П.С.И.Х.0. Том 4 - Никита Клеванский

Не забыв забрать флешку с презентацией, Галина Сергеевна ушла с гордо поднятой головой, провожаемая взглядами всего педсостава. Когда дверь за ней закрылась, наружу постепенно потянулись и остальные.

Каким бы сенсационным ни прозвучало заявление завуча, но у каждого имелась личная жизнь, и физрук с поддельными документами занимал в ней место далеко не из первой строчки. Ну уволят, ну придет другой. «Шоу маст гоу он» в масштабах одной общеобразовательной школы.

А вот мне, похоже, придется переезжать из каморки в камеру. Там тоже дверь с замком, правда, располагается тот снаружи, а не изнутри.

И еда опять казенная. Как в Нарцесе.

А еще Лена…

Алена…

Мой десятый класс, в конце концов. Я же за них расписался.

Рано сдаваться. Еще побарахтаемся!

На педсовет Морозова заявилась без людей в форме, а значит, все-таки мои прежние победы не прошли даром. Она не была до конца уверена, что я не отобью и эту ее нападку, и решила не привлекать с ходу представителей закона. Ведь в противном случае прилетело бы уже ей самой.

Но теперь она убедилась, что крыть мне нечем, а значит, стражи галактики скоро прибудут. Вопрос лишь в том, когда именно.

— Психо, когда?

[ С учетом типа характера Галины Сергеевны, думаю, что завтра. Во время родительского собрания.]

— Я тоже так думаю. Ведь кто-то же должен донести до родителей сегодняшнюю информацию. А уже потом меня можно и закрывать.

[ Скорее она захочет еще раз отыграться за прежние унижения. Опять ты ничего не понял.]

— Что же ты, такой умный, меня не предупредил об опасности?

[ Я предупреждал. Даже задание выдал. Но ты решил устроить шуры-муры.]

— Благодаря этим шурам-мурам я открыл новую эмоцию.

[ Что ж. В тюрьме тебе откроют еще парочку. Не самым приятным способом.]

— Надо полагать…

Тем временем учителя один за другим покидали кабинет, перед уходом бросая на меня последний взгляд. Психо анализировал каждый. В некоторых смешивалось торжество и презрение. Другие выражали сожаление или неприязнь. У кого-то даже сочувствие промелькнуло. Я не знал, как распределялись раньше люди по фракциям Морозовой и директора, но после сегодняшнего выступления весы точно качнулись. Причем отнюдь не в сторону Людмилы Анатольевны.

— Ром. — ладонь Алены опустилась на мою. — Это правда? Все это? Как же так?

— Подожди секундочку. — попросил я. — Мне нужно подумать.

Алена кивнула и не стала наседать. Она осталась сидеть рядом, и Психо фиксировал у нее все возрастающую степень напряжения.

А я и правда думал. Прикидывал варианты. Времени на какие-либо действия оставалось очень мало, и оно буквально утекало сквозь пальцы. Меньше суток на то, чтобы найти способ удержаться на плаву.

Образование за это время точно не получить. Разве что злокачественное. Но оно вряд ли поможет.

Что тогда? Обратиться за помощью? К кому?

Можно позвонить Тузику и сообщить, что голова с нужными им данными вот-вот отчалит в места не столь отдаленные. Они наверняка найдут какой-нибудь магический способ вывести меня из-под удара. Возможно, выкрадут прямо у конвоя. Правда, тогда придется примкнуть к оппозиции и жить дальше где-нибудь в землянке на границе с Финляндией. Ну или где у них там главный офис?

Придержим этот вариант на крайний случай.

Еще можно позвонить Владу и сказать, что созданная ими легенда накрылась медным тазом. Уверен, НИИНС не захочет терять подопытного, еженедельно приносящего столь ценные для проекта «П. С. И. Х.-0» данные. Как поступят они? Сегодня же заберут меня из города, а потом в каком-нибудь Светогорске, в самой обычной школе, появится новый помощник учителя физкультуры по имени, скажем, Родион Романович Подраскольников.

Светогорск, кстати, тоже недалеко от Финляндии.

А еще в нем не будет Алены. И моего десятого.

Может, тогда…

От размышлений меня отвлек оклик Кирилла, колдовавшего над компьютером:

— Коллеги, кому презентацию Галины Сергеевны? Я, вот, и половины не запомнил, что нужно завтра рассказать родителям. Подходите по очереди, всем скину. Роман Дмитриевич, возьмите тоже! У вас флешка с собой?

Я похлопал по карманам. Флешка имелась.

Не прекращая мыслительного процесса, я встал и подошел к учительскому столу. За мной, не отставая ни на шаг, хвостиком увязалась Алена.

Вытащив флешку, я протянул ее Кириллу. Тот скривился, поморщился, внимательно осмотрел носитель информации, но все-таки его взял. Осторожно. Двумя пальцами. Словно найденную возле кровати недоеденную котом дохлую мышь, которую уже облюбовали наглые жирные опарыши.

Хотя, на мой взгляд, выглядела она не так и плохо. Ну потертая, ну без колпачка, ну испачкана в чем-то, отдаленно напоминающем пластилин. Что теперь — умереть?

— Ты где эту гадость взял? — информатик поднял флешку на уровень глаз. — В канализации выловил?

— Из кармана вытащил.

— А в карман она как попала?

— Лежала там.

— Ясно. — Кирилл покрутил накопитель, будто искал срок годности, затем поправил невидимый галстук и провозгласил. — Послушайте меня, дети мои, ибо я несу вам слово истины во имя святого апдейта. Ваши помыслы должны быть чисты. Информация должна быть чиста. Но носитель информации тоже должен быть чистым, аки новорожденный сервер! — он шумно выдохнул и вернулся к обычному тону. — Ты бы на нее еще волос налепил, для комплекта.

— Там есть волосы?

— Там, по-моему, уже жизнь зародилась. — Кирилл воткнул флешку в системник, и тот недовольно пискнул. — Я бы на твоем месте ее с мылом вымыл. Хотя нет, не надо. Она этого не переживет. Значит, только святой огонь инквизиции! Но сперва скопируй данные куда-нибудь.

При этом он сделал такой жест, будто стряхивал капли после мытья рук, а затем еще и демонстративно вытер ладони платком.

Не думал, что он такой неженка.

Пока на экране ползла полоска копирования, к выходу из класса степенно двинулись Аркадий Борисович и Петр Николаевич. Шли они неторопливо и разговаривали вполголоса. То есть так, что слышал весь кабинет.

— … и вот раньше такого точно не было. — говорил химик. — Физрук он что? Он пил. Ну выгнали его за пьянку, и все по-людски, все понятно. А теперь, видишь ли, за корочки.

— Корочки это еще полбеды. — вторил ему трудовик. — Вот когда за старшеклассницами начинают ухлестывать, это уже совсем не педагогично.