Реквием по погибшим - Келли Мединг

— Ты что-то увидел?

— Показалось.

Его растерянность встревожила меня, и мне еще сильнее захотелось поскорее закончить с этим делом и вернуться в Сторожевую Башню. Мне не нравилась мысль, что за нами наблюдают. Как и никому из нас это не нравилось.

Ничем хорошим это никогда не заканчивалось.

* * *

Бургерная, как оказалось, закрывалась в два часа, так что мы решили наведаться в столовую сразу по возвращении в Башню. По дороге обратно Вайят по телефону рассказал о случившемся, в том числе о стычке с полукровками. Он сидел на переднем сиденье, пока Маркус вёл машину. Нам с Майло пришлось сесть сзади, он откинулся на пассажирскую дверцу, и я прикусила язык, чтобы не завалить его вопросами. Майло за последний месяц стал моим лучшим другом, и я молчала только потому, что знала, что при Вайяте и Маркусе он всё равно ничего не расскажет.

Так что я придержала вопросы и вопросительные взгляды до того момента, когда мы останемся одни, радуясь, что можно подумать о чем-то другом, а не о нашей последней жертве гоблинов.

«Сторожевая Башня» — название обманчивое, потому что наша штаб-квартира разместилась внутри остова старого торгового центра «Кэпитал Сити Молл». Торговый центр, представляющий собой длинную широкую букву «П» с универмагами на обоих концах и магическим барьером, скрывающим нашу деятельность от посторонних глаз, был идеальным местом для размещения сотни людей и терианцев. Жилые комнаты и душевые обустроили в старых витринах магазинов, построили спортзал, оружейную, отремонтировали тюрьму (первую взорвали) и огромный оперативный центр.

Маркус въехал в каньон буквы «П» и прямо сквозь то, что выглядело как старый внутренний дворик старого ресторана. Иллюзия защекотала кожу, как всегда при прохождении сквозь неё, и мы оказались на просторной парковке. Я уже не так часто испытывала благоговение от того, что создали здесь из останков старого здания. Но зрелище всё равно оставалось чертовски впечатляющим.

Он припарковался, и мы все вышли из машины. Как и город, который мы пытались защитить, Сторожевая Башня никогда по-настоящему не спала. Даже почти в три утра в коридорах кипела жизнь. Большая часть активности, как обычно, была сосредоточена в оперативном центре, а также в восточном крыле коридора, что вел в столовую и жилые помещения.

Мы были на полпути к столовой, когда зазвонил мобильный Маркуса. Он вытащил его, не сбавляя шага, глянул на дисплей и коротко бросил в трубку:

— Да?

Прошло несколько секунд, прежде чем он остановился.

Мы тоже замерли.

— Уже иду. — Маркус закрыл телефон. Он не выглядел расстроенным, просто заинтригованным. — Астрид хочет меня видеть. Я догоню вас позже.

Он развернулся и зашагал в сторону, откуда мы пришли. Мы же продолжили путь. В столовой оказалось всего несколько человек, они сидели небольшими группками. Еды в такой час почти не осталось, в основном сэндвичи в упаковке или хот-доги с маленького гриля, который выглядел так, будто его украли из мини-маркета, так что я взяла два хот-дога и пакетик картофельных чипсов.

Вайят схватил четыре хот-дога, плюс сэндвич с тунцом и два пакета чипсов. Я улыбнулась, глядя на забитый поднос, всё ещё забавляясь тому, как вырос его аппетит после того, как он стал наполовину оборотнем. В отличие от нас обоих, Майло ограничился газировкой. Наша троица оккупировала столик, за которым уже сидели Тибальт Монахан и Кайл Джейн, заканчивая свой ночной перекус.

Оба выглядели взволнованными, но не из-за нашего появления.

— Что стряслось? — спросила я, садясь напротив Тибальта. Вайят занял место справа от меня, а Майло устроился рядом с Тибальтом.

Тибальт и Кайл переглянулись. Они работали вместе в четвёртом отряде, и если их ночь прошла так же, как наша…

— Тяжёлая ночка, — сказал Тибальт.

— Чушь собачья, — ответил Майло. Он открыл банку с газировкой и уставился на Тибальта. — Попробуй ещё раз, приятель. — Они дружили больше полутора лет и ранее работали вместе в триадах. Достаточно хорошо знали друг друга, чтобы распознать полуправду.

Тибальт нахмурился. Он протянул руку-протез и повернул голову Майло набок, обнажая красное пятно на шее.

— Это что засос?

— Близкое знакомство. — Майло отстранился и жёстко посмотрел на Тибальт. — Не меняй тему.

— Мы не вправе делиться такими новостями.

— Всё равно это скоро станет общеизвестно, — возразил Кайл. — А Маркус — их товарищ по команде.

Взгляд Майло стал ещё более суровым, а мой интерес вырос многократно.

— Что с Маркусом? — спросил он.

— Старейшина Дейн уходит из Ассамблеи, — сказал Тибальт. — У него Тень.

Тенью терианцы называли рак, поражающий только их народ. Он убивает быстро и его нельзя вылечить. Около пяти месяцев назад та же болезнь унесла Шеймуса Дейна, бывшего альфу прайда, а его сын Кинан (двоюродный брат Маркуса и Астрид) занял место альфы. Старейшина Марцелл Дейн приходился дядей Шеймусу, а также дедом Маркусу и Астрид. Насколько я понимала политику внутри клана, роль старейшины передавалась от родителя к ребёнку, чтобы избежать долгих процедур голосования, а терианцы старались избегать любых долгих процессов, учитывая среднюю продолжительность их жизни.

— Он умирает, — сказал Майло.

— Да. — Тибальт поднял вилку и потыкал остатки чего-то на тарелке. Его воспитал прайд Фелии, и именно в семье Дейнов (что я узнала от него недавно), а в шестнадцать лет выгнали. Вскоре он нашёл триады и обрёл другую семью. Потеря ещё одного отца-наставника наверняка причиняла боль, особенно после гибели Шеймуса в начале года.

— Кто следующий на роль старейшины? — спросил Вайят.

— Вот в чём проблема, — ответил Тибальт. — У старейшины Дейна не осталось живых детей.

— Тогда титул старейшины разве не переходит к Маркусу или Астрид? — спросила я. — Они же его внуки.

— Так и должно быть.

— Но?

Тибальт сжал губы, и в его глазах вспыхнул гнев.

— Но старейшина Дейн хочет, чтобы титул старейшины остался в семейной линии. Поскольку Астрид и Маркус оба без пары и бездетны, да к тому же прожили половину жизни, Дейн назвал вместо них младшего двоюродного брата. Райли, брата Кинана.

— Чёрт, — выдохнул Майло.

Кинан — действующий альфа прайда и внучатый племянник старейшины Дейна. Передать титул Райли вместо собственных внуков Дейна было довольно жестоко.

— Хотели бы они оба вообще занимать эту должность? — спросила я, почти уверенная, что ответ будет отрицательным.

— Дело не в этом, — сказал Тибальт.

— Нет, я понимаю, в чём дело, и понимаю, почему ты расстроен. Но мой вопрос остаётся в силе.

— Думаю, никто из них не хотел быть старейшиной. Но это ещё и публичное заявление, и публичное унижение. Многие осуждали Астрид за решение защищать клан, а не становиться матерью. Женщины Фелии