Безнадежный - Элси Сильвер

— Это не помогает мне принять решение, — фыркаю я с затаенным смехом.

Глубокий гудящий звук грохочет в его груди.

— Ладно, ну, давай посмотрим. Может, это поможет тебе решить.

— Что...

Я не успеваю закончить предложение, как Бо встает и перекидывает ногу через край огромной ванны. Он ступает прямо в воду.

— Я уже начала! Здесь волосы.

Он ухмыляется и качает головой, бросая полотенце на кафельный пол, его длинный, твердый член покачивается между его ног, прежде чем он погружается в пузырьки.

— Я жил в пещере восемь дней, сладкая. Мне плевать на кусочек твоих волос в воде.

Массивные руки на моей талии без усилий поднимают мое тело. Он ставит меня на бортик ванны и нежными поглаживаниями удаляет пузырьки с моей кожи и волос.

Мои щеки пылают, когда он окидывает меня взглядом, сосредоточив взгляд между моих ног, прежде чем поднять его. Тяжесть его взгляда подобна острию, скользящему по моей коже. Как будто если он будет смотреть слишком пристально, он может пронзить меня.

Когда я смотрю вниз, моя кожа розовая, приобретает розовый оттенок, и пятна пузырьков скользят по разным частям моего тела, тая, когда я обнажаюсь перед ним.

Мы плавали вместе голыми каждую ночь, так что это не должно ощущаться таким обнаженным, как есть. Но свет горит, и он смотрит на меня, как будто видит меня в первый раз.

Неопытная девушка во мне хочет уклониться, но женщина, которая идет за тем, чего хочет, раздвигает ноги и наслаждается выражением интенсивности на лице Бо.

— Бейли. — На этот раз мое имя звучит не столько как предостережение, сколько как мольба.

— Треугольник или полоска? Я пыталась убрать остальное, но это было неудобно.

Он касается меня, мозолистые ладони скользят вверх по внутренней стороне моих бедер.

Раздвигая меня. Серебряные глаза горят, как горячие угли.

— Я могу убрать это для тебя, — бормочет он, убирая одну руку, чтобы взять и мыло, и бритву.

— Тебе не обязательно...

— Я хочу. — Он заставляет меня замолчать окончательностью этого заявления. Я почти чувствую, что это больше, чем просто желание. Ему нужно.

Он смачивает кусок мыла и трет им холмик моей лобковой кости и по тому месту, где могут проходить швы моего нижнего белья. Он делает это тщательно и... делововито. Что может объяснить, как я могу сидеть здесь, раздвинув ноги — не сгорая полностью — пока Бо смотрит на мою киску действительно чертовски пристально.

Я одновременно и успокаиваюсь от его сдержанности, и жажду его пальцев внутри меня.

Чувствовать себя такой же полной, как все эти ночи назад.

Но он не переходит эту черту. Он намыливает мыло, втирая его в те же места мокрой рукой. Я чувствую, как сжимаюсь и расслабляюсь, когда он подходит опасно близко к тому месту, где я хочу его. Мое возбуждение замаскировано только тем фактом, что мы оба сейчас облиты лавандовым мылом и водой из ванны.

— Ты уверена, что тебя это устраивает? — спрашивает он, кладя мыло и опуская бритву в ванну.

Я смотрю на него, широко раскрыв глаза, приоткрыв губы. Его точеное тело склоняется между моих раздвинутых бедер, и то, как он обращается со мной, так уверенно, так заботливо.

Как я могу не быть в порядке с этим?

— Я доверяю тебе, — тихо отвечаю я.

Когда слова достигают цели, он слегка вздрагивает.

Не говоря ни слова, он наклоняет голову ближе и пальцами раздвигает мои губы так, что бритва ложится плоскими, ровными движениями.

Моя голова запрокидывается назад, а глаза закрываются.

— Блядь, — бормочу я, когда он сжимает меня. Давление кончиков его пальцев, царапание лезвия, осознание того, что его лицо прямо там.

Когда он заканчивает приводить в порядок одну сторону, он методично переходит к следующей.

Большие, ловкие пальцы раздвигаются и грубо обращаются со мной, пока он подчищает места, до которых я не дотянулся. Я чувствую, что истекаю, но игнорирую это. Он никак не может заметить.

Я чувствую, что могу кончить только от его близости. Но я этого не делаю. Я сосредоточена на дыхании, на том, чтобы не трястись. Я сосредотачиваюсь на желании, чтобы один из его пальцев скользнул в меня — чтобы он пересек эту черту.

Чтобы он был еще более импульсивным, чем уже был, заползая в эту ванну со мной.

— Вот, — грубо объявляет он, голосом, эхом отдающимся в парной ванной, пока он массирует верхнюю часть оставшихся волос. Его челюсть сжата, брови слегка нахмурены.

— Ты уже решила, что я здесь делаю?

— О, ты делаешь это, да?

Он даже не притворяется, что смотрит мне в глаза, когда отвечает:

— Когда я начинаю работу, я ее заканчиваю.

— Ладно.

— Какая форма?

— Я не знаю. Мне даже все равно. — Все, что меня волнует — это кончить.

Судя по тому, как глаза Бо пожирают меня прямо сейчас, я не думаю, что это вообще имеет значение.

— Треугольник, — выдавливает он. — Если тебе это не нравится, ты можешь легко заменить его на полоску.

— Или ты можешь. — Мой голос звучит густо, глубоко — не мой собственный. Я чувствую себя кем-то другим прямо сейчас. Кем-то красивым и сильным, кем-то уверенным в себе и в том, чего она хочет.

А я хочу его.

Он сглатывает и кивает, затем приближается. Моя рука сжимает плиточный край, острый угол впивается в мою ладонь. Огромный бриллиант на моем безымянном пальце сверкает под светом сверху.

— Или я могу, — повторяет он, проводя бритвой по верхней горизонтальной линии.

— В следующий раз, — добавляю я, заставляя его глаза наконец-то устремиться на мои.

— В следующий раз, — повторяет он, и это похоже на соглашение. Это похоже на момент, когда мы оба понимаем, что это притяжение между нами сильнее, чем любой из нас может сопротивляться.

Или, может быть, в этот момент мы оба понимаем, что ни один из нас не хочет бороться. Мы оба уже достаточно боролись.

Его взгляд опускается вместе с головой, и он приступает к работе.

Бо дотошен, его рука движется между нами, раздвигая каждую ногу шире, а затем опирается на мой низ живота. Его лицо близко, так близко. Он похож на художника, рисующего на мольберте или что-то в этом роде. Это почти заставляет меня смеяться, потому что что еще девушка должна делать в этой ситуации? Выброшенная так далеко за пределы ее опыта грубым военным.

Я почти не узнаю себя.

После того, как он с военной точностью сбривает мои лобковые волосы в симметричный треугольник, он зачерпывает воду, смывая все