Утерянные победы. Хроники Эрры. Книга вторая - Питер Чарски

Соли покачала головой и вдруг разрыдалась.

— Я… я беременна, — пробормотала она, быстрыми движениями стирая слезы с лица.

Тири моргнула. Потом еще раз. Соли продолжала тереть лицо, как будто хотела от чего-то избавиться.

— От кого?

Соли молчала. Тири ждала, и эта пауза тянулась дольше, чем нужно было для «не хочу говорить». Наконец Соли подняла опухшие глаза и проговорила, почти шепотом:

— От Эрика.

Эрик.

— Но он же твой…

— Кузен. Я знаю! — Соли в отчаянии закрыла лицо руками. — Знаю, что нельзя! Но он… мы… Это случилось перед тем, как они ушли. Он сказал, что любит меня, что женится, что неважно, что родня, все можно оформить за деньги в Мидгарде…

Тири молчала. Что тут скажешь? Это не самое страшное, что случалось в их семье. Уж не страшнее череды мятежей и предательств, которые привели их в единственный развалившийся замок.

— Отец убьет меня, — простонала Соли. — Леди Сайна… не знаю, как ей сказать…

— За деньги в Капитуле можно получить разрешение на свадьбу хоть с родной сестрой, — не очень уверенно сказала Тири. — Я читала об этом. Стоит как три боевых коня, но если Эрик попросит отца…

— Правда? — Соли подняла на нее полные надежды глаза.

— Правда. А пока… пока никому не говори. Еще какое-то время не будет заметно. К тому времени война закончится, мужчины вернутся, и все наладится.

Соли смотрела на нее долго, и Тири показалось, что та хочет что-то сказать. Что-то важное, такое, что объяснит сразу всё. Но Соли только кивнула и закрыла глаза. Тири помогла ей добраться до постели, принесла воды, подоткнула одеяло.

— Спи. Все наладится. Когда выспишься, тебе станет полегче.

— Тири… — Соли схватила ее за руку. — Спасибо тебе. Ты… ты хорошая.

Тири неловко улыбнулась и выскользнула за дверь. В коридоре было по-прежнему темно и тихо. Только где-то далеко скрипела ставня на ветру.

Она пошла дальше, ступая неслышно, как тень. Кухня, конечно, была заперта — она сама уже проверяла вечером. Но привычка есть привычка.

Интересно, подумала Тири, что бы сказал новопостриженный брат Томас о грехе своей кузины? Процитировал бы Слово? Хотя нет, тот, старый Томас, который жил здесь в замке и мечтал с ней вместе о звездах, просто поднял бы ее на смех. Он же до смерти не любит Эрика. Сказал бы что-нибудь вроде «Два сапога пара». И презрительно хмыкнул. Или просто покачал головой, как делал всегда, когда не знал, что сказать?

Жаль, что она больше не увидит, как он качает головой. Не услышит его неуверенный смех, за которым он прятал робость. Не будет спорить с ним о том, правда ли, что Шамаш когда-нибудь упадет на землю или, наоборот, Эрра упадет на него.

У каждого своя дорога. Его ведет в монастырь, ее — к звездам.

Если, конечно, она когда-нибудь решится сбежать.

Двор замка Жус встретил Тири привычной суетой: слуги таскали воду из колодца, конюхи чистили лошадей, кухарки ругались из-за прокисшей солонины. Все как всегда. Все нормально, если бы не эта группа людей у главных ворот.

Леди Сайна стояла перед двумя наемниками-оптиматами, и что-то в их позах заставило Тири замедлить шаг. Костолом — здоровенный ублюдок в потертой броне — опирался на свою алебарду, как на костыль. Беззубый нервно поглаживал приклад арбалета, но его обычно кривая ухмылка сменилась кислой миной.

«Побитые псы, — подумала Тири. — Боги, на них даже смотреть жалко».

— …он как в воду канул, миледи, — бормотал Костолом. — Клянусь Мегой и Двумя остальными… Я проверил все таверны от креста дорог и до Кривого Моста.

— А Старая Мельница? — строго спросила леди.

— Был… Дошел и до Старой Мельницы. Ни следа.

— А лошадь? Ты же сказал, что был без лошади? — Голос леди Сайны дрожал.

— Пришлось… взять другую на тракте. — Костолом зачем-то нервно облизнул губы. — Хозяин… сначала не хотел продавать.

Беззубый еле слышно хмыкнул, но тут же вернул своему лицу скорбное выражение и мельком взглянул на леди Сайну.

«Значит, убил», — поняла Тири.

— Найдите моего сына. — Голос леди Сайны не дрогнул, но кулаки она сжала так, что побелели костяшки. — Вы понимаете, что он не должен был туда ехать? Это было ошибкой. После мятежа в Мидгарде… Клянусь Тремя, если с Томасом что-то случится…

— Мы найдем гошподина Томаша, — пробормотал Беззубый, но в его голосе не чувствовалось уверенности.

Костолом мрачно стоял молча. У Тири закружилась голова. Томас не в Капитуле. Томас вообще неизвестно где. Он пропал. Где-то там, на этих дорогах, затопленных грязью. Ее любимый брат, единственный человек в этом проклятом замке, с которым можно было поговорить о чем-то, кроме лошадей и сплетен…

— Ха! Получи, мерзавец!

Позади леди Сайны и оптиматов дурачок Лукас, нацепивший маленький ему уже детский доспех, с воплем налетел на учебный манекен, лупя его деревянным мечом. На манекен был нацеплен старый доспех, помятый и проржавевший. Мальчишка прыгал вокруг, размахивая своим игрушечным мечом