Как профукать праздник. Судьба из дежурной части - Екатерина Мордвинцева

Помню, как за три дня до вылета я сидела на работе и вместо отчёта смотрела прогноз погоды в том самом курортном городке. Тридцать градусов, солнце, лёгкий бриз. За окном моего офиса мела метель, и от мысли, что через три дня я буду ходить по тёплому песку, кружилась голова.

Я даже представить не могла, что этот песок мне не суждено увидеть.

Двадцать четвёртое декабря началось обычно — и в то же время совершенно необычно. Я проснулась за час до будильника, словно какой-то внутренний голос торопил меня. За окном было ещё темно, но фонари заливали двор оранжевым светом, и снег искрился, как рассыпанные бриллианты. Я включила гирлянду, которую повесила на окно ещё в начале декабря, и комнату наполнили уютные разноцветные огоньки.

Чемодан был собран ещё с вечера — я проверила его раз десять, наверное. Документы лежали в отдельном органайзере, который я сунула в сумку вместе с кошельком и телефоном. Сумка была у меня новая — кожаная, на длинном ремешке, тёмно-бордовая. Я купила её специально для поездки, чтобы было удобно в ручной клади. И даже тогда, выходя из дома, я подумала: какая же она красивая. И подумала: надо держать её поближе к себе, в аэропорту всегда толкучка.

Выехала я с запасом, хотя путь до аэропорта занимал обычно около часа. Маша, которая всегда и всех торопила, написала в общий чат: «Выходим! Встречаемся у входа через полтора часа». Женька скинула смеющийся смайлик и фото своего чемодана, обмотанного яркой лентой, чтобы не потерять. Лера пожаловалась, что забыла зарядить пауэрбанк. Кристина написала короткое: «Еду. Ольга со мной». Мы все знали, что Ольга присоединяется к нашей компании в последний момент, потому что её муж смог отпустить её только сейчас, и билеты она купила буквально вчера. Они с Кристиной должны были приехать вместе.

Инга не писала. Инга вообще последние дни была странно молчалива, и когда я спросила её об этом в личке, она ответила односложно: «Работа. Потом».

Я не придала этому значения. Я вообще многому не придала значения.

Таксист, пожилой мужчина с усами, оказался разговорчивым. Он спросил, лечу ли я к родственникам, и я радостно ответила, что лечу с подругами на море. Он улыбнулся, пожелал хорошего отдыха, а на прощание сказал: «Счастливого пути». Я кивнула, вылезла из машины, втянула чемодан на тротуар и огляделась. Здание аэропорта сияло огнями, огромная ёлка у входа сверкала гирляндами, и отовсюду доносилась приглушённая музыка. Внутри было тепло, пахло кофе и пластиком, и эта смесь показалась мне вдруг невероятно уютной.

Я вошла в зал вылета и сразу увидела их. Маша махала мне рукой, Женя с Лерой стояли у стоек с багажом, а Кристина с Ольгой ещё не подошли. Я покатила чемодан к подругам, чувствуя, как внутри нарастает волнение. Сейчас мы сдадим багаж, пройдём регистрацию, сядем в самолёт, и через несколько часов будем там, где нет снега, где океан шумит в темноте, а завтра утром мы проснёмся и побежим к воде.

— Дашка! — Женя обняла меня, и от неё пахло её любимыми духами с нотами ванили и сандала. — Ты как?

— Отлично, — выдохнула я. — Волнуюсь только.

— Все волнуются, — Лера поправила ремешок своей сумочки и кивнула на табло. — Наш рейс ещё даже не объявили. Есть время.

Мы встали в небольшой очереди, ожидая, когда откроется стойка регистрации. Я достала телефон, чтобы написать Инге — хотела спросить, как у неё дела, почему она не приехала, ведь мы договаривались встретиться в аэропорту. Но вместо её сообщения увидела входящий видеозвонок. Инга.

Я нажала «принять», и на экране появилось её лицо — уставшее, с кругами под глазами, и почему-то невероятно грустное. За её спиной виднелся офисный стол, заваленный бумагами.

— Инга! Ты где? — я постаралась, чтобы голос звучал бодро. — Мы уже в аэропорту, сейчас регистрация начнётся.

Она вздохнула. Этот вздох был тяжёлым, как будто она несла на плечах невидимый груз.

— Я не лечу, Даш.

Слова упали в тишину. Я даже не сразу поняла, что услышала.

— Как не летишь? — переспросила я, и голос мой дрогнул. — У нас же билеты, мы всё купили…

— Босс оказался гадом, — она горько усмехнулась. — Помнишь, я говорила, что мне нужны документы, которые он должен был подписать? Так вот, он их не подписал. Сказал, что подпишет только двадцать пятого, потому что ему нужно «вникнуть». И если я не принесу их вовремя в понедельник… — она не закончила, только махнула рукой. — В общем, я не полечу. Документы важнее.

Я открыла рот, чтобы возразить, но она перебила:

— Не надо. Я уже всё решила. Вы летите, веселитесь там за меня. Хорошо?

— Инга…

— Даш, правда, всё нормально. Я обижена, зла, но что поделать. Вы там отдыхайте, а я потом догоню, если получится. Ладно?

Я кивнула, чувствуя, как к горлу подступает комок. Она была главной заводилой всей этой поездки, именно она нашла тур, уговорила всех, организовала. И вот теперь она остаётся.

— Мы без тебя не полетим, — вырвалось у меня, но я тут же поняла, что это ложь. Мы полетим. Потому что билеты куплены, потому что все уже здесь, потому что… потому что так надо.

— Полетите, — твёрдо сказала Инга. — Ещё раз — не смейте портить себе отдых из-за меня. Всё, у меня перерыв заканчивается. Позвоните, когда прилетите. И передавай всем привет.

Она отключилась, и я осталась стоять с телефоном в руке, чувствуя странную пустоту.

— Что случилось? — Маша подошла ко мне, обеспокоенно заглядывая в глаза.

— Инга не летит. Начальник не отпустил.

Маша выругалась — тихо, но с чувством. Потом вздохнула, сжала мою руку.

— Жалко, конечно. Но что поделать. Она сама сказала лететь?

— Сказала.

— Значит, летим. У неё свои причины.

Я хотела ответить, что это нечестно, что мы не можем просто так взять и улететь, зная, что одна из нас осталась в этом заснеженном городе одна, но в этот момент раздался звонок у Леры, потом у Жени. Я не сразу поняла, что происходит, но по лицам подруг увидела: что-то не так.

— Девчонки в аварию попали, — Лера произнесла это медленно, словно не веря своим словам. — Кристина и Ольга.

Мир покачнулся. Я почувствовала, как земля уходит из-под ног, и схватилась за стойку.