Звоните Манькову! Том 3 - Денис Деев

— Да поняла я, поняла! — истово закивала тетка, прижимая пустую кружку к необъятной груди. — Не дура! Могила!

Как только мы забрались в пропахший бензином салон «Волги», я тут же щелкнул замками своего портфеля и вытащил на свет божий папку с документами по делу Ильи. Быстро пролистав бумаги, я выудил то самое гарантийное письмо от железной дороги.

Мой взгляд скользнул в самый низ страницы, туда, где стояла размашистая, с замысловатыми завитушками подпись, скрепленная синей печатью. Рядом чернела расшифровка: «Зам. начальника по коммерческой работе Фильчев В. Б.».

Валерий Борисович!

— Кажется, я ошибался, Стёп, — медленно произнес я, не отрывая взгляда от документа. — Никакой паники и беготни по кабинетам там не было. Этот Фильчев решил провернуть просто гениальный по своей наглости двойной трюк.

— Излагай, — хмыкнул Степан, поворачивая ключ зажигания.

— Смотри, как всё изящно, — я похлопал бумагой по приборной панели. — Сначала он, используя свое служебное положение и прикормленный ВОХР, помогает братве спереть сахар. Это раз. Когда я прижимаю их контору претензиями, он не бьет тревогу, а наоборот — лично визирует гарантийное письмо. Обещает компенсацию. А потом отправляет пехоту на промзону, чтобы те запугали или прикопали нашего Илью. И это два!

— А смысл? — нахмурился бывший опер, выруливая со стоянки рынка. — Сахар-то они уже загнали.

— В том-то и прелесть! — усмехнулся я, поражаясь масштабам чиновничьей жадности. — По официальным бухгалтерским бумагам станции Фильчев проведет, что Илья эту сумму компенсации благополучно получил наличными в кассе! Документы-то Илья порвал бы или отдал им. А денежки, выделенные государством на погашение убытка, наш Валерий Борисович спокойненько положит себе в карман. Двойной навар! И с украденного груза долю поимел, и с кассы родного предприятия стряс!

— Красавец, — искренне, с профессиональным восхищением оценил комбинацию Степан. — Махровый расхититель.

— Едем к нему? — я предвкушающе потер руки.

— Нет, — Степан покачал головой и плавно переключил передачу. — Тут торопиться не стоит. Нахрапом такого кабинетного волка не возьмешь, он стреляный. Сразу в отказ пойдет, включит дурака и за свои связи в министерстве спрячется. Поехали в офис. Сядем, покурим и спокойно подумаем, как именно мы этого Фильчева раздевать будем.

До нашего ДОСААФ мы доехали в крайне приподнятом настроении. Еще бы! Первое реальное дело «Рубежа» раскрывалось как по нотам, причем абсолютно изящно, без единого выстрела и бессмысленного мордобоя. Чистая аналитика, помноженная на грамотную оперативную работу. Идеальный старт для агентства.

Мы вошли в здание, поздоровались с вахтером и бодрым шагом направились в «Рубеж». Степан уже на ходу начал вслух прикидывать, кого из своих старых сослуживцев в ОБХСС можно аккуратно подергать за ниточки. И тут, прямо на полпути к офису, мы столкнулись с Людой.

Степан замер на полуслове. От той роскошной, уверенной в себе, сияющей бизнес-леди, которая отправлялась на штурм начальственных кабинетов Тульского оружейного завода, не осталось и следа. Ее идеальная укладка растрепалась. Дорогой костюм выглядел каким-то помятым, но хуже всего было лицо. Глаза покраснели и были на мокром месте, а по побледневшим щекам, оставляя некрасивые грязные дорожки, размазалась потекшая тушь.

— Что стряслось? — в один голос выпалили мы со Степаном, глядя на эту картину крушения надежд.

Люда судорожно всхлипнула, размазывая черные подтеки по щекам, и выдавила из себя:

— Они нас послали!

— Кто послал? — я нахмурился, чувствуя, как внутри закипает адреналин. — Куда послал⁈

— ТОЗ! Нас! Нахрен! — звонко, на весь коридор выкрикнула Люда.

— Короче, пошли в кабинет, — Степан мгновенно оценил обстановку, взял Люду под локоток и решительно направил ее вперед. — Не дело посреди коридора на весь этаж о таких вещах трепаться.

Мы зашли не в «Рубеж», где сейчас сидели бойцы, а в офис «РеалLex» — там было гораздо меньше лишних ушей. Сидящий в углу за компьютером Толик, увлеченно стучащий по клавишам, был не в счет.

Мы расселись по стульям. Я пододвинул Люде стакан с водой.

— Ну, пей и рассказывай по порядку, — попросил я, откидываясь в кресле.

— А что тут рассказывать? — она сделала глоток, стуча зубами по стеклу. — Говорю же — послали!

— Чуть больше деталей, Людмила. Мы юристы, мы работаем с фактами.

— Деталей? — она горько усмехнулась, отставляя стакан. — Деталей вам⁈ Хорошо, вот вам детали! Мы приехали. Нас встретили по высшему разряду. Хорошо встретили, мне даже букетик в руки сунули на проходной! Потом мы пошли прямиком в кабинет к генеральному директору. Попили чаю из красивого сервиза, потрепались о погоде, о былых заслугах Зимова…

— А дальше? — поторопил Степан, постукивая пальцами по столу.

— Мы очень много чаю выпили! — Люда всплеснула руками. — Потом Зимов дал слово мне. И я начала… как дура набитая! Улыбалась, графики им показывала, расписывала, какие объемы и сколько мы у них закупать будем. Говорила, что мы их ассортимент от и до изучили, нашли точки соприкосновения, зоны роста для сбыта на гражданском рынке! А эта рожа… директор их… он сидел, гривой своей седой махал и в ответ мне так ласково улыбался. А под конец, когда я выдохлась, выдал: извините, мол, но у завода теперь другие интересы.

— Какие еще, к черту, интересы? — не понял Степан.

— Вот и Юрий Иванович тоже у него спросил — какие⁈ А тот глазки опустил, ручкой отмахнулся и заявляет: «У нас теперь на предприятии внешнее управление. И вся гражданская продукция будет уходить только по одному каналу».

— По какому еще каналу⁈ — я подался вперед, мгновенно улавливая в этой формулировке коррупционный душок. «Внешнее управление» и «один эксклюзивный канал» в девяносто втором году означали только одно: завод кто-то плотно подмял под себя.

— А я знаю⁈ — Люда перешла на повышенные тона. — Он нам больше вообще ничего не рассказал! Только то, что контракты уже подписаны. Встал, пожал Зимову руку, и нас вежливо, но очень настойчиво выпроводили в коридор. Всё!

— И… по какому поводу тогда эти слезы? — я искренне не понимал масштабов трагедии, глядя на ее распухший нос.

— Как по какому⁈ — возмутилась она, глядя на меня как на умалишенного. — Нам под задницу пинка дали! Прямым текстом сказали, что ни винтика, ни патрона, ни одного ствола нам не продадут! У нас магазин пустой стоит, витрины голые!

— Ну и дураки. Им же хуже! — я пожал плечами.

— Кому хуже⁈ Олег, ты в своем уме? Ну у них же ЗАВОД!

— Ну и что? — я хмыкнул, глядя на вытянувшееся лицо своей партнерши. — Знаешь, сколько таких заводов по этому городу раскидано? А по всей стране сколько их дымит? Ты только на секунду подумай, сколько фабрик и оружейных концернов