Сердце бандита. Его пленница - Инна Матвеева

Пфф... К чему эта мысль? Всё ведь логично, учитывая, что эта девчонка застала меня за ограблением. У неё нет причин мне не верить. А у меня — сглаживать ей впечатление. Скорее уж лучше омрачать.

— Окей, — скидываю набранный мной вызов: кажется, я позвонил Вике. Как последней, с кем разговаривал по телефону. Похер, потом с ней разрулю.

Беру телефон Светы. Ухмыляюсь милой заставке с улыбающимся Ваней с ромашкой за ухом. Отбрасываю внезапно вспыхнувшее дурацкое любопытство и быстро проверяю только их переписку везде. Каждое последнее сообщение... Не писала она ему ничего в такси.

— Ваня считает тебя другом, — неожиданно слышу чуть дрожащее и, клянусь, осуждающее.

Хм, ну а я его не особо. Хотя в целом могу так назвать.

— Давай без нотаций, — морщусь. — Лучше пристегнись, гнать буду быстро.

Невозможность узнать, что там сейчас с Ваней, буквально сводит с ума. И всё время пути оттеняет осознание происходящего со мной.

Зато оно накрывает, когда мы с этим бандитом подъезжаем к какому-то дому, стоящему на отшибе мира. Это точно за городом: ехали долго. А ещё здесь поблизости нет никаких других жилых помещений. Зато есть лес.

Любопытно, что дом при этом выглядит скорее стильно и современно, чем пугающе. Панорамные окна, яво дорогая отделка, свои ворота и гараж. А ещё многое здесь автоматизировано и явно имеет какие-то коды. Так просто не зайдёшь... И не выберешься.

И вот последний факт напрягает больше всего.

Конечно, я бы всё равно не стала ничего предпринимать, пока не убеждусь, что с Ваней всё будет в порядке. Но определённо было бы спокойнее, если бы такая возможность хотя бы была.

— Как мне убедиться, что Ваня будет в порядке? — нервно спрашиваю, когда ублюдок открывает передо мной дверь в этот долбанный дом, собираясь пропустить вперёд.

Окидывает меня странным взглядом, ещё и хмыкнув.

— Любопытно, что ты в первую очередь спрашиваешь про него, а не про себя.

Поджимаю губы, смолчав. Любопытно ему... Потому что по себе судит. Сам вряд ли в этой жизни беспокоится за кого-либо, кроме себя. А ведь Ваня совсем другое о нём говорил, искренне ему верил...

И, скорее всего, продолжает — вряд ли Семён палевно для себя всё сделал. Раз меня похитил для гарантированного сокрытия его секрета, то и Ваня вряд ли поймёт, кто его в заложниках держал и зачем. Может, даже мой парень и не понял, что ему что-то угрожает.

— Пока ты не ответишь, я не зайду, — выпаливаю, хотя прекрасно знаю, что не в том положении, чтобы ставить этому бандиту условия.

Может, он даже не только грабил, но и...

Боже, даже думать об этом не могу. И, кстати, где гарантия, что меня похитили исключительно для сокрытия информации?

Семён посмеивается моим словам — ещё бы, для него это вообще, наверное, как тяфкание шпица на питбуля.

— Ваня в полном порядке, — всё-таки отвечает мне, причём почти мягко. — Ему ничто не угрожает и не будет, если ты будешь хорошо себя вести. Я готов прямо сейчас позвонить своему человеку и сказать, чтобы он его отпустил.

— Тогда давай, — мой голос чуть дрожит, но я умудряюсь удержать взгляд этого Семёна своим.

Кажется, этим слегка удивляю. Приподнимает брови, окидывает чуть более медленным, чем обычно, взглядом по всему телу. С трудом не ёжусь под ним.

— Только после того, как ты зайдёшь в дом.

Сердце тревожно сжимается. У меня такое ощущение, что если я зайду в этот чёртов дом, подпишу себе этим приговор. Даже несмотря на то, что этот бандит обещал, что всё закончится хорошо в случае моей покладистости.

Не верю в это. Но оставаться на месте — это как подписать приговор Ване. А я даже точно не знаю, что ему угрожает.

Раз этот ублюдок хотя бы с виду пытается решить всё малой кровью — придётся подчиняться всем его требованиям. Другого выбора пока всё равно нет.

Захожу в дом. Сердце тут же ускоряет темп — Семён заходит за мной и закрывает дверь. Успеваю заметить, что там есть дополнительный типа замок, реагирующий на его опечаток пальца.

Какая конспирация... Этот парень явно опасен. Обычному его ровеснику такие штуки как минимум не светят: слишком дорогие. Да и в голову не пришло бы вот так заморачиваться с тем, чтобы в дом никто не мог проникнуть или выйти.

Семён набирает кого-то прямо при мне и говорит:

— Спасибо. Можешь отпускать Ваню.

Вздрагиваю. Последняя абсурдная надежда, которая всё-таки теплилась глубоко в подсознании — что это был лишь блеф и Семён не угрожал своему вроде как другу, — разрывается в клочья.

Значит, этот бандюган напрочь отбитый. Без морали, без принципов. Вряд ли он вообще способен на хоть какие-нибудь положительные чувства.

Такие не умеют дружить. И уж тем более... Любить.

Ему не понять наши с Ваней чувства. И как только он мог не видеть, каков его друг на самом деле? Или этот Семён, как истинный психопат, легко примеряет самые разные маски?

— Мне нужно связаться с Ваней и убедиться, что он в порядке, — нервно выпаливаю, когда этот псих-бандит чуть приближается. — Верни мне телефон! — кажется, из-за наваливающейся паники я требую даже слишком грубо, но... Ведь имею право?

Семён обещал, что всё будет в порядке и со мной, и с моим парнем; если я буду идти навстречу. И я вроде как это делаю. Позволила себя, по сути, пленить, зашла в этот дом.

— Ты свяжешься с ним при мне, позже, — задумчиво заявляет Семён, игнорируя мой тон. — Когда мы вместе продумаем легенду, по которой ты исчезнешь на несколько дней. Что у тебя с домашними? С кем живёшь?

Исчезну на несколько дней?..

Сглатываю. Моё похищение явно спонтанным получается у этого ублюдка, раз не знает про маму и не продумал всякие важные детали. Может, у меня получится как-то на этом сыграть?

Пусть я сейчас и понятия не имею, как это сделать, чтобы не пострадал Ваня.

— Не советую врать, — насмешливо бросает Семён, видимо, замечая мои лихорадочные размышления у меня на лице. — Я всё равно выясню всю информацию по тебе в ближайшее время. Нам же нужна легенда для Вани, да и для родни твоей тоже. Максимально убедительная для всех. Она должна быть основана на фактах. А пока жду ответа на свой вопрос.

— Я живу с мамой, — глухо роняю.

— Отец, братья или сёстры? — зачем-то уточняет Семён.