Газета "Своими Именами" (запрещенная Дуэль) - Газета "Своими Именами" №25 от 21.06.2011

Список утрат можно продолжить, но и без того ясно, что в мирное время (в отличие от военного) они были неоправданными, а значит, и более глубокими и невосполнимыми». Вот итоги ваших преобразований..

Отсюда первый совет Ходорковскому – вини себя. Это неприятно, но это поможет правильно понять ситуацию.

Второй совет – вини «десталинизаторов». Это они организуют прочную моральную основу существования подонков в правоохранительных органах и судах. Это они уже более полувека уверяют, что подонок в судьях – это хорошо, это то, что и нужно для их «демократии». А Сталин видел ваших предтеч, видел, до чего вы доведете СССР, и единственным спасением от вас считал правосудие.

Сегодня по клевете десталинизаторов дело представляется так, как будто это Сталин требовал всех убивать. Ничего подобного, он был наиболее терпимым и к тому же убежденным сторонником коллективного руководства, а в этом руководстве многие были гораздо круче Сталина и могли высказывать свое мнение, никого, в том числе и Сталина, не боясь. Вот пример.

Во время февральско-мартовского Пленума Центрального Комитета ВКП(б) «страшного» 1937 года для выработки проекта постановления по делу предавших народ членов ЦК Бухарина и Рыкова была создана специальная комиссия, председателем которой стал Микоян, а членами 34 человека, включая и Сталина как рядового члена этой комиссии. Протокол ее сохранился и из него следует, что, выслушав доклад о преступлениях Бухарина и Рыкова, начали его обсуждать и вносить предложения. Ежов первым предложил предать Бухарина и Рыкова суду с применением расстрела. Указать расстрел было необходимо, поскольку в те годы были две меры социальной защиты – расстрел и высылка за границу. Выбирало эту меру политическое руководство страны, каким и была данная комиссия. Затем Постышев предложил исключить Бухарина и Рыкова из состава кандидатов ЦК ВКП(б) и членов ЦК ВКП(б) и предать суду, но без применения расстрела. Буденный потребовал суда и расстрела, но тут выступил Сталин и «высказал свою волю», как убеждают «десталинизаторы», «непререкаемую». Он предложил исключить Бухарина и Рыкова из состава кандидатов ЦК ВКП(б) и членов ЦК ВКП(б), суду не предавать, а выслать. Ну и что – сколько человек бросились голосовать за предложение Сталина? Все, как внушают населению России клеветники-«десталинизаторы»? Нет, только Ульянова, Крупская, Варейкис, Молотов и Ворошилов. Зато Мануильский, Шверник, Косарев и Якир плевать хотели на волю Сталина и настаивали на суде с расстрелом. В свою очередь Постышев, Шкирятов, Антипов, Хрущев, Николаева, Косиор, Петровский и Литвинов тоже плюнули на волю Сталина и проголосовали за предание суду, хотя и без расстрела. В результате предложение Сталина не прошло, а прошло предложение передать дела Бухарина и Рыкова для проведения следствия в НКВД.

Строго исполнивший «волю Сталина» хитрый Варейкис – расстрелян, как и крутые, жаждавшие крови Бухарина и Рыкова Косарев и Якир. Но наплевавший на волю Сталина Хрущев почти сразу же стал главой одновременно и партийной, и государственной власти на Украине. Наплевавшие на волю Сталина стали: Буденный – маршалом, Шверник - в 1946 году первым лицом СССР, возглавив Президиум Верховного Совета, Шкирятов – главой партийного контроля, Мануильский продолжал возглавлять Коминтерн, Николаева – ВЦСПС.

Где в этом конкретном решении по конкретному делу видно желание Сталина подчинить всех своей воле? Где стремление Сталина убивать всех без суда и следствия? Наоборот, Сталин без следствия и суда предлагал простить преступников, а далее, когда его предложение не прошло, настоял сначала на предварительном следствии..

Вот Ходорковский приводит статистику оправдательных приговоров нынешнего российского «правосудия» - 0,8%, и уже эта статистика показывает полное отсутствие правосудия в России. А теперь сравните эту статистику со сталинским правосудием.

После начала Великой Отечественной войны жизненно важно для СССР было ужесточение дисциплины, следовательно, от судов требовалось ужесточить карательную политику, и никто бы особенно суды не упрекнул, если бы они ошиблись и в спешке военного времени признали виновным кого-либо при недостаточности доказательств. Но в июле-августе 1941 г. судебная коллегия Мосгорсуда рассмотрела по 1-й инстанции дела 157 обвиняемых и из них только 116 были осуждены (5 – к расстрелу). На 14 человек были прекращены уголовные дела, а 27 человек оправдано из-за отсутствия «достаточных улик».

Сравните, Ходорковский пишет, что сегодня «его» судьи – именно такие, каких он с остальными банкирами хотел в России иметь – осуждают и при полном отсутствии состава преступления. Мне за примерами ходить не надо – я сам так осужден. А сталинским судьям было плевать, что подсудимых считают преступниками НКВД и прокуратура, сталинские судьи подчинялись закону, а не «пахану», и сами решали, виновен человек или нет. И оправдывали уже при недостатке улик, а не только при отсутствии состава преступления. Вот тогда, при Сталине, и было правосудие.

Как только Сталин понял, что в стране под шумок ликвидации «пятой колонны» идет осуждение невиновных, наркомом НКВД был назначен Л.П. Берия, очень не похожий на сегодняшних директоров ФСБ и министров МВД. И Берия сначала взялся за следователей – за таких следователей, на которых сегодня и жалуется Ходорковский. Берия начал с пересмотра дел и реабилитации невиновных, одновременно выясняя, благодаря кому на невиновных были заведены уголовные дела. В результате, в дополнение к уже расстрелянному бывшему наркому НКВД Ягоде, расстреляли и сменившего его наркома Ежова. (Прошу Ходорковского обратить внимание на этот нюанс – не на пенсию отправили, а расстреляли.) А также расстреляли заместителя Ежова Фриновского, начальника 2-го управления НКВД Федорова, бывшего начальника 1-го отдела 1-го управления И.Я. Дагина, начальника 2-го отдела 1-го управления Попашенко, начальника 3-го отдела 1-го управления Николаева-Журид, начальника 4-го отдела 1-го управления Журбина, начальника 5-го отдела 1-го управления Пассова, начальника 6-го отдела 1-го управления Морозова, начальника 7-го отдела 1-го управления Рейхмана, начальника Секретариата и 1-го спецотдела Шапиро и многих других, не менее «выдающихся чекистов».

Всего за 1939 год из НКВД были уволены 7372 человека (22,9 процента от общего количества оперативных кадров НКВД, из них 66,5 процента - за должностные преступления. Из центрального аппарата НКВД СССР в 1939-м были уволены 695 сотрудников руководящего и оперативного состава, а из 6174 человек руководящих работников НКВД в 1939 году было заменено 3830 человек (62 процента).

Взамен на оперативные должности НКВД в 1939-м были приняты 14 506 человек (45,1 процента от всей численности оперативных сотрудников). Правда, правящей партией тогда была не «Е…я Россия», поэтому честных людей находили без большого труда - 11 062 человека прибыли из партийных и комсомольских органов. В том числе в центральный аппарат НКВД СССР в 1939 году на оперативные должности в госбезопасности прибыли 3460 человек, из них 3242 - из партийных и комсомольских организаций.

Чистки следственного аппарата, конечно, недостаточно для правосудия, поскольку в суде обвиняет прокурор. И Сталин прокурорами СССР не чаек назначал. Прокурором СССР был А.Я. Вышинский, а Вышинский делал все, чтобы невиновные не пострадали. Между прочим, о том, что Вышинский жестоко карал в прокуратуре СССР всех фабрикантов незаконных дел, рассказывает откровенный антисоветчик, бывший бургомистр оккупированного Смоленска, а до войны адвокат Меньшагин. В Смоленске в годы репрессий устроили показательный суд над «вредителями», в первой инстанции судил облсуд, а обвинителем был облпрокурор. Приговори-ли невиновных к расстрелу. И Меньшагин описывает, практически, то же, что и другие свидетели, сталкивавшиеся лично с Вышинским, скажем, диссидент П. Григо-ренко. Меньшагин как адвокат поехал с жалобой к Вышинскому, секретарь, узнав в чём дело, пропустил его к Вышинскому без очереди. Вышинский исполнение приговора остановил, затребовал материалы, лично разобрался, в результате невиновных освободили, председателя областного суда выгнали, облпрокурора посадили. Ходорков-ский может спросить своего адвоката

Ю. Шмидта, был ли тот на приеме у Ю. Чайки, затребовал ли Генпрокурор нынешней России дело Ходорковского для личного изучения? А почему?

Думаю, что Ходорковский удивится – как же так, ведь его друзья - «десталинизаторы» поведали истину, что Вышинский требовал всех бить и пытать до тех пор, пока они не признаются в преступлении, которое не совершали. Это же Вышинский сказал, что «признание - царица доказательств»!

Да, Вышинский это сказал, поскольку признание преступника было и остается царицей доказательств, а клевета на Вышинского это пример того, как можно интеллигентствующему быдлу показывать на белое и говорить «черное». Дело в том, что это сегодня признание на предварительном следствии является доказательством в суде, а в СССР признание на предварительном следствии не имело никакой доказательной силы. В судебном заседании можно было отказаться от признания, тем более, сославшись на пытки, и тогда иных доказательств в деле не оставалось. И именно Вышинский требовал, чтобы следствие и прокуратура на признании подследственных обвинение НЕ строили. Вот его слова на мартовском пленуме 1937 года.