Несбывшаяся любовь - Марина Эльденберт

К слову, о Ване и близости ее проживания: я могла приехать раньше нее, потому что собиралась она очень долго. Так было всегда, и эту ее особенность всегда критиковала Светка:

— Неужели нельзя заранее накраситься?! — всегда бурчала она.

А на нашу последнюю встречу втроем Света, кстати, сама пришла последней. Что было для нее совершенно нехарактерно.

Как я и предполагала, успела я первой, и лишь спустя десять минут, когда я уже заказала и выпила кофе, Ваня влетела в пиццерию. Как всегда ослепительная, сверкая красной помадой, с укладкой, заставляющая всех мужчин сворачивать на нее шеи. На ней было летнее платье, явно какое-то брендовое — Ваня не мелочилась, босоножки на шпильке, светлую кожу украшали тонкие браслеты, а в декольте стекала капелька кулона.

Да у них с Симоновым получится самое настоящее свидание.

При мысли об этом я почему-то улыбнулась.

Когда Костя попросил меня об одолжении, я согласилась раньше, чем он успел его озвучить. А потом он его озвучил, и я выпала в нерастворимый осадок. Потому что попросил он не много и не мало, а устроить ему встречу с Ваней в людном месте.

— Почему в людном? — помню, это было первое, что я спросила.

— Потому что есть вероятность, что там она меня сразу не пошлет.

Ну… насчет не пошлет в людном месте и Вани, я бы не была так уверена. Потому что для нее что людное, что безлюдное — никаких проблем.

— Я не стану этого делать, пока ты мне не расскажешь, зачем, — ответила я. — Точнее, зачем, я понимаю, вы что-то тихушничали у меня за спиной, но Ваня — моя подруга, и я должна знать, что не сделаю ей больно, если помогу тебе.

Симонов ответил после непродолжительной паузы.

— Собственно, рассказывать особенно нечего. Меня очень сильно крыло после случая с Виолеттой, а с Ваней у нас случился короткий, но очень яркий роман. Потом Виолетта оказалась беременна, и мы расстались. Считай, что я хочу извиниться. И попробовать начать все сначала.

— Окей, — сказала я.

Вроде бы Ваня не особо переживала по поводу их расставания. По крайней мере, мне она ничего не говорила, да и Свете тоже. И в целом вела себя как обычно. Правда, она на пару недель уезжала отдыхать в то время, как раз когда Костя собрался жениться на Виолетте, но на этом все.

— Только Бёрну не говори.

— Почему?

— Не хочу пока. По крайней мере, до нашей встречи. Считай, что я суеверный. Чем меньше народу знает, тем лучше.

Симонов и суеверия? Парадокс. Но, как бы там ни было, я ему пообещала.

— Хай! — сказала Ваня, усаживаясь за столик. — Что как? Давай, рассказывай, ты говорила, что снова сошлась с Огнинским, и у меня просто подгорает. Выкладывай!

— Я решила дать нам второй шанс, — улыбнулась я.

— Дать ему второй шанс, ты хотела сказать?

Костя должен был подъехать через полчаса, поэтому у нас было время.

— Ему. Нам. Руслану.

— Ну-у-у-у? Подробности, Аверина!

Я вздохнула. И рассказала подробности.

— Ахуеть, — выдала Ваня, когда я закончила. — Именно так, через «А», да простит меня наша русичка.

— Примерно так.

— И что вы собираетесь делать дальше?

— Пока Руслан доучивается, в смысле, заканчивает школу, по-любому останемся здесь. У Виктора бизнес в Штатах, но он может управлять им дистанционно. Параллельно хочет получить лицензию в России, может быть, вообще решим осесть здесь. Или переедем в Москву.

— Вот вы крутые! — Она ослепительно улыбнулась. — Я вам даже немного завидую.

— Ты не умеешь завидовать, — фыркнула я. — Ты получаешь все, что хочешь, за пару дней максимум.

— И то верно, — Ваня отрезала кусочек стейка и отправила его в рот.

Как раз в этот момент мне на смартфон упало сообщение: «На месте». План был такой — мы сидим с Ваней, потом подъезжает Симонов, якобы он здесь оказался случайно. Я иду попудрить носик, а они остаются, беседуют и все между собой выясняют. Казалось бы, что может пойти не так?

Правильный ответ: все.

Симонов вошел в пиццерию с огромным букетом и направился к нам. Ваня, которая вообще в его сторону не смотрела, снова отрезала стейк и закинулась им. И как раз в этот момент Симонов произнес:

— Ваня, привет. Это тебе. — И протянул ей цветы.

Она подавилась. Вцепилась пальцами в край стола и начала краснеть. Симонов отбросил букет, вздернул Ваню на ноги, и, как оказалось, он отлично владел методом Геймлиха, потому что спустя несколько мгновений Ваня уже кашляла и дышала.

Как только моя подруга прокашлялась, она схватила графин с водой, который в пиццерии подавали всем гостям в качестве комплимента, и окатила Симонова с ног по уши.

— Пошел нахуй! — выдала она и швырнула в него букетом. — И веник свой забери!

В этот момент я поняла, что Симонов, определенно, рассказал мне не все. Но это «не все» мне узнать не грозило, потому что Ваня, метнув в меня яростный взгляд, вытащила из сумочки две тысячи, швырнула купюры на стол рядом с недоеденным стейком и вылетела из пиццерии. Я по-прежнему сидела за столиком в шоке, а рядом со мной стоял Симонов. И обтекал.