Невинная соседка для бандита - Ася Любич
Но сообщение горит прочитанным, а он в сети… Ждет ответа? Он правда хочет, чтобы я ответила?
Но зачем? Зачем? Ведь мне было так хорошо без него…
Хорошо ли?
Кончики пальцев покалывает, когда пишу простое и лаконичное.
«Спасибо.»
Вот и все. На этом диалог закончен, верно? Нам больше нечего друг другу сказать.
Мы действительно получили друг от друга все, что хотели.
«Зануда», — вдруг приходит новое сообщение, а меня, как атомной бомбой, изнутри взрывает, иначе как объяснить, что я уже отвечаю ему.
«Уже не страшила? Пошла на повышение?»
«Нет, конечно. Просто добавил тебе еще одну звездочку на погоны.»
Вот и все. Больше нечего сказать? Но нет, он снова печатает, а я мельком смотрю на вещи, которые планировала разобрать и еще позаниматься успеть…
«Зря ты, конечно, ипотечную квартиру взяла.»
«Почему?»
«Ее могут забрать хозяева», — он скидывает статью, которая до чертиков пугает.
«А ты не мог сказать раньше, раз уже следишь за мной?»
«Расслабься, Надь. У тебя никогда никто ничего не отберет.»
И почему от этих слов я пьянею больше, чем от бутылки шампанского, а губы сами растягиваются в улыбке?
Глава 30. Кирилл
Я прекрасно слышал, как она ушла… Вроде и тихонько, как мышка, но ее шаги ударами гонга отдавались в мозгу. Мне даже глаза не надо было открывать, чтобы знать детально, как она почти доковыляла до ванной, как она остановилась и повернулась на меня посмотреть. Наверняка поняла, что лучше уйти, чтобы избежать тупых шуток. А я уже придумал три. Вещи порваны, поэтому она берет мои. Скорее всего, затягивает на последнюю дырочку на своей тонкой талии, которую я легко могу обнять ладонями. Потом рубашка, судя по шуршанию, заправляемая в ремень. И свои же туфли, которые она с трудом и тихим стоном натягивает на маленькие ступни. Они меньше моих ладоней.
Она, наконец, выходит за дверь, и я резко открываю глаза, смотря на место, где она стояла еще мгновение назад.
Можно вернуть, она не отмажется. Можно заставить ее стать моей любовницей. Можно заставить ее все, что угодно, но я так и лежу, ни разу не дернувшись.
Втягиваю носом сочный запах ее тела, он окутывает меня, напоминая обо всех самых эпичных моментах сегодняшней ночи. Член факелом горит, освещая путь по этому порно туннелю, где на каждой стене висят наскальные рисунки с нашими позами.
Разворачиваюсь на спину, охватываю факел и трясу. Пытаюсь выжать из него все мысли и фантазии, которые снова рождаются в мозгу, под веками, в венах, по которым словно все еще течет вишневый сок ее губ.
— Сука… — трахаю себя кулаком, пока мозги не прочищаются, а сознание не становится ясным. Вот и все. Обтираю ладонь о простыни, потом смываю с себя остатки ее следов. Кипятком ошпариваю, дезинфицируя.
Все, Кирюх, ты получил, что хотел.
Все остались довольны.
Она получила свои бабки.
Ты очередное подтверждение, что бабы все одинаковые. Три дырки, ничего особенного. И Надя точно такая же… Так же стонет, пусть немного менее раздражающе. Так же скачет на члене, только при этом опирается на грудь и смотрит в глаза.
— Такая же! — рявкаю себе в зеркало, стирая отражение брызгами воды. Иду собираться, потому что секс сексом, а дела не ждут.
Звоню Гаве, прошу принести новую одежду. После того, как одеваюсь, иду вниз позавтракать. Ждал ли я, что Надя ко мне присоединится? Да нет, слишком стыдлива, чтобы спокойно смотреть мне в глаза после всего того, что я с ней делал. И скорее всего, причина в том, что ей сильно понравилось. А ведь приличным девочкам не должны нравиться такие неприличные вещи… Они должны только ахать от того, как это развратно, и читать порно книжки так, чтобы никто не видел. И не дай бог, она научится сосать на банане, муж сразу решит, что она шлюха…
Эти ярлыки лишь усложняют жизнь, но и дают понять, кто есть кто.
Съедаю огромную порцию вафель с кремом и отправляюсь по делам.
— Есть новости? — спрашиваю Гаву, который уже неделю пытается выяснить, кто в меня стрелял. Меня откровенно напрягает ходить по улицам, не зная, кто из моих врагов хочет мне смерти, да так дотошно, что аж решился на убийство. Обычно я сам вожу машину, парней никогда не дергаю, а тут… Раздражает.
— Список пополнился, я там отправил тебе.
Снимаю с телефона блокировку, отвечаю на пару сообщений и открываю файл со списком людей, которым я так или иначе насолил.
— Герцен-то чего?
— Ты у него сеть клубов отжал.
— Я его от тюремного строка спас, и он отдыхает в Тайланде.
— И обратно вернуться не может. Он мог заказать тебя.
— Короче, понятно, ничего выяснить ты не можешь. А может, это ты?
— Тогда ты был бы уже мертв…
— В этом-то и загвоздка, что стреляли точно не для того, чтобы убить, а чтобы отвлечь. Давай думать, от чего?
— Хочешь честно?
— Хочу.
— Тебя отвлекла не пуля, а эта девчонка. Ты набрал проектов, но боишься кому-то довериться за ними следить.
— Так в какой стране живем, разворуют все. И про Надю больше ни слова. С ней мы закончили.
— Так, может, стоит что-то продать, раз ты не можешь заниматься всем? И сосредоточиться на чем-то одном?
— А ты не много сегодня болтаешь?
— Да, чего это я…
— Нет, вообще ты прав. Клубы эти вообще не моя тема. Мне все хочется проституток туда пустить.
— Не надо.
— Да, знаю я. Может, Арсению подарить? Он после смерти сына совсем закрылся. Какую-то девку нашел, будет ее под Воронцова подкладывать.
— Думаешь, не получится?
— Думаю, что Воронцов не такой дурак, чтобы клевать даже на целку. А тут клубы в дар. Будет чем заняться. А я процент буду иметь.
Я полностью погрузился в работу, помимо этого, бухал каждый день, а еще искал среди клубных девочек ту, которая бы точно не напоминала Надю. И трахалась бы хорошо.
Вот только стоило натянуть презерватив, потом на него натянуть очередную дырку, то ощущение грязи буквально обволакивало. Словно погружаешь член в лужу, в которой уже потоптались.
Лежа по утрам, я все думал, нахуя я трахаю лужу, когда у меня есть свой чистейший родник?
Вот тебе и не вешаю ярлыки.
Смеюсь сам с себя.
Спустя пару недель двигаюсь на машине в очередной пробке, разбираю отчеты на планшете, когда замечаю Надю. Первое время такое со мной было, но это просто образ, от которого