Цена измены. Я не вернусь - Юлия Валериевна Рябинина

В салоне автомобиля повисло молчание. Обратила взгляд вперед перед собой.

На улице начался снег. Крупные хлопья кружили в воздухе, тяжело падали на землю под колеса автомобиля.

– Ась, – обращает на меня взгляд Ника, когда останавливается на перекрестке на красный сигнал светофор. – Может я не права, может мысли тебе мои покажутся странными, но ты послушай, не перебивай. Я девушка с опытом, ты же знаешь. Столько дров по молодости наломала, не пожелаешь никому, – Ника трогается с места, как только загорается зеленый свет. – Я вижу, что ты мне что-то не договариваешь, и поэтому о полной картине твоих отношений с мужем и свекровью судить не берусь, но… Пытаясь убежать от проблемы, ты делаешь только хуже, детка. Поверь “тети Нике” от проблем невозможно убежать, их нужно решить, иначе они найдут тебя в тот момент, когда ты меньше всего будешь их ждать и лупанут так, что мало не покажется. И неспроста это будет, Ася, а потому, что все это время они накапливались, как снежный ком, и в итоге произошло неминуемое разрушение.

Вероника замолчала. Я задумалась над ее словами.

– Возможно в твоих словах и есть какая-то доля правды, – сказала после небольшой паузы, – но это не в моем случае.

Вижу как Ника поджала упрямо губы. Сощурила глаза. Хочет возразить… Но в итоге, так и не решившись, предлагает другой вариант:

– Я попрошу Славу, чтобы он тебя отвез, – ворчит недовольно. – Думаю, он не откажет.

Минутное молчание после ее слов нарушаю я:

– Ника, спасибо! – сдерживаюсь, чтобы не обнять подругу за шею. – Ты не представляешь, насколько это мне сейчас нужно.

– Если бы не представляла, то и не предложила, – тут же отвечает. – Но я все же предлагаю тебе остаться, Ась…

– Ну уж нет, подруга. Быть запертой в клетку я не хочу. И пока единственным вариантом для спасения я вижу только побег.

Ника больше не спорит. Девушка на ближайшем светофоре разворачивается и направляется к себе домой.

– А как же вещи? Ты их не будешь забирать? – прежде чем подняться в квартиру, спрашивает девушка.

На самом деле я боялась возвращаться в квартиру. Так как у меня не было телефона, я не могла точно знать, ищет меня Вадик или нет. Узнали они со свекровью о том, что я самовольно покинула стены больницы?! Или еще не в курсе.

Закусила губу, подняла на подругу глаза:

– Я боюсь, – призналась.

Девушка застыла на мгновение, потом вдруг спохватившись засуетилась:

– Значит не нужно никуда ехать. Я соберу тебе немного одежды, а телефон? Деньги?

Отрицательно качнула головой.

– Вадик все забрал, – совсем поникшим голосом ответила.

– Вот чертов ублюдок, как он мог так поступить с тобой?! – возмутилась так, как будто забыла, что совсем недавно уговаривала меня остаться здесь и разобраться с проблемой в лице “Вадика”.

– Вообще-то он и вещи у меня отобрал, – напоминаю ей.

– Вот гад ползучий, – цедит сквозь зубы. – Ась, у нас у Алешки телефон есть, он правда старенький, но тебе на первое время точно пойдет. Я положу тебе его в пакет. Зарядку туда же суну. А вот с деньгами будет сложнее. У меня есть немного сбережений, но о них Славка не в курсе.

– Ник, я не могу тебя о подобном просить, – отвожу взгляд. – Мне и так с тобой не расплатиться.

– Глупости, – отмахивается девушка. – Я спрошу у Славки для тебя, а ты, если вдруг спросит, скажешь, что завтра переведешь мне на карту. Я ему тогда из своих сбережений и отдам. Про Вадьку ему ни слова. Он у меня, ты знаешь, до чертиков за мужиков топить может, даже если и не правы они. Я про тебя с Вадькой ему не говорила ничего.

– Ник…

– Потом как все разрешиться и поговорим. Хорошо?!

У меня в горле ком встал. Глядя на девушку с благодарностью, кивнула ей.

– Спасибо, – выдавила.

– Я верю в тебя, детка. И обязательно позвони, как доберешься…

Молчаливый Слава за всю дорогу обронил всего несколько слов. За что я была ему очень благодарна. Мне даже врать ему ни о чем не пришлось.

До дома матери мы добрались уже поздней ночью.

Я так давно тут не была, что мы не с первого раза попали на нужную нам улицу. В темноте полностью дезориентированная, я несколько раз ошибалась поворотом, поэтому Славе пришлось покружить немного.

Но то ли мужчина вошел в мое положение, то ли был в хорошем расположении духа, что даже пошутил по этому поводу.

Для приличия посмеялась над его шуткой поддержав ее. Хотя самой было не до смеха.

Когда же в конце концов мы подъехали к нужной калитке, у меня все нутро сжалось в один комок и тошнота подкатила к горлу. Тоска полоснула сердце.

– Ты уверена, что тут есть кто-то живой? – обернулся на меня Слава.

Гулко сглотнула сухость во рту, кивнула.

– Давай доведу тебя до двери, – засобирался мужчина.

– Не нужно, Слав. Я сама. Спасибо тебе большое, что согласился привезти в такую даль, – благодарю от всего сердца.

– Хм, у меня просто не было выбора, Ась, – усмехается весело мужчина, – ты попробуй моей откажи, не простит же.

– Да, наверно, – я слушаю мужчину вполуха, растерянно поглядывая на темные окна дома. – Я, наверно, пойду Слав, – подтянув пакет с вещами к себе, дернула за ручку.

– Я подожду. Вдруг дома нет никого, – отозвался мужчина.

Неуклюже выбравшись из салона, тут же вжала голову в плечи. Обошла машину, хрустя снегом под подошвами ботинок, оглянулась на Славу, следящего за мной с водительского сиденья. Кивнула.

Мужчина поднял руку в ответ. Сжав ручки пакета в кулак, твердым шагом направилась к дому. Где-то вдалеке залаяла собака. Ее лай тут же подхватила другая. По спине прокатился морозец. Стало немного жутковато.

Открыв покосившуюся калитку, по натоптанной тропинке направилась к двери.

Я уже совсем забыла, как это… Жить в подобных условиях зимой в деревне.

Подойдя к порогу, постучала в окно. Замерла в ожидании. По коже прокатилась стая мурашек, тело пробрал мерзкий озноб, когда лай собак усилился.

Да что же вы не открываете?! – буркнула под нос в нетерпении.

И только занесла сжатые в кулак пальцы