Двуликие: Дева Завесы - Алекс Джиллиан
— Пес, который где-то не там нагадил, — процедила Мира.
Она не могла рассказать о Двуликих, о запретной связи, о том, что сама является живым приговором для этого «уважаемого» Аскара. Слишком много ненужных домыслов породила бы ее откровенность.
Мирослава замолчала, пытаясь унять клокочущую в груди ярость. Жестом пригласив подруг присесть на пушистый ковер, она опустилась рядом, обхватив колени руками.
— Лучше поведайте, как вы добрались до этих проклятых земель, — тихо попросила Мира.
Хельга тяжело вздохнула, устремив взгляд в окно, за которым кружился серый хлопьевидный снег. Она долго молчала, собираясь с мыслями, прежде чем её голос, сухой и безжизненный, нарушил тишину покоев.
— Когда тебя и того парня утащил крыл, инквизиторы восстановили пробитый щит. — начала Хельга. — И уже к вечеру наше судно подошло к огромным черным скалам, скованным железом, что стояли прямо посреди реки. От них веяло смертью и смрадом, а вода за бортом кипела и пенилась от всплывших на поверхность мавок. Они бились о защитный купол, пытались прорваться внутрь, выманивали нас своими сладкими песнями, но никто не поддался. Или инквизитор что-то там нашаманил, или мы уже были наученные, — девушка горько улыбнулась. — Дальше Стеклянка разделилась, уходя рукавами в разные стороны. Каждое судно поплыло к своей цитадели…
— Яромира тоже утащили, когда треснул щит, — перебила её Зоряна, горестно всхлипнув. — Он пытался отбиться, но крыл просто смял его, подхватил за плечи и унес во мрак Черного Леса. — она прижала руку к груди, плечи ее поникли. — Хельга рассказала, что вместе с тобой унесли парня без метки. Это ведь был Дамир, да? Где он? И где ты пропадала всё это время, Мира? Ты… ты выглядишь иначе. Глаза словно отдают алым, и волосы стали ярче.
Мирослава шумно выдохнула. В памяти пронеслись изумрудные луга Тиходолья, терновый венок в белоснежных волосах Леора, сплетённый корнями Дамир, растерзанная волколаками Радмила и жуткий, скрежещущий рост древесного гиганта, втягивающего в себя живую плоть Вечевой Кущи.
Она рассказала им свою историю. Про полет над Черным Лесом и скрытую за туманами долину, где твари Завесы оказались совсем не теми, кем они представляли.
Мира описала «рай», который на поверку оказался лишь временным убежищем. Она поведала о гневе Лесовика — древнего и беспощадного существа, проснувшегося, чтобы очистить мир от чужаков.
Она описывала, как рушились избы, как Тиходолье за считанные мгновения превратилось в кровоточащую рану, став братской могилой для тех, кто мечтал о спасении.
Она умолчала лишь о самом главном.
О том, что в её венах нет ни капли человеческой крови, а на запястье поверх рунверского клинка иногда загорается корона Верховного.
О том, что правители Двуликих склонялись перед ней, почитая, как великую Деву Завесы, а металлический дракон силой забрал ее в цитадель Владыки.
Умолчала она и о том, что Хозяин Леса когда-то носил имя Белозар и был отцом Дамира. О самом Дамире Мира сказала только то, что он пропал в той кровавой резне, и сердце её разрывалось от осознания, что он потерян для нее навсегда.
— А я верю, что он жив, — твердо прошептала Зоряна, поднимая на Миру заплаканные глаза. — Его дух так просто не сломить. Он столько прошел… Обычный человек, без малейшей искры магии.
— Он самый сильный и храбрый из людей, что я знала, — с чувством проговорила Мира, ощущая, как горло сжимает стальной петлей. — И я тоже в него верю, Зоря. Как ни в кого и никогда. Даже больше, чем он сам в своих «великих» драконов, — добавила она с горькой улыбкой.
— А что же Яромир? Тоже остался там? — с тоской во взоре спросила Зоряна.
Мира молча кивнула, опустив взгляд на свои ладони, сложенные на коленях. Девушки на какое-то время умолкли, чувствуя, как скорбь и отчаяние вновь пробиваются в их сердца, вытесняя короткую радость встречи.
— Нам сказали, что путь до Пепельных Земель занял месяц, — внезапно поменяла тему разговора Хельга, глядя на Миру с непонятным выражением. — Месяц! Один день от Нордстали до Кряждара, столько же до Лиграда, два — до Клинграда и ещё один досюда… Но мы прибыли в Цитадель только позавчера.
— Этого не может быть! — Мира вскинула голову, чувствуя, как внутри всё леденеет. — В Тихомирье я провела всего две ночи, причем первую — в забытьи.
— Вы же не думали, что всю империю можно пересечь за неделю? На драконе — да, но на повозке и даже по реке… — Ждана развела руками и покачала головой. — Аскарские маги ускоряют время в пути, создавая особые порталы, которые человеческий взор не способен заметить. Вы наверняка видели руны на колесах телег?
Мира и Хельга переглянулись, а Зоряна в изумлении открыла рот.
— А на бортах барж? Или вы считали, что знаки начертали для вашей защиты? — она важно причмокнула губами. — Расстояния в Империи чудовищны. Если бы не магия порталов и рун, вы бы просто истощили все запасы воды и еды, прежде чем увидели бы шпили цитаделей. Для отмеченных путь промелькнул как сон, а мир за это время прожил целый месяц.
Весть о потерянных неделях ударила Миру тяжелым обухом. Целый месяц. За это время Дамир мог погибнуть тысячу раз. Если волколаки не разодрали его в тот же день, то другие твари наверняка сделали свое дело.
Лихая улыбка Дамира, заразительный смех и сильные надежные руки — всё это теперь казалось осколками полузабытого сна.
Притихшие подруги сидели неподвижно, понимая, что их прошлая жизнь окончательно превратилась в пыль. И только Ждана смотрела на них с глубоким пониманием в больших светло-карих глазах.
— Я здесь уже третий год и смело могу заверить, что вам еще повезло, — она решила немного приободрить поникших девиц. — Особенно… — она взглянула на Мирославу и тут же осеклась, наткнувшись на ее предупреждающий взор.
Мира незаметно раскрыла ладонь, напоминая Ждане,