"Санта-Барбара". Компиляция. Книги 1-12 (СИ) - Крейн Генри

Перл снова вмешался в разговор.

— Мистер Си, вы слепо доверяете ему. Я знаю, я собственными глазами видел, что творится у него в больнице. Роулингс не способен помочь Келли. Он может только навредить ей. Это человек, которого за версту нельзя подпускать к больным. Если же в его руки попадают здоровые люди, он предпринимает все для того, чтобы и их сделать неврастениками и психами.

СиСи раздраженно махнул рукой, но в этот момент София решила заступиться за дочь.

— Ты напрасно упрямишься, — сказала она, обращаясь к мужу. — Мне кажется, что они правы.

Она подошла к дочери и ласково погладила ее по голове.

— Дорогая, ты просто чудесно выглядишь. С тех пор, как мы видели тебя в последний раз, ты сильно изменилась в лучшую сторону. Я гляжу на тебя и не могу нарадоваться.

Келли уверенно кивнула.

— Ну, конечно, все правильно, это потому, что мне на самом деле стало лучше. Я уже практически здорова. Я отвечаю за свои слова.

Но СиСи по–прежнему упорно не желал прислушиваться к мнению других. Ему втемяшилось в голову, что Келли поступает неправильно, и он не мог переубедить себя, да, в общем, и не хотел этого делать.

— Келли, я не могу не доверять мнению специалиста только потому, что ты сбежала из его клиники, — тупо повторил он. — Почему ты не хочешь меня понять?

Она безразлично махнула рукой.

— Папа, ты можешь думать все, что угодно. Ты все равно не знаешь того, что известно мне.

— Ты должна вернуться, — талдычил СиСи, — ты не можешь уехать.

Келли вышла из себя.

— Ты не можешь меня заставить вернуться туда. И даже не уговаривай, это абсолютно бессмысленно, я уезжаю с Перлом.

В доказательство своих намерений она подошла к Перлу и встала за его спиной.

Окружной прокурор всем телом навалился на Джину и, заткнув ей рот, прошипел на ухо:

— Тихо, не ори.

Она несколько раз попыталась вырваться, но бесполезно. Одной рукой он обхватил ее, словно железным обручем, а другой зажал рот.

Будучи не в силах освободиться, Джина применила последний способ защиты, который оставался в ее распоряжении. Она изловчилась и укусила Тиммонса за палец. Он бешено заорал и выпустил ее из своих объятий. Тяжело дыша, она обернулась.

— Кейт, это ты? Господи, боже мой, а я подумала, что какой‑то преступник ворвался в твой кабинет и хочет убить меня.

Окружной прокурор замахнулся на нее кулаком.

— Ты что здесь делаешь?

Она гордо вскинула голову.

— Ну–ну, потише. Веди себя пристойнее. Что за обращение с дамой? Кулаками размахиваешь.

Он стал растирать укушенное место.

— Я тебя спросил, что ты делаешь в моем кабинете? Признавайся, ты что, шпионишь за мной?

Она проигнорировала его вопрос.

— Ты напугал меня до смерти. Твое счастье, что мне не удалось вырваться сразу. Я бы подняла здесь такой шум, что сбежался бы, наверное, весь город.

Она поправила прическу и съехавшую набок и обнажившую плечо блузку.

— Ты не увиливай! — заорал окружной прокурор. — Я тебя спрашиваю, что ты делала в моем кабинете? Что ты здесь ищешь? Копалась в моих бумагах?

Лишь появление Джулии Уэйнрайт в кабинете окружного прокурора спасло Джину от расправы.

— А, привет, Кейт, — с облегчением вздохнула она, останавливаясь в дверях. — Как я рада, что наконец‑то удалось найти тебя. Где ты пропадал?

Тиммонс сейчас выглядел так, как будто перенес схватку с борцом сумо. Его волосы были взъерошены, лицо раскраснелось. Он тяжело дышал и дул на палец.

Увидев Джулию, он недовольно спросил:

— Тебе чего здесь надо? По–моему, ты уже могла бы отправиться домой. Время вообще‑то уже довольно позднее.

Джулия язвительно улыбнулась.

— Но сам ты, как я вижу, на работе. У меня тоже есть дела. Мне нужен рапорт о наезде, совершенном Сантаной Кастильо. Но прежде я бы хотела поговорить с Крузом. Пока ее не привезли сюда, мне нужно ознакомиться с документами.

Тиммонс торопливо взглянул на Джину, и одного этого взгляда для нее было достаточно, чтобы понять, что произошло.

— Сантану арестовали? — с горящими от безумного любопытства глазами она взглянула на Джулию. Тиммонс поспешно воскликнул.

— Я сейчас принесу тебе все материалы по делу.

Джулия улыбнулась.

— Я была бы тебе очень благодарна, если бы ты сделал это побыстрее. У меня совершенно нет времени. Надо еще ознакомиться с показаниями свидетелей и заключениями экспертизы.

Сделав вид, что только сейчас заметила Джину, Джулия одарила ее ослепительной улыбкой.

— Привет, а ты что здесь делаешь в такое время? Или для свидания с окружным прокурором у вас не нашлось другого места, кроме его кабинета?

Но Джине было сейчас не до словесной перепалки с Джулией. Все мелкие неприятности подобного рода отошли для нее сейчас на задний план. Произошло самое главное, то, чего она так ждала такое долгое время — соперница в борьбе за Брэндона была в полушаге от тюремной решетки. Это открывало весьма обширные возможности и рисовало заманчивые перспективы. Наконец‑то планы Джины начали осуществляться. Она так долго мечтала об этом. Разумеется, в такой обстановке мелкие комариные укусы, вроде едких замечаний Джулии, были абсолютной ерундой для Джины. Она совершенно спокойно проигнорировала эти питюки.

— Просто невероятно, Сантана в тюрьме, — пробормотала она задумчиво.

Затем повернулась к Джулии.

— Ты будешь ее адвокатом, Джулия? Да, адвокат ей сейчас понадобится.

Джулия пожала плечами и отвернулась.

— Я пока не решила, браться мне за это дело или нет. Мне пока еще неизвестны все обстоятельства наезда.

Джина внутренне ликовала, но старалась держать себя в руках. Виляя бедрами, она прошлась по кабинету вальяжной походкой.

— Джулия, а почему ты сомневаешься? — с мстительной улыбкой на устах полюбопытствовала она. — Ты же выиграла процесс Дэвида Лорана? Теперь можно и проиграть.

Джулия, конечно, не могла стерпеть такое.

— Джина, ты меня убедила. Я беру это дело из‑за одного только желания сделать тебе удовольствие.

Джулия обратилась к окружному прокурору, который, мрачно насупившись, сидел за своим столом и с дотошным вниманием изучал следы зубов Джины на собственном указательном пальце.

— Кейт, мне пора идти, оставь, пожалуйста, все у меня на столе в кабинете. Потом я как‑нибудь загляну к тебе. Пока.

Не дожидаясь ответа, она покинула кабинет Тиммонса. Джина не удержалась от едкого замечания.

— По–моему, мисс Уэйнрайт проявляет инстинкт самоубийцы. Только идиот или сумасшедший может сейчас защищать Сантану. По–моему, это безнадежное дело, и ни одному адвокату не удастся добиться даже того, чтобы ее просто выпустили под залог.

Она повернулась к окружному прокурору и одарила его обворожительной улыбкой.

— Если, конечно, сторона обвинения не будет слишком настойчива. Ведь ты наверняка попытаешься обелить Сантану? Или я ошибаюсь?

Тиммонс скривил лицо в гримасе глубокого отвращения. Озабоченно разглядывая начавший опухать палец, он буркнул:

— Ты что здесь делала? Я так и не услышал от тебя ответа? Какого черта ты рыскала по моему кабинету?

Она элегантно опустилась на стул перед его столом, вытащила из сумочки сигареты и закурила, пуская кольцами клубы дыма.

— Это касается именно того дела, о котором только что шла речь, — улыбнулась она. — Мне было очень интересно, почему окружной прокурор так стремится защитить Сантану. Я хотела убедиться в том, что ее посадили в тюрьму.

Тиммонс вскочил из‑за стола и стал возбужденно расхаживать по кабинету. Он захлопнул дверь, оставшуюся открытой после ухода Джулии Уэйнрайт, и, остановившись у порога, обличительным тоном воскликнул:

— Джина, тебе говорили, что ты похожа на гиену? Ты готова броситься на любую падаль в надежде хоть чем‑то поживиться. Знаешь, где‑то неподалеку, на задворках какого‑то ресторанчика я видел большую помойку. Не лучше ли тебе было отправиться туда?

Джина невозмутимо вдохнула дым ментоловой сигареты и, выдержав эффектную паузу, махнула рукой.