Небесный всадник. Том 5 - Кирико Кири
Так что определённый иммунитет у меня был, а вот Алесора пришлось тащить.
Теперь я был уверен, что это какая-то полоса препятствий с нашими пороками. Но при том, всё это казалось мне подлым. Тут не было никакой проверки нашей силы воли, и это никакое не испытание — это издевательство.
Типа она показывает наши пороки, ага. Это равносильно тому, чтобы показывать человеку, не пившему четыре дня, умирающему от жажды, стакан холодной воды, а когда тот его выпьет, обвинять в том, что он подвержен чревоугодию. Или человеку, который даже не знает, что его испытывают, кинуть золотую монету, а когда он её поднимет, кричать, что тот алчный.
Херня это, а не испытания. Типа тот ещё бред, проверять, не объяснив правила, а потом визжать, что ты какой-то плохой.
Алесор испустил глубокий вздох, когда мы оставляли позади людей. Могу понять, самому бы было сложно оставлять кого-либо за спиной, но забираться на кучу золота за теми счастливыми идиотами я боялся. Да и приходилось ведь чем-то жертвовать, мы всех спасти не могли, самим бы выбраться…
Думал я до того момента, пока мы не попали в библиотеку.
Огромная библиотека, очень похожая на столичную, где мы с Тефеей искали информацию про духов. Глядя на количество книг, могу сказать одно — нашей отличнице бы здесь понравилось. Думаю, она бы, как те несчастные на золоте, ушла во все тяжкие. Тут ведь я даже взглядом пробегаюсь и вижу такие тома, что самому интересно потрогать. А это, хочу заметить, я не очень люблю читать.
Мы шли вдоль высоченных шкафов с балконами под тихий шёпот десятков голосов и бесконечный звук переворачиваемых страниц. Взгляд то и дело ловил тех несчастных, которые стали заложниками собственной любознательности: какой-то парень на балконе, две женщины за столом в окружении книг, ещё один сидел прямо на полу у полок, с жадностью читая книги.
Я подошёл к нему, заглянул в глаза и не увидел ничего. Они были белыми, как у слепого. Алесор легонько толкнул парня, после чего попытался вырвать книгу из рук.
— Как будто вросла, — негромко произнёс он. — Не могу вытащить.
— Дай-ка я…
И с размаху пнул книгу. Та вылетела, раскидывая в разные стороны страницы, и упала где-то на балконе. Мужчина несколько секунд тупо пялился в пустоту, после чего его рука сама, будто жившая своей жизнью, потянулась к полкам, достала другую, и он продолжил читать. При этом ни головой, ни глазами он ни разу не двинул. Просто статуя.
— Это один из группы исследователей, которых вы искали, — негромко сообщил Алесор.
— Судя по всему, искать теперь уже некого… — пробормотал я, присев перед человеком.
Я попытался привести его в чувства: отбирал книгу, кричал в ухо, делал попытки сдвинуть с места. Я даже бил его, сначала легко, потом всё сильнее и сильнее, где любой другой нормальный человек согнулся бы в три погибели. Этому хоть бы хны. Единственное, что подействовало — удар по голове: он просто отключился. Но через пять минут очнулся и вернулся к своему занятию.
— Что можно с таким интересом читать… — пробормотал я, взглянув на книгу.
«Фантастические твари: налоговый кодекс».
Нихера, книга названием прямо в душу бьёт.
— Думаю, его можно спасти, если мы вынесем его за пределы библиотеки… — пробормотал задумчиво Алесор.
— Как разберёмся с замком, — кивнул я. — Думаю, наваждение или само спадёт, или можно будет просто вытащить их из помещения. Ладно, идём, не будем задерживаться, а то мне вдруг неожиданно самому почитать захотелось.
Мы двинулись вглубь источника знаний, идя среди одиноких фигур, как призраков, которые нашли здесь своё пристанище. Хотелось заметить, что тех, кто не смог противостоять интересу, было гораздо больше, чем голодных или жадных. Любопытство губит, как говорится, причём губит вообще всех: от мала до велика. Здесь и старики были, и молодые, и парни, и девушки, и…
И…
Девушки…
Я остановился на месте, дёрнув за собой Алесора. Взгляд устремился между полок к фигуре, которая сидела к нам спиной в позе лотоса. Даже со спины она была больно похожа на кое-кого…
— Вот чёрт… — выдохнул я.
— Что случилось? Кто-то из…
Сердце ёкнуло.
Вообще позабыв об эльфе, я бросился к фигуре, схватил за плечи и развернул к себе…
И вздрогнул.
Её глаза были полны крови. Просто бордовые, истекающие кровью глаза, на которых было тяжело рассмотреть даже радужку. Из уголков, словно слёзы, стекала кровь. Тефея даже не подняла взгляда и продолжила читать книгу. Пустой взор и полное отсутствие интереса к происходящему вокруг. От этого зрелища становилось не по себе.
— Тефея… — пробормотал я, чувствуя, как внутри всё повторно сжимается. — Тефея, ты меня слышишь? Тефея!
И вот здесь мне действительно стало страшно. Не так, когда мы бродили по коридорам или спускались к статуям. Совершенно другой, осознанный страх, когда ты видишь и понимаешь, чего бояться. Бояться за других, потому что повлиять на них ты уже никак не можешь.
— Тефея! Твою мать, ТЕФЕЯ!!!
Тефея не отвечала, даже когда я затряс её за плечи. Её голова замоталась взад-вперёд, но стоило остановиться, как она вновь смотрела на исписанные страницы и переворачивала их, будто ничего не происходило.
Я пинком выбил книгу у неё из рук нахер, после чего перехватил руку, тянущуюся к полке, с трудом не давая взять ей новую. А потом размахнулся и дал ей пощёчину. Одну, вторую, третью — ладонь заболела, и тогда я ударил кулаком. Хороший красивый хук прямо в скулу. Тефея отлетела и упала на спину, но обычный удар не мог отправить её в аут. Она осторожно села, и её пустой наконец взгляд обратился ко мне. На губах появилась пьяная улыбка.
— Самсон… это ты…
Я упал перед ней на колени, схватив за плечи.
— Тефея, ты меня слышишь⁈ Надо выбираться отсюда!
— Самсон, ты такой шумный… — протянула она и потянулась к полкам.
Я её удержал.
— Тефея! Да приди ты в себя!
— Я в себе, Самсон, я в себе. Ты знал, что после сна нам требуется около пятнадцати минут, чтобы прийти в себя и полностью проснуться? За это время просыпается и начинает работать префронтальная кора головного мозга… — растянулась она в блаженной улыбке.
— Тефея, ты меня слышишь? Это