Ценнее времени - Алисия Райт

том, как глупо иногда выглядит жизнь. Таня частенько рассказывала про свою сестру Полинку, которая переехала от них в Москву и вечно попадала в различные истории. Катя же, наоборот, после окончания школы переехала из столицы в наш городок. Говорила, что там, конечно, красиво, но ей надоела суета и вечный шум Москвы. Она искала спокойствия и нашла его в нашем Ейске. Я же делилась новостями, связанными с Илонкой и родителями. Потом все чаще стала говорить о Толике… он тогда решил насовсем вернуться из Москвы и устроился в схожую компанию здесь. Потом мы поженились, родился Владик. Моя мать не дожила до рождения Алиски, а через несколько лет скончался и отец — закупорилась артерия, питающая мозг. Дети спасали, как и поддержка подруг. Толик тоже вроде бы был рядом, но как-то не так. Я не ощущала от него тепла или мужской опоры. Казалось, он всегда был зациклен на деньгах и работе.

По выходным мы с девчонками выбирались в парк. У Кати родилась дочка — Снежана, мы гуляли по аллеям, кормили белок, сидели на лавочке у пруда и смотрели, как дети запускают бумажные кораблики. Таня вечно что-то придумывала и очень любила заниматься с нашими детьми: то предложит пойти на карусели, то потащит нас на выставку кошек.

А потом Таня забеременела. Она мечтала о ребенке долгое время, и наконец получилось…

— Опять задумалась о грустном? — вывел меня из воспоминаний голос Катьки.

Я вымученно улыбнулась. Катя знала меня слишком хорошо, чтоб провести ее, поэтому я не ответила.

— Не стоит, — понимающе кивнула она. — Лучше подумаем о Толике.

— А что о нем думать?

— Как насчет поговорить с ним?

От одной мысли о разговоре с мужем по моему телу пробежала мелкая дрожь.

— Я не знаю, как и, главное, что ему сказать?

— Например, что решила уйти к мужчине, которого любила всю свою жизнь, хоть он того и не замечал?

— Ну конечно, — усмехнулась я. — После стольких лет совместной жизни? Нет, это плохая идея.

— Но ты не отрицаешь, что любила другого…

Я посмотрела на довольный прищур подруги.

— Ну Ка-тя, перестань. А вообще, мы встретились с Андреем всего лишь раз. О чем тут вообще можно думать?

— Может и раз, но как ты изменилась за этот раз.

Я еще раз перечитала сообщение от Андрея, и улыбка невольно тронула мои губы.

«Добрый! И тебе спасибо за прекрасный вечер, Андрей! Пока не могу обещать встречу!» — написала я ответ.

Да уж. Как одно сообщение может так кардинально поменять мою отлаженную жизнь и мои мысли?

Утро понедельника началось рано. Быстро приведя себя в порядок и приготовив завтрак, я отправилась на работу в художественную галерею, где уже третий год работала организатором или, как звучало официально на табличке моего кабинета, арт-менеджером. Толик до сих пор считал мой выбор несерьезным. И не упускал случая мне об этом напомнить. Говорил, что творчество — это не работа, что на этом не заработать, что в галерее я просто убиваю время, пока другие строят карьеру. Он не понимал, что я шла к этому с детства. Что когда-то, еще в школе, я мечтала о том, что буду работать среди картин, среди чего-то необычного и завораживающего душу, среди людей, которые говорят о прекрасном. Я не зря училась, не зря получала диплом, не зря выбрала именно это. Пусть и понадобилось много лет, чтобы позволить себе прийти к этому.

На общей планерке, мы с коллегами обсуждали предстоящую выставку современного искусства, которая пройдет именно в нашей галерее.

Я распределяла обязанности и поняла, что полностью ушла в работу. С головой, как говорится. Ровно до того момента, как на мой телефон не пришло новое сообщение. Мысли сразу вернулись к Андрею, но взглянув на экран, я увидела имя мужа.

«Привет, вечером возвращаюсь!»

Здорово. Два дня не вспоминал обо мне, а тут соизволил напомнить о том, что у меня вообще-то есть муж…

На день у меня была запланирована встреча с несколькими художниками, чьи работы должны были быть представлены на выставке. Со своими помощницами я обсудила детали размещения картин, освещение и ряд других важных в этом деле вопросов.

Честно говоря, своей работой я была более чем довольна, пусть она и не нравилась мужу. Я всегда наслаждалась общением с творческими людьми, восхищаясь их идеями и вдохновлялась картинами.

— Ксюша! Каталоги оформлены? — спросила я у пробегающей мимо девушки.

— Как раз занимаюсь, Светлана Юрьевна, — она показала мне макеты в руках и убежала дальше по коридору, стуча своими каблуками.

В конце рабочего дня я вышла из галереи с чувством удовлетворения от проделанной работы. Но вот отправляться домой мне особо не хотелось. Я мысленно готовилась к сложным решениям, которые предстояло принять. И я совершенно не знала, что тут нужно принять. Ведь с мужем мы прожили так много лет вместе. Неважно, есть ли между нами любовь, ведь есть семья, а ни это ли считается главным? А Андрей… пусть я его и любила когда-то, пусть тосковала по нему много лет, в тайне надеялась на то, что он однажды вернется, но ведь нельзя все взять и разрушить. Да и я его не знаю. Уже не знаю. Он изменился. Мы оба изменились. Жизнь стала куда сложнее, чем те беззаботные дни, проведенные вместе в ним под ивой…

Войдя в квартиру, я замерла, застав Толика с розами в руках.

Лицо моего мужа озаряла улыбка. Странная улыбка. Я слегка опешила, сердце пропустило удар. Толик редко дарил мне цветы, разве что по особым случаям, вроде дня рождения.

Первым делом я подумала, что он каким-то образом узнал о встрече с Андреем, отчего занервничала. Пусть это была просто встреча, но я чувствовала себя виноватой. Может, стоило предупредить мужа?

— Привет, — сказал Анатолий, протягивая букет. — Эти розы для тебя.

Я нервно взяла цветы, чувствуя, как пальцы слегка дрожат. Посмотрела на мужа, пытаясь понять, что происходит.

— Спасибо. Это неожиданно, — произнесла я, стараясь не выдать своих эмоций. — Что за повод?

— Соскучился, решил порадовать тебя — вот тебе и повод.

Сомнительный повод, надо признать, но я не стала ему об этом говорить.

Я прошла на кухню, чтобы поставить цветы в вазу. Заметила, что Толик выглядел немного взволнованным, но старался скрыть это за своей обычной улыбкой.

— Как твоя командировка? — спросила я, стараясь вести себя как обычно.

— Неплохо, — ответил он, садясь на диванчик за обеденным столом. — Было слишком много дел. Но главное,