Невинная соседка для бандита - Ася Любич

На пороге меня уже встречает Кирилл, что-то жует, болтает по телефону, явно чувствует себя хозяином тут. Наверное, им он и является.

Администратор — высокая, с его рост девушка осматривает меня, словно оценивая. Словно я товар.

Броситься и бежать тянет, как магнитом, словно тут противоположный полюс, от которого мне нужно отстраниться. Невольно замечаю расстегнутую рубашку Кирилла и новый бинт.

— Тебя перевязали?

— Ну конечно, не тебя же ждать. У нас свой врач, гинеколог и хирург, нужно тебя осмотреть, получить все справки.

— А они квалифицированные врачи или такие же, как я, по соседству?

— Они квалифицированные, — усмехается Кирилл. — Просто были на операции.

Даже думать не хочу, что за операцию эти коновалы могли тут делать.

— Рит, проводи Надю к мужикам, потом к косметологу.

Я покорно соглашаюсь раздеться и пройти процедуру осмотра у молчаливого врача, но тут же прикрываю грудь и пах, потом прикрываюсь салфеткой с гинекологического кресла, когда в кабинет вальяжно вваливается Кирилл.

— Продолжайте.

— Выйди! Я не буду при тебе раздеваться.

— Совсем скоро твое тело выставят на аукцион, и победит тот, кто предложит большую цену, тебе не кажется, что не время и не место выебываться, — подходит он ближе, дергает простынку. — Убери руки и покажи сиськи!

— Да подавись! — ору я ему в лицо, что аж Петр Сергеевич пугается. Но реакции Кирилла гораздо интереснее, потому что он застывает, осматривая мои молочные железы, словно какую-то находку. — Насмотрелся, теперь можешь выйти?

Он заглядывает мне за спину, вызывая дикой силы раздражение.

— Свои?

— Нет, блин, чужие!

— Свои, Кирилл Романович. Идеальный образец женской груди.

— А на ощупь?

— Мягкие и упругие.

И это врач!

— Я вообще-то здесь! — машу перед мужчинами руками, а когда Кирилл тянется, бью по пальцам, как нерадивого ученика. — Ты еще и врач?

— Нет, но готов купить диплом, чтобы трахнуть твои сиськи.

— Кирилл, может мы закончим?

— Да, да, заканчивайте, — кивает он, потом резко выходит, оставляя нас с врачом наедине.

— И правда идеальный?

— Да, Надь, именно эту форму предпочитают в пластической хирургии. Вам очень повезло.

— Или наоборот, — прикрываюсь я, когда он заканчивает и что-то у себя пишет.

— Вы перевязки делали?

— И пулю вытаскивала.

— Неплохо для студентки меда. Если вы тут не планируете задерживаться, то я готов потом взять вас в ординатуру.

— Эм... — вот уж удивил. — Но что вы делаете тут? Как можете работать в таком месте?

— Ну что сказать, все мы где-то ошибаемся, и всегда находятся такие, как Кирилл, которые словно пауки плетут вокруг нас паутину. Мне осталось немного, чтобы вернуть себе уважение. Хотя одного у Кирилла не отнять, он никогда никого не предавал, поэтому требует полной верности от других и жестоко наказывает, если не находит этого. В общем, будьте осторожны.

— Я запомню, спасибо вам.

После медицинского осмотра и взятия крови для сдачи анализов меня отправляют к косметологу. Ею оказывается женщина с ярко рыжими волосами и очень большими губами. Она только взглянула на меня и вынесла приговор моему лицу и коже. Выслушав причитания, что за неделю с такой кожей ничего не сделаешь, я просто собираюсь домой.

На сегодня свою порцию унижений я получила, пожалуй, хватит.

— И куда ты? — в спину голос Кирилла, который я, наверное, теперь узнаю из тысячи. — Косметолог тебя ждет.

— Эта та, которая сказала, что мою серую кожу и огромные поры ничем не исправить, при этом ее собственный лоб словно срезали с ее задницы. Можно я послушаю это все завтра. Твои коновалы осмотрели меня, как подопытного кролика, напичкали витаминами, как утку и истыкали, как хрюшку на вертеле. Я хочу домой!

Кирилл заливается смехом, запрокинув голову. Пока он отвлекся, я шагаю за дверь, но она оказывается закрыта. Я дергаю ручку, но она не поддается.

— А можно…

Кирилл показывает на пульт в своей руке. Который и контролирует замок на двери. Проклятый рабовладелец.

— Ладно, раз косметолог тебя не устроил, найдем другого. У меня тут еще есть дела, потом я отвезу тебя домой.

— Я и сама могу. Благо, для того чтобы добраться домой, не нужно скакать на лошади или идти пешком, транспорт отлично функционирует.

— Не спеши. Нина, — обращается он к администратору, которая с любопытством наблюдает за нашим диалогом. — Выдай ей купальник.

— Купальник? Зачем мне купальник?

Нина уже подрывается.

Я вообще заметила, что тут каждая особь женского пола готова расстелиться перед ним пластом и раздвинуть ноги.

Я ни с кем особо не общалась, но наслушалась, какой же он мужественный и как от него прет харизмой. Как по мне, от него прет излишней самоуверенностью, потому что он примеряет на себя роль самого Бога.

Только вот не одной из нас не светит даже прикоснуться к его сиянию. Он не связывается с теми, кого продает. Может быть, ему стыдно? И он рассказывает своим партнершам о том, что он рабовладелец.

Почему-то эта мысль вызывает у меня смех, который тяжело скрыть.

— Что? Смешной купальник? — Нина уже протягивает мне мой размер раздельного купальника.

— Нет, нет, я так, — Кирилл внимательно на меня смотрит.

— Ну что встала, бери и пошли, одна ты все равно не поедешь.

— Это еще почему? Я же как-то добралась сюда.

— Хватит умничать. С твоей удачей в борделе ты окажешься раньше, чем продашь девственность.

— А это не бордель?

Нина ахает, словно я кого-то оскорбила. Словно она не знает, кто они и чем тут все занимаются.

— Пойдем, сказал, — дергает Кирилл меня за руку и ведет внутрь помещения мимо девушек самых разных мастей, каждая из которых пускает слюни на моего провожатого. Стыдно признать самой себе, что я и сама повелась на его энергетику, готова была отдаться за ощущение безопасности и иллюзию любви.

— А зачем мне купальник? Ты уже планируешь снимать меня для продажи? А как же серое лицо и уставший вид? А брови, ты вообще видел мои брови, да Брежнев бы позавидовал… — говорю, говорю, потому что устала, потому что не хочу тут больше находиться, потому что отрицание того, что теперь я, по сути, одна из его шлюх отзывается внутренней болью.

Бабушка бы не пережила такого.

Резко натыкаюсь на что-то твердое, оказывается, врезаюсь в Кирилла. Поднимаю голову и впадаю в транс под впечатлением от его близости.

Наши лица на таком мизерном расстоянии, что я вижу зеленые вспышки на его коричневой радужке.

— Ты уже подписала договор, Надя.