Осенняя жара - Владимир Валериевич Стрельников

Амайя интересно смотрится в астральной проекции, в сари и в золоте. Держится удивленно-настороженно, ну еще бы, ощущения в астрале очень сильно отличаются от обычной жизни. И это я еще её сюда за ручку привёл.

Кайка впорхнула в комнату, подняв ветер и немного пыли.

— Ой, Аким, а как тебя много! — удивилась девушка, складывая сойкины крылья. Забавно. У меня росомаха сам бродит, где и когда захочет, а у Кайки её сойка сливается с ней при выходе в астрал. Похоже, не хватает сил, порхать самостоятельно.

— Привет, птичка. — Я встал, сразу о-трое. Тоже забавно, смотреть на комнату с трёх сторон одновременно.

— А почему так пыльно? — Кайка помахала крылышками, сдувая пыль со скамьи, и аккуратно уселась.

— Давно не был. Шесть лет почти. — я-человек прошелся по комнате, магией убирая паутину, вычистил окна, впуская солнечный свет в комнату. Я-росомаха завалился на скамью, подставляя бок солнечному теплу. Я-четырехрук поправил старый плакат, объясняющий правила обращения с ручными гранатами. — Теперь вот, решил распечатать. Хватит прятаться от самого себя.

— Правильно. Тем более, что ты такой красавчик. — Амайя засмущалась, и прикрыла лицо рукавом сари. Ну, или как там этот кусок ткани зазывается.

— Ага. Реально красавчик. — Кайка, та не стесняется, а с удовольствием рассматривает себя в старом зеркале. Откуда в оружейной комнате такое трюмо, не знаю, реально антикварное. Зеркало там странное, но показывает без искажений, и странностей. Правда, стоит отойти, и в нем появляются тени, как будто кто-то ходит с той стороны. Может быть, так оно и есть, астрал отпечаток не одного нашего мира, тут множество страничек собраны в одну книгу.

— Спасибо. — Я-трое культурно поклонился, махнув невесть откуда взявшимися шляпами с роскошным плюмажем. — Итак, девушки, я собрал вас здесь…

— К нам едет ревизор? — невинно поинтересовалась Кайка, похлопав ресничками и крылышками.

— Нет, просто насчет свадьбы. А вы хорошо подумали? Я не просто глуповатый симпатичный громила. Я смотритель магических доменов. А это значит, жить в глуши, топить печь углем и дровами, стирать в холодной воде…

— Аким, ты забыл о том, что именно я оплачивала твои покупки в Лахоре. И я уверена в том, что ты это все купил в свою башню. А значит, что если ты и будешь топить углём и дровами, то камин в гостиной. — Амайя достала невесть откуда появившийся гроссбух, и показала Кайке пару страничек. Та, прочитав, кивнула и показала мне большой палец.

— Но это не значит, что мы будем жить в большом городе… — я попытался зайти с другой стороны, но тут меня перебила уже Карлыгаш.

— От твоей башни до твоей квартиры в Нукусе сто двадцать километров. Да, через бездорожье. Но у тебя ховербайк, у нас обеих тоже. То есть в городе мы будем через полчаса очень неторопливого лета. Ну очень неторопливого. А из Нукуса до Ташкента час лета на Яке или полтора на Ане — двадцать четвертом, или Иле — сто четырнадцатом. То есть, парень, ты просто пудришь бедным девушкам мозги, пытаясь нас запугать.

— Ага. Виновен. — И Амайя ткнула в меня пальцем. — Знаешь, как ты будешь меня наказывать? Никогда не занималась любовью в астрале, да еще сразу с двумя парнями.

Короче, меня просто-напросто затрахали. Вот никогда бы не подумал, что такое можно учудить, хотя астральная проекция много чего позволяет.

Из астрала вывалились одновременно, взмокшие, взъерошенные. Амайя глянула на меня, закрыла лицо руками, плечи затряслись. Плачет? Нет, смеется.

— Ой, мамочка, я такая развратница, оказывается. А Кайка какая! И главное, с крылышками! — И ржет, паразитка. Красивые девчонки и смеются красиво.

У Амайи позвонил телефон. Кайка. Все, индианочка упорхнула в свою спальню, и погрозила мне пальчиком, чтобы не подслушивал. Блин, вьют из меня девицы веревки. Хотя, именно об этом меня и предупреждали монахи. Мол, не успеешь оглянуться, как опутают, и жениться заставят. Так оно и есть. И я, вроде как, доволен? Блин, из боевого мага сделали подкаблучника.

— Амайя! — Никуда из дома не уходи, я по делам к главному магу. — у меня есть дела к Силантьеву и к Кутайсову, они согласились меня принять в шестнадцать часов. Пока доеду, пока то да сё, как раз четыре дня и будет.

— Хорошо! — крикнули мне сверху, а я обратился к демонам. — Ребят, следить, беречь. Хорошо?

— Иди, командир. — Марк растянулся посреди огромного зала, а Изенька пошла в комнату к девушке. Между девчонками от Изеньки секретов нет, та их никому не выдает. Прикольно, как могут сдружиться люди и нелюди.