывные удары направо и налево.
Парня из недавних студентов, который налетел на нее с разбега, она просто пропустила мимо, доведя его же разгон толчком в лопатку. И даже не посмотрела, куда он укатился по песку с обожженной спиной.
Помимо нее, стоило отметить еще троих.
Илья Зуев, непонятно в какой момент и каким образом закорешившийся с Петром из моего боевого подразделения (тем самым, что сломал мне руку в самом начале службы), за эти два года стал очень хорош в силовой борьбе. За несколько минут сражения он опрокинул на землю и вывернул или сломал уже то ли пять, то ли шесть конечностей, пускай и заплатил за это множеством порезов, ожогов, ссадин и нездоровой зеленоватостью кожи на всей левой стороне тела.
Наконец, Зина со Славой, брат и сестра, и так всегда прекрасно работавшие в паре, за два года тренировок вывели этот навык на какой-то иной уровень. И то, что они умудрялись кооперироваться в состязании, где это было официально запрещено, причем делали это так мастерски и настолько неочевидно, что ни один из судей так ни разу и не смог их подловить, было более чем красноречивым доказательством этого их умения.
Выпускников среди Первых Кругов более чем хватало, и со стороны они смотрелись куда выгоднее моих ребят. Но когда прозвучал гонг и в круге остались стоять тридцать победителей, из них я насчитал восемь своих и всего четырнадцать студентов. С учетом того, что в начале соотношение было двадцать на почти три сотни, становилось очевидно, какая «школа» давала лучшие результаты: академическая или «уличная».
В кругу Сердец набралось всего пятьдесят человек. Разгадка была простой. Все, кто прибыл в форпост, находясь на Сердце, по большей части определялись на сравнительно мирные задачи: снабжение, уборка, мастеровые. Желающих по доброй воле лезть на спину к Демону среди них набралось совсем немного.
Стояли за веревкой и двое моих. Набралось бы и куда больше: желали отправиться на черепаху буквально все. Но большинство срезало возрастное ограничение, и остались только Гриша,