Плохиш и красотка - Фэя Моран

— Просто раздражают самодовольные мужчины.

Дино усмехнулся.

— Их тут сегодня слишком много.

— Особенно один.

— И все же ты продолжаешь стоять рядом с ним.

Я скрестила руки на груди.

— Это временно.

— Конечно, булочка.

— Не называй меня так.

— Тогда не смотри на меня так, будто сама не решила, хочешь ударить меня или поцеловать.

У меня перехватило дыхание.

Я сделала короткий вдох, стараясь не выдать, насколько точно он попал.

— Слишком много о себе думаешь.

— Возможно. Но сейчас дело не во мне.

— А в ком?

Дино склонил голову, не сводя с меня взгляда.

— В тебе. В том, как ты смотришь. В том, как злишься. В том, что до сих пор не ушла.

Музыка где-то в глубине зала стала громче, или мне только показалось. Вокруг кто-то смеялся, проходили люди, звенело стекло, но все это будто отступило на второй план. Между нами осталось только это вязкое, горячее напряжение, в котором даже дышать было опасно.

— Не переоценивай себя, — выговорила я.

— Я и не переоцениваю. — Он сделал еще один шаг ближе, и теперь между нами оставалось слишком мало воздуха. — Я просто жду, когда ты перестанешь притворяться.

— Притворяться?

На его губах мелькнула тень улыбки. Не той насмешливой, как обычно, а еще хуже — уверенной.

— Притворяться, что тебе не нравится, когда я рядом.

Я смотрела на него, чувствуя, как пульс глухо отдает в висках.

— Ты невозможный говнюк.

— Знаю.

— Самодовольный.

— Тоже знаю.

— И бесишь меня до невозможности.

— Это я уже заметил.

Я устало потерла переносицу, громко и тяжело вздыхая. Он все еще не понял. Не хотел понимать, что я тогда говорила серьезно. Этот чокнутый мальчишка, который никогда не получал отказов, просто проигнорировал меня.

— Отойдем в место потише? — предложил Дино, кивнув в сторону террасы за высоким арочным проходом.

Я посмотрела туда, потом снова на него.

— Чтобы ты мог продолжить делать вид, будто серьезного разговора не было?

— Чтобы ты могла повторить мне это еще раз, если считаешь, что я не услышал с первого.

Я сжала губы.

Это было нечестно. Потому что часть меня хотела именно этого — места потише, воздуха, возможности не кричать сквозь музыку и чужой смех. А другая часть уже заранее жалела, что вообще позволила ему увидеть то, что он увидел.

— Пять минут, — сказала я.

— Сколько скажешь.

Он развернулся и пошел в сторону террасы, явно предполагая, что я сама решу, следовать за ним или нет.

А я пошла.

Снаружи оказалось прохладнее, чем я ожидала. Ночной воздух пах влажной зеленью, камнем после дневного тепла и дорогими сигарами откуда-то с дальнего края сада. Терраса тонула в мягком золотистом свете настенных фонарей. За кованой оградой темнели деревья, а музыка из зала действительно стала приглушенной.

Дино остановился у края, давая мне пространство.

— Я излила тебе душу, — произнесла я. — Может быть, ты решил, что я просто драматизирую. Наверняка не воспринимаешь меня всерьез, но…

— Воспринимаю, — перебил он тихо.

Я замолчала.

На этот раз в его голосе было спокойствие, от которого мне почему-то стало еще тяжелее.

— Не похоже, — выдавила я.

Дино не отвел взгляда.

— Почему?

— Потому что ты ведешь себя так, будто ничего не изменилось.

— Неправда.

Я коротко усмехнулась.

— Правда, Дино. Я прямо сказала тебе, что не хочу снова проходить через это. Не хочу снова оказаться той дурой, которая поверила красивым словам, а потом собирала себя по кускам. Я сказала тебе, что у меня на это просто нет сил. Ни сил, ни желания. И что делаешь ты? Смотришь на меня так, будто это очередная игра.

Он сжал челюсть, но молчал, давая мне договорить.

И, наверное, именно это заставило меня все-таки продолжить.

— Эван тоже умел говорить правильно, — сказала я, уже тише. — Очень правильно. Он знал, когда быть нежным, когда серьезным, когда смотреть так, будто кроме меня у него никого и ничего нет. А потом оказалось,