Только моя - Кристина Зайцева

Все у нее круто. Другого я и не ожидал.

– Как твоя… эм-м… Полина? – Карина хлопает зелеными глазищами.

Я в принципе уже понял, что у Дена от своей девушки секретов нет. Я только надеюсь, что этот секрет останется между нами тремя. Взглядом даю ей это понять. Она кусает губу, а я отвечаю:

– Она не моя.

– Ну, знаешь… она на тебя так смотрела…

– Как? – всем видом призываю не нести пургу.

– Вы парни иногда такие тупые, – накручивает на палец прядь волос. – Вот, правда, зачем вам мозги нужны, непонятно.

– Чтобы двигать вперед прогресс, – задеваю ее феминистские принципы.

Она закатывает глаза, а я перевожу свои ей за спину, где в кафешку заходит ее парень, таща подмышкой ноутбук.

Карина подпрыгивает на стуле, когда над ее головой он говорит мне:

– ЗдорОво.

Киваю, складывая на груди руки.

Пока они целуются, смотрю в окно.

Я тоже не отказался бы целоваться. В трусах очередной приход. Ерзаю по стулу, скатываясь вниз и разводя ноги шире. Прогоняя из башки образ пухлых розовых губ, от которого мои просто, зараза, ноют.

– Есть хочешь? – мурлычет Карина.

– Да, – Ден усаживается за стол, пристраивая на нем ноутбук.

– Предпочтения?

– Не-а.

– Ладно, сама что-нибудь выберу, – уходит она на кухню.

– Тачку нашел? – обращается ко мне мой босс.

– Да, пару вариантов. Сейчас поеду смотреть.

– Отлично…

Тачка тоже за счет фирмы. Ляжет на ее основные средства. Своей машины у меня нет, а без нее я не смогу функционировать, когда возьмемся за дело. У Дениса запасы нерезиновые, поэтому мне дали денег на что-то древнее, но на ходу и в исправном состоянии. Ден и сам на арендованной машине сейчас, хоть это и «ауди».

Он грузит меня инфой, и, сжав пальцы в кулак, я пытаюсь вернуть мозгам кровообращение, чтобы не сидеть тупарем, которым в данный момент являюсь.

Сгоняв на такси в область, возвращаюсь оттуда в девять вечера на двадцатилетнем «опеле», который стопроцентно нужно будет отогнать в сервис.

Дома никого. Мать с сестрой на даче.

Слегка вымотался, но не настолько, чтобы ничего не чувствовать.

Я чувствую.

Гребаный голод, от которого никак не могу избавиться.

Стоя под душем, кулаком ударяю по кафельной плитке. Так, чтобы через легкий шлепок по болевым рецепторам выгнать из тела немного тестостерона и напряжения.

Глазами сверлю пространство, сжимая зубы до скрипа.

У меня есть только сраный месяц.

Сраный месяц на то, чтобы мозги поставить на место. Или, твою мать, не поставить.

То, что ситуация до тупого повторяется, я даже не беру в расчет.

– Блять… – хрипловато смеюсь с чувством полного поражения, задирая лицо под лейкой.

Полина

– У Стаса завтра пати на даче. Поедем?

Отклеив глаза от экрана мобильника, смотрю на Захара, который несется по городу на своей «БМВ», пролетая на желтые сигналы светофоров и петляя из ряда в ряд.

Я ненавижу, когда он так делает. Захар отлично водит, но я все равно напрягаюсь каждой мышцей, в ожидании, пока он сбросит скорость.

– Тогда за рулем буду я, – говорю, складывая под грудью руки.

– Да расслабься ты, – посылает мне ленивую улыбку. – Я почти ничего не нарушаю.

– Почти…

На нем серый костюм, состоящий из пиджака и брюк, плюс к этому галстук и белая рубашка. Ему очень идет деловой стиль, он будто для этих костюмов родился, и, скорее всего, этот стиль станет его повседневным на многие годы вперед, ведь он метит в топ-менеджеры лет через пятнадцать усиленного продвижения по карьерной лестнице. Этого ждут от него родители. Да и все остальные. Он и сам настроен на эту цель, и нет ничего, что могло бы ему помешать.

Мать не забывает напомнить мне о том, какая удачная звезда упала в мой карман.

Да, наверное…

Меня слегка швыряет в сторону, когда он делает очередной маневр.

Нам вслед летит сигнал чьего-то клаксона, а я рычу:

– Захар!

– Все в норме, – продолжает упрямо гнать вперед.

Иногда он не уступает мне из принципа. Без необходимости, просто, чтобы показать, что сам принимает то или иное решение. Это проявляется в мелочах, и я не пытаюсь бороться. В нем слишком много любви к жизни и прочих достоинств, которые перекрывают этот маленький недостаток.

Замолчав, я смотрю в окно и просто жду, когда поездка закончится.

Ночью был короткий дождь, сейчас еще нет и девяти утра, асфальт и тротуары до сих пор мокрые, от этого воздух с утра свежий. Стекло водительской двери опущено, ветер слегка треплет мои волосы.

– Так что, поедем?

– Куда? – выныриваю из своих мыслей.

– На дачу к Дубцову.

Завтра суббота.

Прикусив изнутри щеку, я медлю с ответом, хотя о чем здесь можно думать. Мы бываем на даче Стаса раз в месяц. Обычно там собирается одна и та же компания, но теперь я уже ни в чем не уверена…

У меня не так много причин отказываться. И для Захара, и для себя самой. Причина только одна – там могут быть какие-нибудь нежелательные гости.

За те два дня, которые отделяют меня от разговора с Матвеевым, я так усиленно вытравливала его из своей головы, что почти победила.

В груди немного тянет. Раздражающий чертов дискомфорт.

Я справлюсь.

Уверена, что на даче Стаса делать Матвееву нечего, ведь он никогда не стремился попасть в мою компанию. Никогда не стремился попасть в тусовку, и я уверена, сейчас ничего не изменилось.

– Да, – отвечаю. – Конечно. Почему нет.

Захар загоняет машину на стоянку перед торговым центром, из которого забрал меня вчера вечером, и паркуется параллельно моей машине.

Я оставила ее здесь на ночь, а сама я ночевала у Захара.

Сглатываю образовавшийся в горле ком, который першит и царапается.

Еще никогда наша близость не была для меня такой выматывающей. Не физически, а морально. Я была счастлива оттого, что все закончилось быстро, иначе мне угрожало бы стать чертовым Пиноккио, ведь я чувствовала себя деревянной куклой.

Эта скованность до сих пор не отпустила, и я боюсь своих эмоций. Я боюсь следующего раза, но я уверена, что это помутнение пройдет. Должно пройти!

– Спасибо, – отстегиваю свой ремень.

Я могла бы добраться сюда и на такси, но он сказал, что сам меня отвезет.

– Поцелуешь? – улыбается, показывая ровные белые зубы.

Потянувшись, оставляю на его губах быстрый поцелуй. Проклятая скованность даже этот простой жест делает для меня сложным.

Пока подбираю