Том 68. Чехов - Наталья Александровна Роскина

1893

2 января. Всё литературные вечеринки. Вечером у И. И. Ясинского. Собрались Вас. И. Немирович-Данченко, Ан. Чехов, Чермный. Этот мо­лодой писатель, написавший книжку «Море и моряки», сделался адъю­тантом Чехова и по пятам следует за ним повсюду. Кроме того, был ре­дактирующий «Север» В. А. Тихонов, какой-то поэт из «Севера» Сафо­нов ⁵ и С. Н. Атава-Терпигорев. Ясинский нынче по примеру Терпигорева переселился в дачные места и живет близ Каменноостровского моста в Ло- пухинской улице, в доме Евреиновой, ci-devant [129] Громовой. Просидели часов до двух. Мороз трескучий, 28 градусов.

12 января. В 6 часов в ресторане Малый Ярославец обед беллетристов. Инициатива этого дела принадлежит Ясинскому и Терпигореву. Обедали семнадцать человек: Григорович, Максимов, Ясинский, Вас. Немирович- Данченко, Мамин-Сибиряк, Терпигорев, Дедлов (Кигн), Чехов, Баран­цевич, Горбунов, Чермный, я, Ежов, Суворин, Гнедич, князь Волкон­ский, Вл. Тихонов. Горбунов рассказывал свои воспоминания об Остров­ском и П. М. Садовском. Пили мало, но обед прошел крайне оживленно, и мы засиделись за столом до 11 часов вечера. Решили собираться еже­месячно ^в.

5 апреля. Сегодня получил от Ан. П. Чехова письмо. Пишет, что у них (он живет под Москвой в своем имении) выпал снег чуть не на аршин, хотя полное весеннее бездорожье ...)⁷.

Посылаю ему завтра в Москву двух такс щенков. Люди Худекова по­везут завтра худековских птиц с птичьей выставки в деревню в Рязан­скую губернию и кстати доставят, по дороге, и такс Чехову в Москву. Такс отправил уже к Худекову сегодня вечером.

18 апреля. Апрель, а на дворе лютая осень с дождем холодным и мокрым снегом. Ан. Чехов пишет, что и под Москвой то же самое. В лесу и в оврагах множество снега. Ан. Чехов благодарит за такс, ко­торые добрались до него благополучно ⁸.

августа. Получил от Ан. Чехова письмо из Серпуховского уезда в котором он, между прочим, сообщает, что в его имении под Москвой нынешним летом вызревают арбузы на открытом воздухе,—вот до чего теп­лое лето у них стоит. Также пишет он, что привел в порядок свой мате­риал по путешествию на Сахалин и его «Сахалин» будет напечатан в X, XI и XII книжках «Русской мысли». Он и в нынешнем году санитарный земский врач, но холера у них в уезде еще не появлялась⁹.

1895

7 марта. Сегодня утром прибыл в Москву ...) В Москве писательница- дилетантка Лидия Алексеевна Авилова. Она уехала из Петербурга на прошлой неделе...

Также заезжал в редакцию «Русская мысль» и узнал, что Антон Че­хов у себя в имении в Серпуховском уезде. В пятницу поеду на денек к нему. Со мной едут и Лазарев с Ежовым.

9 марта. От Горбунова-Посадова поехал в библиотеку Страхова на Плющиху, где остановилась Л. А. Авилова, и пил у ней чай. Она в горе, она десять дней тому назад писала из Москвы Чехову письмо в име­ние и звала его в Москву, а он ни сам не приехал и не ответил, она спра­вилась в «Русской мысли», в имении ли он теперь, а ей ответили, что уехал в Таганрог, а я сообщил ей, что мне в «Русской мысли» сказали, что он в имении, ждет меня и я завтра еду к нему. Вот ее и горе. Чехов теперь в деревне работает, пишет, в Москву ему ехать — терять время — вот он и просил в «Русской мысли», чтобы вообще всем его поклонницам (а Ави­лова из их числа) говорили, что он уехал в Таганрог¹⁰. ...Завтра в 11 ч. 50 м. дня еду по Курской дороге к Чехову, а от него по той же дороге в Киев. К Чехову со мной едут Ежов и Грузинский.

марта. У Антона Чехова. Приехали вчера около 4 ч. дня.

От станции Лопасня (по Курской дороге) до с. Мелихова, где находится усадьба Чехова, ехали при страшной метели. Еле можно было различать вехи дороги. Ветер завывал с ужасающей силой, пел, свистал, пробовал сдувать нахлобученную шапку, забирался под плед, в который я закутал­ся. И хорошо, что я перед самым отъездом купил себе плед у Поповых под Лоскутной гостиницей, иначе бы я окоченел в дороге в одном ватном пальто. Ехали в двух санях. Я впереди, Ежов и Лазарев позади. В моих санях пара лошадей была запряжена гуськом. Дорога была буквально заметена. Ехал я, прислушиваясь к вою метели, и вспоминался мне послед­ний рассказ графа Льва Толстого «Хозяин и работник», где так художе­ственно описана метель и который я только что прочитал на прошлой не­деле ^п. Хорошо еще, что было только три-четыре градуса мороза. От станции до Чехова двенадцать верст, как сообщил мне мой возница. К Чехову приехали мы засыпанные снегом, с сосульками в бороде и на висках в волосах. У меня даже ресницы обледенели и лицо было красно, как вареный рак, до того избил его ветер и снег.

В. Ф. КО.ЧНССАРЖЕВСКАЯ

Фотография с дарственной надписью Чехову: «Антону Павловичу Чехову на память о Клерхен из .Гибели Содома» п обо мне. В. помиссаржевская, 1900 г.»

Дом-музей Чехова, Ялта

Чехов встретил нас с полным радушием, вышел даже на крыльцо с при­слугой. Две горничные совсем молоденькие, круглые, как кубышки, де­вушки с лицами в виде полной луны схватили наши саквояжи и пледы, я рассчитался с возницами и рад-рад был, что, наконец, вступил в теплые комнаты.

Дом у Чехова прекрасный, светлые комнаты, весь обновленный кра­сками и обоями, просторный, с уголком для каждого члена семьи и даже с таким комфортом, которого и в некоторых московских квартирах не найдешь. Приятно видеть, что наш брат писатель перестал, наконец, бед­ствовать (я говорю о даровитых) и пошел в гору благосостояния. В ком­натах встретила нас его мать и брат Михаил, податной инспектор, при­ехавший к нему погостить на несколько дней из Углича, где он служит. Вертелись под ногами две собаки таксы, и я чуть не вскрикнул: «Пип! Динка!» — до того они похожи на моих такс. Впрочем, этих такс я и по­дарил Чехову щенками от моих собак. Но надо же было вылиться такими похожими на своих родителей. Зовут их Бром и Хина. Как врач, Чехов дал им названия лекарств.

Нас ждали уже к обеду. Сейчас сели за стол. И так приятно было после такого трудного пути выпить рюмку водки! После обеда повел меня Чехов осматривать постройки на дворе