Барыня Друидка 4 - Елена Шатилова

Мы отправились в зал, где уже были знатные гости. Графиня пошла прямо, к группе женщин у главной стены, там собираются самые сливки, туда отправится после и губернатор с супругой. Меня с Тамарой туда не пригласили, возможно, чуть позже. Граф с сыном взял правее, нас же, компаньонки повели левее главной стены к стульям. Негласное соблюдение субординации, вроде и нет чёткого распределения пространства, но каждый знает своё место — чем ближе к выходу, тем ниже твоё положение. Мне повезло, я в свите графини, хотя это скорее формальность, рядом с ней нас не будет.

Я заметила, что других девушек уже начали приглашать на танцы, мы же с Тамарой так и стояли не представленными. Не сказать, что меня это сильно заботила и тем более я замечала заинтересованный взгляды в нашу сторону.

Заметила приближающегося графа Гудовича, он шёл с молодым офицером. Подошёл, представил нас, парню явно понравилась Тамара, он пригласил её, а в мою сторону даже не смотрел. Девушка записала кавалера в карне, пытаясь сдержать улыбку.

Потенциальные партнёры, словно ждали отмашки, а вернее, одобрительного взгляда от Льва Яковлевича. У Тамары уже было занято три танца.

И вот ко мне подошёл пожилой мужчина.

— Баронесса, позвольте представить, Иван Петрович Лазарев, наш губернский казначей. Иван Петрович, баронесса Екатерина Фёдоровна Милославская, наша гостья.

Мужчина поклонился, я присела в неглубоком реверансе.

— Очень рад, баронесса, разрешите пригласить вас на кадриль?

Я посмотрела на графа, он чуть кивнул, я раскрыла бальную книжку и записала.

Сама ситуация была двояка. Лев Яковлевич явно договорился с казначеем и не удивлюсь, что ко мне набьются вот такие сушёные фрукты, ну и, конечно, сынок, который словно услышал мои мысли, направился к нам.

Юрий подошёл, чуть склонил голову.

— Баронесса, вальс? — молодой граф не изменял себе.

Я даже не глянула на его папашу, записала Юрия на вальс, хотя особой надобности не было, это малый танец.

Появился губернатор с супругой, значит, все гости прибыли.

На полонез я ждала ещё одного пропесоченного сухаря, но удивительное дело, мне представили молодого офицера, даже приятной внешности. Не знаю каковы намерения были у Льва Яковлевича, но этот бойкий мужчина очень походил поведением на его сына. Неявно, конечно. Но я женщина опытная в прошлой жизни и почувствовала, да и увидела особые звоночки: как он смотрел на меня, куда двигались зрачки, да и на других женщин он бросал взгляд скорее оценивая и не наряд, а то, что под ним.

Хотя не исключено, что офицер недавно приехал из похода и просто изголодался по женскому обществу.

Тихая фоновая музыка, которая играла до этого момента на фоне, затихла, чтобы взорваться первыми аккордами танцевального марша. Офицер предложил мне руку, я положила свою ладонь сверху, и мы пошли к своему месту в очереди на торжественное шествие.

Когда я смотрела в фильмах на подобные моменты, то это казалось скучно, да и на бал-маскараде я была на адреналине и не прочувствовала зарядку. Сейчас меня буквально пронизывал такт музыки и захватила атмосфера. Я, конечно, понимала, что это может работать ментальный фон, от которого я пока не умею отгораживаться. Ведь у меня нет спарринг-партнёра по дару Разума, и о защите я знаю скорее из своих рассуждений и манипуляцией со своей аурой и эмоциями.

Сейчас не рискнула глушить эмоции, ведь я не знала, насколько чувствительные артефакты в зале. Их не было видно, да и выглядеть они могли как угодно, даже подсвечниками.

Мужчина задавал мне дежурные вопросы, я однозначно отвечала. Затем он начал отвешивать мне комплементы, я благодарила. Эта стандартная игра утомляла, но я понимала, что это нужно, я должна следовать безупречности.

Мой партнёр, говоривший что-то всё время танца, резко замолчал и отвёл меня на место, сложилось впечатление, что с облегчением — отбыл повинность. Ну и ладно, я здесь не знакомства заводить явилась.

Наблюдая. Как заканчивается хвост от процессии, поругала себя, что даже не посмотрела, где шёл Ярослав. Хотя прокрутив в голове картинки, поняла, что мне приходилось постоянно вести беседу, и смотреть вокруг я просто не могла.

Долгий танец прошёл, и наступила пауза между танцами.

Перерыв. Началось перемещение гостей. Возрастные и нетанцующие гости размещались на стульях, а актив и молодёжь стояла ближе к центру. Заметила, что несколько барышень с компаньонками пошли на выход из зала, скорее всего, в женскую гостиную, чтобы посмотрится в зеркальце.

У меня есть где-то минут пятнадцать, так предупредили. И я их проведу с пользой, гляну, что за гадюки здесь водятся. Знакомиться я не собираюсь, но почувствовать атмосферу и может что-нибудь подслушать хочу.

Сказала компаньонке, что хочу выйти. Она с готовностью со мной отправилась. Идя между гостями, я обмахивалась веером и как бы невзначай осматривалась. Старалась ни на ком не акцентировать внимание, но видела, что вызываю внимание, скорее оттого, что новый человек.

Когда вышла из зала, заметила, что за спиной нет компаньонки, хотя я шла очень медленно. Вот же слепая курица, уже потеряла меня. Идти я одна не могла, да и не ориентировалась по комнатам. Пришлось чуть вернуться и, подойдя к застывшей в испуге Василисе Петровне, дождаться внимания. Женщина увидела меня, слегка улыбнулась и что-то пробубнила под нос, я же предложила идти рядом и указывать дорогу.

В женской гостиной было достаточно много девушек, они сюда пришли по большей степени посплетничать, а не носик попудрить. Здесь местные порядки отдыхали.

Я прошла к одному из зеркал, оценила совершенство причёски, компаньонка стала поправлять несуществующие заломы на платье. Я же слушала, о чём говорят. Шёпотом перемывали кости какой-то Ольге, которая строила глазки какому-то Игорю Павловичу, у другой девушки заметили пятно на платье, третья умудрилась наступить на чей-то шлейф… Слушала, и меня уже начало мутить. Как они вообще живут, если погрязли в этом мусоре⁈

Я была замечена, чего я и добивались, несколько оценивающих взглядом, от одной красотки даже брезгливый, словно я своим видом оскорбила её. Тут всё проще, она почувствовала прямую конкурентку, что ни говори, а я девушка более чем привлекательная.

— Ой, Таисия, а Владимир тебя на