Двойные неприятности княжны Джи - Наталья Фенгари

Шэнли осмелел и залез со мной в бочку с лепестками роз. Сидели мы в ней плотно прижавшись друг к другу, однако теснота меня не смущала, я была счастлива в объятиях возлюбленного и дразнила его поцелуями. Сидя в соседней бочке, Юйлуа улыбался, наблюдая за ними и предупредил, что я играю с огнём, и во всей империи не хватит огня, чтоб его затушить, так что отдуваться придётся мне.

Ночь мы тоже провели вместе. Мы общались, строили планы на будущее, шутили и, конечно же, любили друг друга. Мои возлюбленные показали мне, что бывает, когда в отношениях царят доверие, взаимопонимание и любовь. Между мужчинами не было ревности или соперничества, они скорее дополняли и подменяли друг друга, даря мне ощущение абсолютного счастья.

С тех пор я не мучилась выбором, а приглашала на ночь обоих. В спальне мои мужчины уже сами решали, кто и как подарит мне удовольствие.

Глава 56 Счастливый день

После отъезда Юйлуа, поначалу я загрустила, однако мой Шэнли начал брать отгулы и чаще бывал дома. Мой любимый был рядом, вместе мы проводили много времени и готовились к нашей свадьбе. Месяц пролетел быстро, а по возвращении принца, мы уединились в спальне почти на сутки, потом к нам присоединился Шэнли.

Мой свадебный наряд был готов и ждал знаменательного дня. Мы с матушкой и сестрой отдохнули и повеселились у портнихи, заказывая платья для ритуала. Выкупив шёлк в лавке, мы явились к госпоже Лейзу. Портниха приняла нас в отдельном зале, так что мы провели у неё практически целый день, выбирая фасон и отделку.

В этот день у княгини Шу было хорошее настроение, женщина давала уместные советы нам с сестрой, шутила и вообще была благодушно настроена. В течение следующих нескольких дней госпожу Лейзу посетили мужчины нашего клана и мой Шэнли. Княжич-принц Юйлуа шил свой наряд в столице.

Приближался счастливый день, выбранный для нас жрецами, некоторые гости из дальних провинций уже прибыли. Места в лучших гостиницах нашей столицы были забронированы, а рестораны забиты аристократами готовыми платить за вкусную еду и шикарное обслуживание. Лавки и магазинчики города так же удвоили свой доход, продавая гостям всё от дорогих аксессуаров и мечей до маленьких фигурок белой цапли. Моя свадьба значительно пополнила бюджет округа Хансукан.

За три дня до свадьбы прибыла Императрица с сестрой. Если верховная княгиня-принцесса располагала к себе с первого взгляда, то владычица нашей страны была женщина совсем другого пошиба. Айминь Люйсянь была жесткой и властной натурой, это было запечатлено в её лице. Опущенные уголки губ и вечно сморщенный нос в купе с взглядом полным презрения, говорили о сложном и склочном характере женщины. И живя у нас во дворце, она проявила его в полной мере.

Императрица была недовольна буквально всем, от цвета стен в её покоях до ветра, играющего металлическими талисманами-колокольчиками за её окном. Еда была недостаточно горячая, слишком горячая, соленая, перчёная или не до перчёная, приготовлено не так как нужно, но как нужно непонятно. Императрица постоянно вызывала к себе мою матушку и высказывала ей своё недовольство.

Хвала предкам меня она не трогала, у нас была одна встреча, которую устроила императрица по приезду и более она не пожелала меня видеть. А вот мою старшую сестру владычица империи использовала как служанку. Джинг посылали на кухню, он неё требовали разъяснений по различным пустякам, таким как чистота дорожек в саду, а ещё моя сестра читала императрице вслух. Видя мучения Джинг, я в очередной раз порадовалась, что я не являюсь наследницей.

Ночь перед ритуалом единения судеб невесте положено провести в одиночестве. Следовало провести время в молитвах и раздумьях, а не в койке с женихами.

Так что мои мужчины покинули меня сразу после обеда.

Вечером я посетила домашний алтарь. Поскольку история клана Хансукан насчитывает около трёх тысяч лет, то у нас не алтарь, а отдельно стоящее домашнее святилище. Оно располагается справа от центрального входа в резиденцию моей матушки. В помещении были установлены портреты или просто таблички с именами предков. Так же здесь описывались достижения наиболее прославленных членов нашей семьи.

Впервые за последние примерно полгода я провела ночь одна, было непривычно и одиноко. Мне уже стало комфортно засыпать со своими мужчинами, даже если мы не занимаемся любовью, то просто проводим время вместе. Так что я долго не могла уснуть и ворочалась, до тех пор, пока мне в кровать не прилетела бумажная птичка. Развернув сложенную бумагу, я прочла послание. Часть текста была написана рукой Юйлуа, а другая — Шэнли.

«Мы думаем о тебе любимая, нам одиноко без тебя и только воспоминания о твоей тёплой улыбке согревают нас в эту ночь. Завтра наши судьбы сольются воедино и никто не посмеет разлучить нас», — гласило послание.

Я перечитала письмо несколько раз. Представляя, как они вдвоем пишут его мне, я счастливо улыбалась и обещала, что никому их не отдам.

Утром после завтрака Юн Ли повела меня в баню. Так как в новую жизнь следует вступать не только с чистыми помыслами, но с чистым телом. А потом начались приготовления. Сегодня моей служанке помогал Ченг, так как прическа была очень сложной. Нужно было собрать волосы на верх в сложную ритуальную конструкцию и оставить две пряди сзади свободными. На прическу мы угробили часа два и в конце наших мытарств, мою голову украсила массивная корона княжны.

С макияжем Юн Ли справилась сама, забелив мне лицо, она нанесла яркие румяна и нарисовала на лбу символ моего клана в окружении золотых лотосов. Ещё служанка нарисовала мне маленькие и аккуратные бордовые губы как олицетворение счастья и плодородия.

Вся моя одежда сегодня была красная, даже нижнее белье. Этот цвет символизирует удачу, радость, процветание и благополучие, а так же он защищает от злых духов и сглаза.

Моё красное ханьфу украшала яркая вышивка с изображением феникса, а рукава были настолько широкими, что касались земли. Поскольку свадьба выпала на холодное время года, то мне на плечи накинули красную накидку, подбитую мехом лисы-огнёвки. Мех импортный и чрезвычайно дорогой, привозится в страну с территории империи Рантэсурэ, которая в моём мире называлась Россией.

В целом образ получился загадочный,