Хорс - Антон Русич
Сема закончил жевать и откинулся на стуле.
— Спасибо, командир. Первый раз нажрался с момента, как очнулся в этом ржавом аду. Чертовы бесплатные порции вроде с голоду сдохнуть не дают, но пузо вечно пустое.
— Да ладно, пустое. — отмахнулся я. — Лучше расскажи, как вы тут очутились и что с вами произошло?
Здоровяк сделал пару глотков местного аналога кофе и начал свой рассказ:
— Знаешь, командир, до сих пор не верится, что это всё взаправду, а не затянувшийся кошмар. Последнее, что помню из той прошлой жизни… Мои сизые потроха на коленях после прилета птура. Очнулся голый на полу, который заблевал склизкой жижей из капсулы реинкарнатора. Рядом баба стоит и агитирует за советскую власть. Типа: «поздравляю, рекрут, вам выпала честь послужить во благо Империи», ну и бла-бла-бла! Перед глазами буковки, окошки, какие-то запросы. Честно не помню, куда тыкал. В конечном итоге стал рекрутом и кандидатом на получение гражданства, но это я потом узнал. Когда Якут помог с интерфейсом разобраться. Ну и задачу поставили, как же без этого. Даже после смерти приходится приказы выполнять. Дали комбинезон и ножик.
Сема сорвал с магнитного фиксатора на поясе знакомый нож и швырнул его на стол.
— Тупая железяка! Скажи мне, командир, как я вот этим должен был водомерок завалить? Короче, вспышка, проморгался, стою в тамбуре лаборатории. Вокруг вода и светящаяся плесень на стенах. Успел комбинезон напялить, ели разобрался, как он застегивается. Как в башке мужик заговорил, я решил, что всё, точно кукухой поехал. Пока пытался разобраться с голосами в собственной голове, в тамбур водомерки заглянули, и я улетел на первый респ. Вывалился из колбы вроде целый, а сам еще чувствую, как меня жрут заживо. Толком прийти в себя не успел, как опять вспышка и тот же тамбур. Замер голый посреди лужи и стараюсь не дышать, да толку. Минут через пять одна из тварей мимо проема проскочила и меня заметила. Налетели и сожрали. Знаешь, командир, я, наверно, теперь спать не смогу. Меня эти твари до конца моих дней в кошмарах жрать будут.
Сема замолчал, уставившись пустым взглядом в стакан с остывшим кофе. Да, что стало с нашим здоровяком, весельчаком. Надломило парня, а ведь он не из робких. Восемь месяцев в штурмах, два ранения.
— А как ты Якута встретил? — спросил я.
— После очередного респа решил высказать чертовой железке всё, что я думаю о ее заданиях. Поворачиваюсь, глядь, а на полу Якут валяется в собственной блевотине. Пока искин с ним политесы разводил, мы успели перекинуться парой слов, ну и к водомеркам уже вместе улетели.
— Понятно. А как вы, кстати, их все-таки прошли? Я ведь тоже на них нарвался.
— Да это Якут голова! Придумал той плесенью со стен намазаться. Отрава страшная, конечно, но помогло. Чертовы водомерки нас проигнорировали. Да толку. В коридор сунулись и на мокрицу-переростка нарвались. Она медленная была, и мы от нее даже побегать успели, пока она Якута под контроль не взяла. Он остановился и сам к ней в жвала прыгнул. Знаешь, командир, «ментальный контроль» жуткая фигня. Представляешь, она его жрет, он орет и не сопротивляется.
Я вспомнил, как глаза одного из гремлинов сменили цвет, и озвучил свою догадку:
— «Ментальный контроль» — это и есть тот мод, которым он хвастался?
— Ага! Мы когда кишки твари на трубы наматывали, фраг ему засчитали.
— Кого засчитали? — не понял я очередной игровой термин.
Нет, я в свое время играл в компьютерные игрушки, но это было так давно.
— Ну, убийство, победу, — замялся здоровяк, бесконечно далекий от игрового слэнга. — Якут так объяснил.
— Понял. Что дальше было?
— Так завалили мы мокрицу. Якуту уровней насыпало и этот чертов мод. Он там начал чуть не до потолка подпрыгивать, и не скажешь, что грудина до ребер вскрыта. Бубнил что-то про менталистов и магов разума, нагибатор, мать его. В это время гремлины из вентиляции полезли. Они, я так понял, местные падальщики и на нас не бросились, а за тушу дохлой мокрицы принялись. Я под шумок Якута за шкварник и к терминалу. Вход забаррикадировал, великого мага перевязал. Думал, всё норм, прорвались. Сейчас задание закроем и хоть что-то прояснится. А хрен там! Столб этот чертов послал нас лесом. Талдычит одно и тоже: «Нарушение периметра изоляторов! Тревога! Верните образцы в изоляторы или уничтожьте! До восстановления индекса безопасности отсека работа терминала заблокирована». Вот и сидели двое суток у этого серебристого столба, питаясь чертовыми кубиками. Слава богу, хоть пищевой синтезатор работал. А потом слышу за баррикадой кипеш начался, думал, твари меж собой сцепились. Выглянул, а там тебя рвут на части. Аж глазам не поверил. Завал растащили и к тебе на выручку рванули. Пока гремлинов раскидали, ты уже совсем плохой был. Решили, на респ улетишь, но на связь твоя Алиса вышла. Мы тебя на руки и сюда, в капсулу. Слава богу, успели.
— «Спасибо, Алиса» — поблагодарил я мысленно помощницу.
— «Не за что» — ответила она.
— А как подняли-то? Телепортатор же только в одну сторону работает? — задал я мучавший меня вопрос.
— Так по техническому тоннелю. Твоя Алиса маршрут проложила. — удивился друг моему непониманию. — Мы про него не знали, но она пояснила, что у тебя техническая база изучена. Ты как специалист более осведомлен и имеешь более подробные карты.
— Да, очень интересно⁈ — произнес я задумчиво и мысленно добавил: «Алиса, покажи этот маршрут».
Карта в нижнем правом углу скакнула вперед, резко увеличивая масштаб запрошенного участка и выходя за пределы основных отсеков. Моему взору открылась паутина технических тоннелей, труб, энерговодов и кабель-каналов. Один из тоннелей подсветился зеленым. Не самый простой маршрут, если честно, парням пришлось попотеть. Полутораметровая в диаметре труба шла под углом в сорок пять градусов и служила маршрутом передвижения ремонтных сервов между ярусами станции. Ладно, информация лишней не бывает. Будем иметь в виду как альтернативный маршрут отхода.
— Командир, — отвлек меня от лицезрения схемы станции Сема, — тут нигде нельзя прилечь? А то что-то худо мне совсем.
Подняв глаза на здоровяка, я удивлённо заметил, что его усыпанная веснушками рожа стала почти зеленой.
— Сема, ты чего? Жратвой траванулся?
— Да не, командир. Этот чертов дот доконал.