Босс, разреши мне любить - Тина Рамм
– Здесь? – я нажимаю чуть сильнее, в точку между правой лопаткой и позвоночником. Ощущаю, как под моими пальцами напрягается твёрдая, как камень мышца.
– Да, – хрипло.
Внизу живота тяжелеет.
– Больно?
– Терпимо.
– Не надо терпеть. Говорите, если больно. Мне нужно понимать, куда не нужно давить.
Он выпрямляется, поворачивая голову. Я вижу его профиль: волевой подбородок с темной щетиной, скула, нос с небольшой горбинкой, которую я узнала бы из тысячи.
– Можете сесть на диван? – говорю я, стараясь, чтобы голос звучал ровно. – Я сделаю вам массаж с элементами миофасциального релиза. Это поможет расслабить спазм и вернуть подвижность мышцам.
Игорь идет к дивану, садится на его край и поворачивается ко мне спиной. Я встаю позади него. В этот момент упрямые кудри, которые я так старательно затягивала в пучок утром, снова вырываются на свободу и падают мне на лицо.
Я тяну руку, чтобы убрать их за ухо, и в эту самую секунду, когда мои пальцы касаются лица, рецепторы носа щекочет тяжёлый аромат пота, вперемешанный с ментоловой свежестью геля для душа, который он, наверное, использовал перед тем, как прийти сюда.
Этот коктейль накрывает меня, как волна. Вызывает головокружение, от которого подкашиваются колени. Сердце, ломящееся в рёбрах, взрывает пульс
Я понимаю: запах Игоря отпечатался на коже моих пальцев.
Меня трясет, но я возвращаю руки на его спину, работая медленно, глубоко, по краю лопатки, и чувствую, как под пальцами распускается тугой мышечный спазм.
– Сколько ты в «Титане»? – спрашивает он вдруг.
Я вздрагиваю всем телом.
– Три года.
– С открытия?
– С открытия.
Игорь хмыкает и смотрит на меня через плечо.
– Я думал ты новенькая. Никогда тебя раньше не замечал.
Неудивительно. Я была для него одним из сотен лиц в форме клуба, которые мелькают в зале и тут же стираются из памяти. И оставалась бы серой тенью на периферии до сих пор, если бы не его спина.
– Я работаю в функциональном зале, на первом этаже.
Игорь молчит. Между нами повисает тишина, я продолжаю работать пальцами,
– А тебе сколько лет? – его хриплый голос разрезает тишину.
Я поднимаю глаза и смотрю на ежик его волос на затылке.
– Двадцать три.
– Учишься?
– Да. В магистратуре по спортивной медицине и реабилитации.
Почему он вдруг решил заговорить со мной? Да ещё и задаёт такие личные вопросы?
Хотя… это же обычная вежливость. Светская беседа. Так делают все нормальные люди, когда хотят заполнить тишину. Я стараюсь держать себя в узде и не списывать каждое его слово на личный интерес.
Он усмехается, и я слышу этот смех, низкий, хрипловатый, и он отдаётся где-то у меня в животе.
– Нам нужны такие специалисты, – говорит в сторону. – Высшее образование – это не обычные курсы, это полноценная профессиональная подготовка.
– Верно.
– Индивидуальные тоже ведешь?
– Веду, – киваю, хотя знаю, что он не увидит. – С дипломом реабилитолога можно брать клиентов после операций и с проблемами здоровья, от которых отказываются другие тренеры.
– Значит, ты у нас спасательница? – он оборачивается через плечо, и я ловлю эту его полуулыбку.
– Я просто люблю свою работу.
– Похвально.
Снова тишина и бешеный стук моего сердца.
Внезапно Игорь поворачивается, и его татуированные пальцы перехватывают мою ладонь.
– Ты со всеми клиентами так работаешь, Полина? – смотрит с прищуром, продолжая лениво ухмыляеться.
Пальцы жжёт от его прикосновения, как будто он оставил на них клеймо. В ушах начинает свистеть.
– Как? – говорю рвано.
– Ты вся дрожишь.
– Это от напряжения, – голос предательски дрожит.
– Вряд ли.
Смотрит на меня долго и внимательно. Его взгляд скользит по моему лицу, изучая каждую черту. Между густых бровей залегает залом.
– У тебя есть кто-нибудь?
– В смысле? – от паники не совсем понимаю заданный вопрос. Я вся горю, и это мешает мыслить.
– Парень есть? Муж? – он резко проводит взглядом по моему безымянному пальцу, ища кольцо.
– Н-нет… Никого нет.
Игорь придвигается ближе ко мне, и между нашими лицами – сантиметров десять. Я чувствую его дыхание на своей щеке.
– Забавная ты, Полина… – он говорит это спокойно, без насмешки. – Краснеешь и горишь.
Он отпускает мою руку и решительно поднимается с дивана. А я так и стою, где стояла, пытаясь собрать себя обратно, по кусочкам осмыслить, что это сейчас было.
– На сегодня хватит. Завтра жду тебя в это же время.
Я киваю, выдавливаю хриплое «до свидания» и выбираюсь из кабинета. В коридоре трогаю щеки – горячие. Он прав: я вся горю, будто в лихорадке.
Глава 9
Полина
Дверь кабинета Игоря Викторовича казалась мне тяжелой, как люк в подводную лодку. Я замерла на пороге, судорожно сглатывая комок в горле. Сердце колотилось где-то в районе ключиц, отбивая ритм, который я тщетно пыталась успокоить глубокими вдохами.
Боже, как же я ненавидела и благословляла вчерашний день! Ненавидела за то, что он перечеркнул мою безопасную, предсказуемую жизнь, где я была просто хорошей девочкой-тренером, тайно вздыхающей по боссу. И благословляла… потому что мой самый запретный, стыдный сон стал явью.
Я не спала вторую ночь подряд, но на удивление упадок сил и сонливости не ощущала. Прокручивала его в голове сотни, нет, тысячи раз как одержимая. Я ходила по квартире как призрак, не помню о чем разговаривала с мамой, механически улыбалась клиентам на тренировках, а внутри все горело.
И самое главное: я пыталась понять, к чему все идет.
Я не была наивной дурой. Я прекрасно все понимала. Игорь Сивцов – мужчина, у которого есть все. Власть, деньги, статус. Женщины вешались на него пачками, стоило ему появиться в зале. Что я для него? Красивая подтянутая фигура в обтягивающем топе? Удобный вариант для снятия стресса между совещаниями?
Я знала, что такие мужчины не влюбляются в своих подчиненных. Они их используют.
Но сегодня, когда я переступила порог этого кабинета, последние иллюзии рухнули. Со вчерашнего дня он больше не смотрел на меня, как на рядового тренера. В его взгляде не было ни тени профессионализма, только тяжелая, обволакивающая тьма. Он смотрел на меня так, словно я была десертом, который он откладывал на потом. Десертом, который он уже распробовал, и теперь хотел добавки.
И самое страшное было