История читать бесплатно и без регистрации. Cтраница 2

О жизни любого человека можно написать увлекательную книгу. Но есть биографии, которые подходят для этого просто идеально. Один из типичных примеров — прусский король, а затем первый император единой Германии Вильгельм I Гогенцоллерн (1797-1888). Его жизнь была не просто долгой, но и насыщенной яркими событиями и драматическими поворотами. В ней было все — несчастная любовь с трагическим концом и конфликт поколений, вынужденная эмиграция и бешеная популярность. Вильгельм I оказывался в шаге от отречения и на волосок от смерти. Главный период в его биографии начался, когда он уже готовился достойно встретить старость. Изначально предназначенный для военной карьеры, он в силу стечения обстоятельств стал одним из самых могущественных монархов Европы (таким же «солдатом на троне» был и муж его сестры, российский император Николай I). Своей страной он управлял на протяжении трех десятилетий — отнюдь не рекордный срок на фоне королевы Виктории или Франца Иосифа, однако это была целая эпоха в истории Германии.

Константин I заслуженно получил титул «Великий». Вся его жизнь — яркий пример того, как можно вопреки всем обстоятельствам достичь однажды поставленной цели, какой бы далекой ни казалась она в начале жизненного пути.
Среди современников отношение к многогранной личности императора было далеко не однозначным. Одни порицали его за то, что из любви к всевозможным новшествам он ниспроверг древние римские устои и обычаи; другие, напротив, безмерно восхваляли, называя восстановителем государства и вторым Ромулом. Но каковы бы ни были взгляды, оценки и суждения тех и других, нельзя не признать, что деятельность Константина оказала огромное влияние не только на свое время, но и на всю мировую историю.

На страницах предлагаемой вниманию читателя книги дается обзор организации, вооружения и приемов ведения боя легионов в период, начавшийся реформами Гая Мария и завершившийся установлением в Риме единодержавия Юлия Цезаря. Особое место уделяется легиону Жаворонки — одному из наиболее известных подразделений, образованных Цезарем. После смерти своего основателя легион не был распущен, принял участие во многих сражениях и в итоге вошел в состав регулярной армии, создателем которой стал Октавиан Август.

Эта книга о Пунических войнах. Но не о тех, которые Рим вел с Карфагеном, а о тех, которые карфагеняне вели с сицилийскими эллинами, Пирром, своими наемниками, испанскими и галльскими племенами и, конечно, с римлянами. Однако все эти многочисленные конфликты в действительности служат лишь фоном, необходимым для того, чтобы проследить пути развития карфагенской военной организации, постоянно совершенствовавшейся, адаптировавшей новейшие достижения военной мысли противников и создававшей собственные тактические концепции. Эта книга о карфагенских армии и флоте, карфагенской школе военного искусства, наработки которой были доведены до совершенства Ганнибалом, и о Сципионе, разгадавшем секрет успеха своего великого противника.

В предлагаемой вниманию читателя книге нет описаний походов, сражений и осад. Вообще почти все, что касается непосредственного ведения военных действий, автор умышленно обходит стороной, фокусируя свое внимание на условиях повседневной жизни легионеров в эпоху ранней Империи (I–II вв.). В серии небольших, но достаточно информативных очерков прослеживается путь римского воина от того момента, как он новобранцем попадает в армию, до получения им статуса ветерана и выхода в отставку.

Волга – не просто река, но феномен, связывающий судьбы, идеи и образы сквозь века российской истории. Книга Евгения Стрелкова исследует «волжский мир» как особое культурное и метафизическое пространство – от навигационной реформы Петра I и фресок верхневолжских церквей до советского радиоландшафта эпохи НЭПа. На неожиданных примерах автор показывает, как далекие сюжеты оказываются сплетены: Льюис Кэрролл посещает Нижегородскую ярмарку – и, возможно, именно этой поездке мы обязаны появлением «Алисы в Зазеркалье»; итальянский живописец случайно порождает саратовскую художественную школу; физик и правдоискатель Андрей Сахаров трудится над водородной бомбой в стенах монастыря. Наряду с известными фигурами – Кулибиным, Кустодиевым, Короленко – автор открывает читателю героев «второго ряда»: ученых, художников, краеведов, чьи труды складываются в сложную и текучую «формулу Волги». Евгений Стрелков – литератор, медиахудожник и музейный проектировщик из Нижнего Новгорода.

Волга – не просто река, но феномен, связывающий судьбы, идеи и образы сквозь века российской истории. Книга Евгения Стрелкова исследует «волжский мир» как особое культурное и метафизическое пространство – от навигационной реформы Петра I и фресок верхневолжских церквей до советского радиоландшафта эпохи НЭПа. На неожиданных примерах автор показывает, как далекие сюжеты оказываются сплетены: Льюис Кэрролл посещает Нижегородскую ярмарку – и, возможно, именно этой поездке мы обязаны появлением «Алисы в Зазеркалье»; итальянский живописец случайно порождает саратовскую художественную школу; физик и правдоискатель Андрей Сахаров трудится над водородной бомбой в стенах монастыря. Наряду с известными фигурами – Кулибиным, Кустодиевым, Короленко – автор открывает читателю героев «второго ряда»: ученых, художников, краеведов, чьи труды складываются в сложную и текучую «формулу Волги». Евгений Стрелков – литератор, медиахудожник и музейный проектировщик из Нижнего Новгорода.

Книга Александра Кырлежева посвящена анализу одной из ключевых дихотомий новоевропейской культуры — соотношению религиозного и светского — и ее трансформациям от эпохи модерна к постсекулярному времени. В первой части монографии, опираясь на работы Талала Асада, Джона Милбанка, Чарльза Тейлора и других, А. Кырлежев подробно исследует, как с приходом модерна менялось соотношение сил в этой дихотомии: светское, пытаясь вытеснить религию, само превращалось в квазирелигиозную конструкцию, а религиозное сопротивлялось маргинализации. Вторая часть книги включает тексты разных лет, отражающие более чем двадцатилетнюю дискуссию о постсекулярном в отечественном и международном интеллектуальном пространстве. Здесь отношения религиозного и светского рассматриваются в контексте прав человека, публичной сферы, культурных и политических конфликтов позднего модерна. Александр Кырлежев — религиовед, теолог, историк церкви.

Полководцы и политики, ораторы и воины, мудрецы и гордецы, покровители искусств и чревоугодники, интриганы и люди чести, бессребреники и казнокрады, а иногда и то, и другое, и третье в одном лице... Все великие римляне собраны в этой книге, охватывающей время от царского периода до начала империи. Галерея портретов-биографий, мастерски написанная выдающимся немецким историком Генрихом Вильгельмом Штолем, открывается на фоне грандиозных — реальных и мифических — событий римской истории. Мы присутствуем при основании города легендарными Ромулом и Ремом, становимся свидетелями того, как изгнанный из Рима Кориолан является под его стены во главе неприятельского войска, как Сципион Старший одолевает Ганнибала, как гибнут в борьбе за идею братья Гракхи, как сотнями уничтожает своих врагов Сулла и как идет к власти Цезарь...
Классический труд Генриха Вильгельма Штоля (1819–1890) выходит в новой редакции.

Великая Северная война длилась более двадцати лет — с 1700 по 1721 год. Итогом ее стало превращение Швеции во второстепенную державу и возникновение Российской империи со столицей Санкт-Петербургом. Но мало кто задумывается, что Северная война была лишь эпизодом — хотя и самым кровавым — почти семисотлетнего противостояния русских и шведов. В книге Алексея Шкварова, написанной по следам изысканий в шведских архивах и с опорой на новейшие исследования скандинавских и российских историков, рассказывается не только о баталиях, тактике, стратегии, организации армий противоборствовавших сторон, но и о том, что предшествовало и сопутствовало военным действиям, вскрываются внутренние мотивы поступков Петра I и Карла XII. Впервые столь подробно описываются столкновения в Финляндии и русские десанты на шведскую территорию. А еще эта книга — настоящее пиршество точных цифр, а значит, неоценимый источник для тех, кто глубоко интересуется военной историей.
Алексей Шкваров — кандидат исторических наук, доктор философии (университет Хельсинки).

В церковной истории духовные прозрения легко уживаются с мелочами быта, нравственные подвиги соседствуют с фанатичным изуверством, жестокие войны — с диспутами мудрецов. В ней без труда можно найти элементы трагедии и фарса, детектива и судебной хроники, волшебной сказки и даже скабрезного романа. Для одних она ценный источник сведений о прошлом, для других — сокровищница глубоких прозрений о сути человеческой природы. Историк и писатель Владимир Соколов поставил перед собой задачу популярно изложить церковную историю, основываясь исключительно на надежных источниках и во взаимосвязи с мирскими событиями. Дворцовые перевороты, любовные интриги императоров, массовое стремление христиан к мученичеству, нашествия варваров, вселенские соборы, гражданские войны, ереси, выборы патриархов — все это течет единым бурным потоком, в котором христианство, начавшее со скромных всеми гонимых общин, постепенно одолевает остальные религии и проникает в плоть и кровь государства.

Книга профессора Елены Смилянской написана на уникальном материале, в основе которого лежат почти 600 судебно-следственных дел, возбужденных в России в 1700–1801 годах по обвинениям в колдовстве, богохульстве, кощунстве и религиозном вольнодумстве. Тут и магические практики, совмещенные с верой в спасение во Христе, и «сумасбродное волшебство», и «знатье с бесами», и ворожба, и целительство, и любовные зелья, и откровенное богохульство, и поругание святынь, и «непотребное» сочинительство, и еретические искания русских вольнодумцев. Обнаруженные в фондах Синода, Преображенского и Сыскного приказов, Тайной канцелярии и Тайной экспедиции, а также в ряде областных архивов, эти дела бросают весьма неожиданный отсвет на XVIII столетие, когда все, что не соответствовало высочайшему пониманию «разумной веры», называлось «суеверием», «фанатизмом» и «энтузиазмом».
Елена Смилянская — доктор исторических наук, профессор Национального исследовательского университета «Высшая школа экономики».

Книга посвящена изучению феномена Большой Игры как инструмента глобального противостояния Русского и Западного проектов развития и его влияния на европейскую и мировую политику Нового и Новейшего времени, включая анализ скрытых механизмов, «запустивших» две мировых войны XX века. При этом возникновение и развитие Русского проекта как особого цивилизационного пути представлено в контексте столкновения с Западным глобальным проектом на всем протяжении мировой истории.
Рассчитана как на специалистов — историков, философов, политологов, так и на широкий круг читателей.

В книге воссоздаются основные вехи того духовного и социального пути, которым прошел христианский мир от момента своего рождения до наших дней. В первой части автор приглашает читателей поразмыслить о самых главных ересях и расколах в церковной истории, подробно разъясняя как суть этих разногласий, так и историко-культурный контекст. Это увлекательное повествование не только о богословских догмах, но и о развитии человеческой мысли, индивидуальных и коллективных поисках истины, неочевидных подчас причинах больших политических трансформаций.
Вторая часть книги в занимательной форме рассказывает о том, чем мы обязаны самому знаменитому конфликту в судьбе западного христианства — размежеванию католиков и протестантов. На примере конкретных исторических персонажей XVI–XX веков показано, как именно связаны с импульсом протестантской Реформации многие известные и привычные нам сегодня явления — научные, правовые, эстетические, политические, социально-психологические и даже экономические.

Правда ли, что Россия — это угрюмая консервативная Спарта в сравнении с жизнерадостными либеральными Афинами Запада? Да и были ли сами Афины столь уж либеральны или и там было немало пламенных контрреволюционеров, оказавших влияние на дальнейшую консервативную традицию? Когда мы называем Москву «Третьим Римом», то какой Рим имеется в виду — языческий или христианский и стоит ли очарованно глядеть на блеск орлов языческого империализма? Какие последствия для становления Руси имел кризис средиземноморской империи и была бы вообще возможна Русь без этого кризиса? Что для нас Византия сегодня — проклятие или наследие и урок?
На эти и другие вопросы дает свой ответ известный публицист и политический мыслитель Е. С. Холмогоров. Автор не пытается шокировать читателей дилетантскими ревизионистскими концепциями, его цель — обратить внимание на аспекты античной истории, хорошо известные специалистам, однако оставшиеся за пределами массового сознания.

События Вандейской войны 1793–1796 гг. глубоко изучены во французской историографии, однако по-прежнему являются предметом серьезных не только научных, но и идеологических споров. Слово «Вандея» со временем стало именем нарицательным, превратившись в символ оппозиции Французской революции. Для самой Вандеи война стала системообразующим событием, и регион до сих пор живет воспоминаниями о ней, строя на ее основе собственную идентичность. В ходе «Ста дней» случилось «второе издание» Вандеи. Июльская революция 1830 г. и приход к власти короля Луи-Филиппа Орлеанского вновь превратили Вандею в ставку в политической игре. Обреченное на провал восстание в Вандее 1832 г. (или пятая Вандейская война 24 мая — 12 июня 1832 г.) вошло в историю и приобрело романтический флер в значительной степени из-за участия в нем герцогини Марии-Каролины Беррийской.
Революция, убийство, «чудесный ребенок», восстание, измена, запретная любовь, тайный брак, трагедия и фарс, эпопея и водевиль — в жизни этой принцессы были все элементы романтической драмы, достойной пера Александра Дюма, и она была прототипом героинь его произведений. Личность Марии-Каролины Беррийской благодаря эпопее с восстанием в Вандее 1832 г. уже при жизни стала легендарной, а Вандея остается мифом по сей день...

Современная эпидемия COVID-19 сравнима с пандемиями чумы, холеры и «испанского» гриппа. Однако карантины, «социальное» дистанцирование и «новые» правила гигиены — не изобретения нашего времени. В XVIII–XIX вв. Россия также боролась с эпидемиями разных заболеваний, используя при этом вполне «современные» средства. Изучив «особый» раздел законодательства Российской империи — карантинное, — мы сможем выяснить, чем «зараза» пугала тогдашнюю власть и по каким причинам борьбе с болезнями уделялось пристальное внимание.

Монография Н. А. Клепинина (1899–1941), писателя-публициста, некоторое время примыкавшего к евразийскому направлению русской эмигрантской историографии, «Святой и благоверный великий князь Александр Невский», впервые вышедшая в свет в Париже в 1927 году, синтезирует достижения русской дореволюционной историографии с концептуальными установками историков-евразийцев. Благодаря этому, в книге создан колоритный образ Александра Невского как воителя и дипломата, в трудные для Руси годы XIII столетия противостоявшего крестоносной экспансии с Запада и пытавшегося найти компромисс в отношениях с правителями монгольской империи на Востоке.

В этой книге рассказывается о первых междукняжеских войнах на Руси, происходивших между представителями династии Рюриковичей с конца X до начала XII века. В их числе были война между сыновьями Святослава I, война между сыновьями Владимира I, в ходе которой погибли первые русские святые — князья Борис и Глеб, война между сыновьями и внуками Ярослава I, которая привела к утверждению «отчинного» принципа наследования волостей в конце XI столетия.

Книга посвящена «Киевской Руси» как феномену отечественной историографии, разрабатывавшемуся русскими историками XIX–XX веков, и включает очерки, посвященные эволюции этого термина, а также очерки, посвященные источниковедческому изучению летописного завещания («ряда») киевского князя Ярослава I Мудрого о разделе княжений в 1054 г., который считается поворотным моментом политического развития древнерусской государственности.