Хорс - Антон Русич
Тоннель имел круглое сечение чуть больше метра в диаметре. Освещался тусклыми оранжевыми лампами дежурного освещения, расположенными по обоим сторонам через каждые четыре метра. По стенам шли жгуты кабелей и труб. Ползти приходилось на карачках, что в условиях скудного освещения было, мягко сказать, неудобно. Кабели лежали неплотно, и мои колени периодически проваливались в зазоры между ними. Выдирать конечности из узкой ловушки было больно. Прочная ткань комбинезона выдерживала, а вот моя кожа не всегда. Ладони и колени покрылись ссадинами. Плюс ко всему я умудрился пару раз звездануться головой до разноцветных искр из глаз о кассеты кабельных фиксаторов.
Спустя десять минут, наполненных сопением и тихим матом, я был на месте. В тусклом оранжевом свете надо мной просматривался квадратный люк. Механизм замка простейший — пружинно-нажимной. Никаких тебе электрозамков и магнитных фиксаторов, нажми на рычажок, и дверь откроется. Что в принципе логично, не все технические сервы имеют сложные манипуляторы, способные поворачивать всякие ручки, а излишняя электроника увеличивает стоимость строительства.
Спустя десять минут, наполненных сопением и тихим матом, я был на месте. В тусклом оранжевом свете надо мной просматривался квадратный люк. Механизм замка простейший — пружинно-нажимной. Никаких тебе электрозамков и магнитных фиксаторов, нажми на рычажок, и дверь откроется. Что в принципе логично, не все технические сервы имеют сложные манипуляторы, способные поворачивать всякие ручки, а излишняя электроника увеличивает стоимость строительства.
Подтянув к груди свою корявую поделку, решил перевести дыхание, а заодно убедиться, что все идет по плану и тварь меня не обнаружила. Черт ее знает, какие у нее органы чувств или сенсоры. Может, она видит через сорок сантиметров композита. Развернул изображение с камер Пчелы. Он замер у одной из вентиляционных решеток и работал моими глазами. Ну и готовился к самоубийственной миссии по отвлечению внимания противника. Я прекрасно понимаю, что от моего плана несет авантюрой. Слишком много в нем слабых мест и дыр. Вот возьмет тварь и не с агрится на моего серва, что тогда делать? Люк находится в непосредственной близости от терминала и его охранника. Ну а самое поганое, я не знаю, через какое время произойдет взрыв после замыкания контактов батареи. Рванет однозначно, но вот сколько требуется времени для расплавления сердечника и выброса раскаленных газов. Секунда, пять, десять…
В отсеке ничего не изменилось. Тварь все также пялилась на серебристый столб терминала, словно пыталась просверлить взглядом дыру в блестящем металле.
— Не почуяла! — прошипел я себе под нос. — Значит, пора действовать, что тянуть кота за яйца!
Повинуясь моей команде, Пчела вышиб тонкую декоративную решетку и спрыгнул на прорезиненный пол отсека. Противник среагировал мгновенно. Тварь развернулась на сто восемьдесят градусов и рванула к нему по ломаной кривой траектории. Ее скорость поражала. Она буквально размазывалась в пространстве. Я успел лишь дотянуться до замка люка, а корпус серва уже пробили два черных клинка. Но моего разведчика не так просто прикончить. Вспыхнули горелки плазморезов на манипуляторах Пчелы. Раскалённая плазма вгрызлась в матово-черную плоть, рассыпая вокруг праздничные искры. Я распахнул люк и с натужным хеканьем вывалил самодельный фугас на прорезиненный пол отсека. По ушам ударил визг в черт его знает сколько децибел.
— «Чем же ты так орешь? Вроде рта я у тебя не видел!» — успел я подумать, прежде чем мою голову прострелило невыносимой болью, а перед глазами поплыла картинка.
Превозмогая боль и усилием воли фокусируя зрение, прихлопнул ладонью самодельный взрыватель, намертво замыкая контакты батареи. Тварь резко заткнулась. Я ухватился за ручку люка, собираясь скрыться обратно в тоннель. Ага, сейчас! В последний момент в зазор влетело черное лезвие, блокируя крышку. Лишь чудом я успел отдернуть голову в сторону. Черная игла не пробила череп, а вспорола щеку, противно проскрежетав по эмали зубов.
Отпустив люк, я рванул по тоннелю на четырех костях. Поворачиваться спиной к противнику глупость, но яркая голубая вспышка в узкой щели незакрытого люка мотивировала убраться как можно подальше от ее эпицентра. Куда там! Ударная волна мощным пинком под зад швырнула меня вперед. Врубившись рожей в металлическую оплетку кабельных линий, я на доли секунды провалился в беспамятство, чтобы тут же очнуться от невыносимой боли. Приведшая следом волна жара была чудовищной. Прочная ткань комбинезона плавилась, обволакивая обугливающуюся кожу. Глазные яблоки спеклись под обгоревшими веками, погрузив сознание в багровую тьму, сквозь которую бежали бесстрастные логи о полученных повреждениях. Где-то в глубине тонущего в невыносимой боли сознания билась погибающей птицей Алиса.
Но несмотря ни на что мое тело отказывалось умирать. Легкие горели, мышцы грудной клетки сводило судорогой в попытках вдохнуть раскаленный воздух, но навалившаяся сверху тяжелая туша не давала этого сделать. Всему есть предел, но прежде чем сдохнуть, я рассмотрел в багровой тьме:
'Расшифровка энергетической матрицы — 12 %
Не разрывайте физический контакт!
Расшифровка завершена.
Получено:
Глава 10
Усилием воли заглушив страх утопающего, я задержал дыхание. Не хотелось вновь наглотаться противной, вонючей жижи. Пара секунд, и поток выбросил меня наружу. Мягко пружинив коленями, я практически смог устоять на ногах, но чертова жижа была скользкой, и ноги предательски разъехались. Обидно шлепнувшись на голую задницу, я потерял концентрацию и застонал сквозь зубы. Новое тело было в идеальном состоянии, но сознание все еще купалось в рукотворном огненном аду. Фантомная боль корежила и сминала, хотелось свернуться в позу эмбриона и зареветь от обиды на вселенную и собственную никчёмную судьбу. И лишь оковы стальной воли удерживали меня от безумия или банальной истерики.
Поднявшись на ноги, осмотрелся. Рядом привычной скороговоркой бубнила аватара искина. Безмолвный стальной страж Реинкарнационного блока № 6 все так же сверлил меня оптическими сенсорами с инфракрасной подсветкой цели. Эти два персонажа стали почти родными, я их