Где-то всегда светит солнце - Кристина Миле

Увидев особняк, я даже не обратила внимания на море, к которому мой взгляд был уже привыкший. А зря, вид был потрясающим. Такой открывался только с нескольких высоких точек в городе, где уж точно не было никаких личных домов.

– Потрясающе! – воскликнула я.

– Я оборудовал здесь причал. – Амир указал вниз, где к морю спускалась узкая лестница. – Здесь удобная бухта, так что место действительно уникальное.

Он радостно мне улыбнулся:

– Пойдемте, я покажу вам дом.

Он предложил мне руку, и когда я коснулась ее, по телу опять пробежала приятная дрожь.

– Не терпится увидеть, что́ ваш талантливый архитектор придумал внутри, – сказала я.

– Уверен, вы не разочаруетесь, – ответил Амир, пропуская меня вперед.

Я зашла в двери и в восхищении замерла. Фантазия у парня точно работала на полную. Холл первого этажа напоминал мозаику из разных техник и материалов. Стены были обшиты светлым камнем со вставками темных пород, которые, так же как и балки на фасаде, образовывали затейливый узор, дополняемый в свою очередь выкладкой паркета на полу. Дизайнерская мебель из кожи и лакированного дерева еще больше подчеркивала дерзкий характер дома.

Амир провел меня на второй этаж, где было несколько спален. Одна из них поразила меня не столько интерьером, который, по сути, был сведен к минимуму, сколько размерами: она занимала половину второго этажа, а ее стеклянные стены открывали роскошную панораму на побережье.

– Здесь все так продуманно и гармонично. Могу только догадываться, каких трудов это стоило, – произнесла я, испытывая настоящий восторг, который бывает, когда смотришь на подлинное произведение искусства.

– Да, осталось привести в порядок гостиную. Я оставил ее напоследок, – улыбнулся Амир и открыл передо мной двери.

В глаза сразу же бросилась пустая стена прямо напротив входа.

– Вы хотите повесить картину здесь? – спросила я, кивнув на стену, которая портила впечатление от остального интерьера.

– Да. Уверен, вы напишете что-то, достойное этого дома, – воскликнул Амир.

Я еще раз обвела глазами просторное помещение, ловя детали, каждая из которых казалась неотъемлемой частью целого. Было очевидно, что созданный хрупкий баланс будет непросто сохранить.

Я подняла на Амира глаза и нерешительно сказала:

– Мне надо подумать, это будет непростой задачей…

Он не дал мне договорить:

– Конечно! Спешить некуда. Но я абсолютно уверен, что вы справитесь.

Он смотрел на меня таким взглядом, что можно было отдать все на свете, лишь бы он никогда не отводил своих глаз.

– Спасибо за экскурсию, – опомнилась я через пару секунд. – Думаю, мне пора.

– Подождите…

Он взял меня за локоть. Я развернулась к нему, и наши взгляды опять встретились. Весь мир вокруг замер. Я не слышала звуков, не чувствовала запахов. Я растворилась в его глубоких карих глазах, которые так притягивали, что у меня не было желания ни двигаться, ни дышать, ни говорить.

Немного глухим от волнения голосом он спросил:

– Кристина, могу я пригласить вас на ужин?

– На ужин?

«Что за дурацкий вопрос?» – возмутился мой внутренний голос.

– Да, конечно. Когда?

– Завтра? – спросил он.

– Завтра, – глупо повторила я. – Буду ждать.

Он улыбнулся:

– Я пришлю за вами машину в шесть.

Внутри появилось новое приятное чувство. Оно было везде, даже в кончиках пальцев. «Наверное, это и есть любовь», – подумала я.

К счастью, он не поехал провожать меня, и я могла не скрывать улыбку, которая не сходила с моих губ всю обратную дорогу. В моей голове не было ни одной мысли, я не думала ни о картине, которую обещала написать, ни о его прекрасном доме, ни даже о нашей будущей встрече. Все мое сознание было до краев наполнено чувством неописуемой радости и счастья.

Вернувшись домой, я, не зайдя в квартиру, помчалась на рынок за продуктами для ужина. Обычно я не любила туда ездить из-за вечных толп, криков, ругани и смеси всевозможных запахов, которыми пропитываешься, не успевая даже зайти туда. Но в тот день мне как будто хотелось поделиться своей бьющей фонтаном энергией со всеми людьми на планете.

И каково было мое удивление, когда обычно ворчливые продавцы улыбались мне в ответ и доставали из-под прилавка продукты посвежее, вместо ругани слышался громкий смех, а какофония переплетенных между собой ароматов не только не раздражала, но и, наоборот, натолкнула на мысль, ка́к интересно подать блюда вечером.

Вечером Пол сразу же заметил мое состояние – ему было достаточно одного беглого взгляда на меня.

– Да ты просто светишься! – сказал он, протягивая мне бутылку вина.

– Спасибо! – чмокнула я его в щеку и поспешила обратно на кухню. – Проходи, я купила на рынке свежих гребешков и, представляешь, даже нашла озерную форель, они редко ее привозят. И еще телятину. Она выбивается из меню, но я сделала для нее соус из тунца.

– Ты была на рынке? – удивился Пол.

– Да, мне хотелось приготовить сегодня что-нибудь особенное, – ответила я.

– А что за повод?

Пол не понимал, что со мной происходит.

– Никакого повода, – беззаботно пожала я плечами и, широко улыбнувшись, добавила: – Садись за стол, уже почти все готово.

– Ты звала Дэвида? – спросил он, увидев третью тарелку на столе.

– Я оставила ему сообщение, но он не ответил, так что не знаю, придет ли он. Ты его видел сегодня? – кинула я через плечо, одновременно заправляя салат.

– Его не было в офисе весь день, он должен был поехать в строительный комитет. Наверное, приедет, как освободится.

– Значит, давай начинать без него. Я только поставлю картофель запекаться…

– Ты сегодня в кулинарном ударе! – засмеялся Пол.

– Наслаждайся, – улыбнулась я. – Надеюсь, ты голодный?

– Безумно, не успел пообедать сегодня: одно совещание за другим. Давай я пока открою вино?

– Да, пожалуйста, возьми штопор в верхнем ящике, – сказала я.

Спустя несколько минут мы наконец сели и подняли бокалы.

– За прекрасный ужин! – предложил Пол.

– В прекрасной компании! – добавила я, делая глоток.

– Ты сегодня какая-то необычная, – сказал он, бросив на меня очередной пристальный взгляд.

Я ухмыльнулась:

– Давай я положу тебе овощей?

– Да, пожалуйста. Ты встречалась с заказчиком?

– Да, все прошло хорошо. Телятины?

Я сама не понимала