Игра не для всех.1941 - Даниил Сергеевич Калинин
Андрюха падает на татами впервые за время спаррингов, на глазах у замершей и притихшей группы. А следом лечу вниз и я, опрокинутый задней подножкой Арсена — у него кстати, тоже есть спортивный опыт до хапкидо, что позволило одаренному парню довольно быстро подняться в ранговой системе поясов корейского единоборства. Только занимался он карате, чьи удары ногами по большому счету идентичны нашим.
Вместе мы падаем на татами, только Арсен пытается зафиксировать меня на удержание. С кем другим у него бы наверняка получилось — но я за последнее время вспомнил многое из «Самбо», да и здесь уже кое-чему научился. Так что не дожидаясь зафиксированной за оппонентом победы, резко встаю на мостик и переворачиваю не ожидавшего подобной прыти Арсена на спину, оказавшись сверху. Руки автоматически схватились за отвороты его кимоно на груди и, до упора натянув на себя левый, правый я прижимаю к самому горлу противника, начав его душить.
То, что все происходящее здесь и сейчас даже не спортивный спарринг, а его лайтовое подобие, как-то забывается. Душу парня я всерьез, зарычав от внезапно накатившей ярости. Подоспевший Андрюха пытается оттащить меня от товарища, тренер громко кричит «Закончили!» — я не реагирую, все сильнее стягивая кимоно на шее Арсена.
— Самсонов, закончили!!!
Повторный крик Михи приводит меня в чувство. Прекратив душить одноклубнику, я как-то ошалело посмотрел в его налившиеся дурной кровью глаза — но красный пояс также быстро приходит в себя.
— Норм?
Несмотря на глупый вопрос, Арсен только кивает, не проявляя излишней агрессии. Помогаю ему встать и смотрю на тренера. Сенсей же, удивленно покачав головой, только усмехнулся и дал команду:
— Еще раз!
…- Ну, ты блин гладиатор!
При заходе в раздевалку Димка — товарищ из универа, с которым мы вместе ходили на курсы разговорного английского и который и пригласил меня в свою секцию — дружески хлопает по плечу. Я же лишь устало киваю ему в ответ, внутренне переживая, что замотивированные первой, неудачной для обоих «схваткой» красные пояса не оставили мне даже шанса во второй. Впрочем, неудивительно — только вновь встав напротив парней, я осознал, как сильно «задышал» и что мне совершенно не хватает воздуха. Потому легко перемещаться уже не получилось, а Андрюха, не делавший больше ошибок с недооценкой моих способностей, просто порвал меня в борьбе, швыряя и через бедро, и подножками, и разок даже через спину с колена. Только раз мне удалось ухватить его за ногу после падения — я вцепился в нее как клещ, стоя на коленях, и готовился было выбить вторую подсечкой. Но тут же несильный, однако чувствительный удар ноги Арсена опрокинул меня на спину. М-да уж, гладиатор… Тем не менее, большинство ребят громко обсуждают именно мое противостояние с красными поясами, а сам Андрюха смеясь, рассказывает о первой, неудачной попытке бросить меня. Я же, закрыв глаза, расслабленно откидываюсь на прохладную бетонную стену. Одну секунду, и встану, всего одну секунду…
…После «возвращения» в реальность я решил кардинально пересмотреть свою жизнь. Капсулу, несмотря на легкий протест в душе мы сдали в центр утилизации «Великой Отечественной». Говорят, там был жуткий скандал с увольнением нескольких сотрудников… Но положа руку на сердце, оказавшись в родном для себя мире, в настоящем — я не очень сильно хотел вернуться туда, где каждый день в меня стреляли, где в небе висели немецкие самолеты, где приходилось убивать прежде, чем быть убитым. Если бы еще не Олька… По казачке я тосковал, очень сильно тосковал, едва ли не каждую ночь после возвращения она снилась мне… Но говоря по совести, только здесь я осознал всю нереальность происходящего в виртуальном мире, и как-то сумел свыкнуться с мыслью, что Мещерякова была ненастоящей. Учитывая же, сколько вокруг ходило студенток с откровенными вырезами на груди и в коротких юбках, просто дыша свежестью и девичьей красотой, это было не столь уж и сложно.
Но за себя я взялся всерьез: слишком сильно отличалось мое рыхлое, заплывшее жирком тело от кондиций пограничника Самсонова, у которого был и рельефный, весь в кубиках пресса живот, и крепкая мускулатура. Конечно, ничего необычного в сравнении с другими бойцами заставы, до войны регулярно тренирующихся на турниках и брусьях, но относительно меня самого эта физическая форма была идеальна… Так что уже следующим после игровой эпопеи утром я пришел на стадион. Правда, тогда я пробежал всего пятьсот метров, после чего даже не смотря в сторону турника — тогда просто не умел подтягиваться — отжался всего двенадцать раз. Но как говорится, лиха беда начало. Вечером я вновь пришел на стадион. А утром следующего, еле встав с кровати с дико болящими мышцами, не плюнул на все, а двинул в бассейн. Днем же позвонил Диману, когда-то предлагавшего мне пойти потренироваться в его секции…
За последние два месяца я сбросил десять килограмм, довел кроссовую дистанцию до двух километров, стал отжиматься по пятьдесят раз за подход. Подтягиваться, правда, научился всего неделю назад — не те группы мышц развивали многочисленные отжимания, но тут отчим подсказал мне лазить по трубе. Сумев забраться до самого верха на старой школьной спортплощадке, я наконец-то сумел поднять свое тело и на перекладине… После пошло уже веселее, и за последние семь дней я догнал число подтягиваний до восьми раз. В бассейне же плаваю уже по километру — правда, только на спине.
На тренировках мой «рост» конечно не так заметен, но все же пять базовых «срывов» (вариант освобождения от захвата) я выучил, несколько стоп-криков (нижних ударов ног) и лоукик более-менее освоил, так что на белый пояс можно сдавать смело. А занимаясь уже «индивидуально» со старым товарищем Виталиком, с которым когда-то вместе начинал ходить на «Самбо» и не потерял связь за все последующие годы, мы немного подтянули мне руки и борьбу. В смысле уже более-менее наработали классические боксёрские удары рук на лапах, а также обновили в моей памяти проход в ноги, зацепы-подсечки и бросок через спину с колена. А в партере — рычаг локтя и ущимление ахилла, плюс разучили все возможные варианты удушающих. Короче, физически я неплохо