Борис Шапталов - Изнанка российско-украинского конфликта, или Как поссорились соседи

Критика Путина за слив Донбасса к тому времени достигла такого накала, что Кремль вынужден был предпринять шаги для спасения своего рейтинга. Помощь была оказана, и украинские войска стали откатываться назад. Но не долго. 5 сентября в Минске были подписаны перемирие и рамочный договор о дальнейшей судьбе охваченных войной земель.

Условия договоренностей не предполагали отведения украинских войск с территории Донбасса. О федерализации Украины не было сказано ничего. Соглашение предполагало лишь принятие Верховной радой некоего «временного порядка самоуправления» в отдельных районах Донецкой и Луганской областей. С этого момента жители Донецка и Луганска на российских телеканалах вновь стали украинским населением, а Донбасс — юго-востоком Украины.

Что же получилось? По существу, все весенние и летние месяцы (с мая по август) шла тренировка украинской армии. Она имела полную возможность пошагово накапливать силу и опыт, постепенно, по мере возможностей, тесня ополченцев. Опасности наступления с их стороны не было, и украинское командование могло без помех выбирать место и время ударов. Понемногу к украинским солдатам приходила выучка. После чего украинской армии дали настоящий бой. Она удара не выдержала. И как только та стала отступать, наступление немедленно прекратили. Причем на рубежах, которые позволяли обстреливать Донецк и Луганск.

И как это все трактовать?

Трудности объяснения политики Кремля порождали много догадок. Возникли и такие предположения:

«Киев перестал быть главной опасностью для Путина, потому что перестал быть революционным. Главная опасность для Путина теперь Донбасс, потому что он остался революционным. …Реальная опасность для Путина не экспорт в Россию киевского майдана, а экспорт в Россию Донецкой республики. И Путин будет отдаляться от Донецкой республики. И поэтому Путин. будет отстраняться, отходить в сторону»[19].

Точка зрения о готовности Кремля «избавиться от Донбасса» становилась в мае-июле 2014 года все более распространенной, стимулируя острую критику. Лояльным Кремлю СМИ пришлось искать оправдательные аргументы.

«…Считающие себя «патриотическими» силы и политологи стали требовать от Владимира Путина немедленного ввода войск на Донбасс и спасения русскоязычных жителей этого региона от террора со стороны официального Киева. Однако Москва не только не отдала приказ на штурм украинской границы, но и даже не угрожала Киеву последствиями за агрессию против Донецкой и Луганской республик. Реакция российского МИДа на ужесточение АТО была крайне сдержанной. «Ожидаем от представителей ОБСЕ объективных и исчерпывающих данных на сей счет, а от киевских властей — прекращения войсковой операции против собственного населения», — говорится в заявлении ведомства. В результате

Владимира Путина называют предателем, российские патриоты и украинские националисты в один голос говорят о том, что Москва «слила Донбасс» ради стабилизации отношений с новой украинской властью. Под сомнение поставлена даже «доктрина Путина» о «Русском мире». Однако подобные обвинения выглядят, мягко говоря, преувеличенными».

Сам Г. Мирзоян считал, что «Россия не отказывается от поддержки Донбасса — просто делает это куда менее опасными для собственного имиджа способами, нежели официальный ввод войск. Нужно понимать, что задача Москвы не в том, чтобы добиться независимости ДНР и ЛНР, а в том, чтобы вынудить Украину стать федерацией… Подобная политика требует крайне выверенного подхода — главное не переборщить с действиями».

Можно было бы согласиться с этим тезисом, если бы не массовая гибель людей и не сотни тысяч беженцев. Получается, что безопасно для имиджа одного, чрезвычайно опасно для тех, кто поверил в защиту России. Как-то нерационально получилось, особенно с точки зрения «выверенного подхода». Но российские патриоты надежд не теряли. Показательна в этом плане статья главных редакторов журналов «Эксперт» и «Русский репортер» В. Фадеева и В. Лейбина[20].

За месяц, прошедший после референдума о государственной самостоятельности Донецкой и Луганской народных республик, ситуация в этих регионах многократно усложнилась. Вооруженное ополчение Новороссии понесло крупные потери в битве за донецкий аэропорт, за пограничные объекты в Луганской области, в Славянске… Киевские власти перешли к применению авиации и артиллерии по целям в городах, в том числе в Донецке, который не страдал от бомбежек с 1944 года. Велики жертвы среди мирного населения: авиабомбы попадали в школы, детские сады Славянска, на центральную площадь Луганска, убивали мирных людей на улицах Донецка.

Идя на референдум, многие жители рассчитывали, что таким образом голосуют за мир и вправе рассчитывать на прямую помощь России, не меньшую, чем получил Крым. Сейчас понятно, что эти ожидания не могли исполниться. Пока еще большинство населения верит России, ненавидит киевские власти и не тотально, но достаточно массово поддерживает ополчение. Но ситуация может измениться в любой момент. Еще недавно ополченцы воспринимались как защитники от нападения лояльных Киеву армейских частей и полуофициальных боевых отрядов, финансируемых из Киева и Днепропетровска, собственно «бандеровцев» и «правосеков», как обобщенно здесь именуются добровольцы и наемники Майдана. Однако сейчас уже само ополчение и его действия очевидным образом угрожают мирному населению, поскольку они ведут бои в том числе вблизи населенных районов… Понемногу недовольство зарождается и в части российской общественности, которая видит в примирительной позиции официальной Москвы чуть ли не предательство «русского мира». И именно в этой ситуации особенно важно быть реалистами, иметь политику, основанную на расчете, а не на эмоциях и романтических надеждах.

Real politik — дело, конечно, хорошее, только Москве ее надо было проводить с самого начала, а не после того, как полыхнул пожар.

Если на Украине пропагандистская борьба с Россией имела давнюю традицию, то российская сторона почти не отвечала. И когда грянул конфликт с «братской страной», то для немалого числа россиян он был не менее неожиданным, чем в свое время крах «вечной советско-китайской дружбы», переросшей в военные столкновения. Возник спрос на объяснение случившегося. Приведем одну из первых заметок по этой теме.

На эту тему в Интернете был выложен соответствующий материал:

«Конфликт между Украиной и Россией сопровождается злобной полемикой между русскими и украинцами. Комментарии в Сети заполнены поношениями и оскорблениями. Отдельные разумные реплики тонут в хаосе быдлячьего спора. Недруги славян могут быть довольны — дело взращивания ненависти между народами идет хорошим темпом. Однако это конфликт показателен своей иррациональной выгодностью для обеих сторон. В чем эта выгода состоит?

Для России как государства в том, что конфликт сей в очередной раз убеждает в правоте поговорки: «Не делай добра — не будет и зла».

Украина в ее нынешних границах — следствие политической доброты Москвы. Сначала Ленин щедро оделил Украинскую Советскую Республику новороссийскими землями — Причерноморьем и Донбассом, на которых жило преимущественно русское население. Затем Хрущев отдал Крым, а Ельцин при подписании Беловежских соглашений не поставил вопрос о референдуме в Крыму и даже о городе русской воинской доблести Севастополе. Ему, как и Хрущеву, а точнее, нашим либералам, под влиянием которых он находился, этих территорий было не жаль, ведь они доставались «братскому народу»[21].

«Братский народ» не просто взял то, что ему никогда не принадлежало, но и уверился, что это исконно украинская земля. Просто удивительно, с какой обидой украинцы восприняли воссоединение Крыма с Россией. Они и вправду считают это оккупацией, а потерю Крыма утратой своего национального достояния. И бесполезно доказывать, что Крым, как и все Причерноморское побережье было завоевано русской армией в трех тяжелых войнах с Османской империей. Что города Одесса, Николаев, Херсон, Симферополь и тот же Севастополь строились на деньги России и руками русских строителей. И можно лишь удивляться гневу западенцев с Львова, которые вообще никакого отношения не имеют не только к Новороссии, но и к Донбассу в частности, ибо ничего там не строили и не вложили ни гроша в тамошние заводы и дороги. Все получено готовеньким. Однако они рвут на себе рубахи, будто именно их деды все это отвоевали и отстроили. Недаром говорят: нахальство — второе счастье. России как государству и русским как народу надо учиться биться за свое, имея перед глазами пример того, как другие бьются за чужое…