Наследство любой ценой - Юлианна

— Его слова дословно: «Когда он увидит ее настоящую, потеряет окончательно голову», — голос Френки звучал спокойно, но в его голосе прорезалась заинтересованность.

— Тогда будь добр, сделай все, чтобы оказаться там раньше всех. Мне нужно знать, что с ней не так.

— Как прикажите, сэр.

Он покинул гостиную величественной походкой, будто ему неинтересно, что происходит в доме Алекса Кинкейда. Но, когда Кристофер услышал, как он заводит машину и срывает ее с места, на его лице сверкает улыбка, потому что он прекрасно знает, если Стенли дал такую характеристику внешнему облику Эвелин Томас, значит там действительно настоящий алмаз.

Кто, как не эти два старика, любители посплетничать, всегда знают все секреты этих домов, оказываясь в центре событий. Ведь это Стенли и Френки застукали бывшую жену Алекса со своим другом детства и сделали обличающие фото.

Сейчас он был спокоен, зная, что Френки найдет все что необходимо, если эта дама окажется такой же паршивой овцой, как и Скарлетт Виндзор. Поэтому спокойно читал газету и завтракал. У него есть еще несколько часов до появления на приеме.

С утра, Эвелин отказалась от завтрака и Стенли принес его в комнату. И, прежде чем открыть она проверила что у нее на лице маска, за которой ничего не видно, а на голове полотенце, сквозь которое не пробивается ни одна рыжая прядь.

Когда вчера Стенли неожиданно вошел она боялась, что он все доложит Алексу, но, когда этого не случилось, и она поняла, что он преследует какие-то свои планы, она отказалась от ужина и легла рано спать.

А сегодня, едва она проснулась и приняла долгую ванну, Стенли вновь у ее дверей с подносом.

— Входи Стенли.

— Доброе утро, леди Эвелин, — он кивнул, быстро опуская глаза и ставя поднос на столик. — Лорд Алекс настоял на том, чтобы я проверил вас. Вчера вы не спустились к ужину, и он был расстроен.

— Правда?

— Конечно, леди Эвелин. Я никогда не вру.

— Ну, что ты Стенли, я бы никогда так не подумала о тебе.

— Он волнуется о приеме и спрашивает не нужен ли вам стилист или платье, например.

— Думаю, что мое платье, вполне подойдет к этому торжеству, — махнула рукой Эвелин на темно-бардовое платье, висящее на плечиках у шкафа.

— У вас потрясающий вкус, леди Эвелин. Думаю, лорду Алексу в этот раз повезло. Скажу, что помощь вам не понадобится, — сказал он, уходя, но в дверях останавливаясь. — Если пожелаете узнать мое мнение, я бы оставил волосы распущенными, убрав слегка на одну сторону. С вашим настоящим цветом волос платье будет выглядеть восхитительно.

— Приму к сведению, — настороженно бросила Эвелин теперь уже точно убеждаясь в том, что он видел ее.

Как только дверь за ним закрылась с глухим щелчком, она упала в кресло и закрыла лицо ладонями. Боже, что он подумает о ней? А Алекс?

А лорд Кристофер Кинкейд?

— Эви, во что же ты ввязалась?!

Прием был назначен на пять часов вечера, но она начала готовиться к нему заранее, потому что боялась, что-то упустить или забыть. Поэтому, когда она уложила волосы по настоянию Стенли, сделав голливудскую волну слегка приподнимая у основания, надела платье, расправляя мягкую ткань у бедер и посмотрела в зеркало, ее сердце пропустило удар.

Нежный макияж подсвечивал ее красивую сияющую кожу, глаза она выделила коричневым карандашом растушевав в уголках, брови расчесала и уложила гелем, а на губы нанесла бледно-розовый тон помады, зафиксировав весь макияж спреем.

Стук в дверь вторил биению ее сердца, и она испуганно замерла, боясь, что это Алекс пришел вытрясти из нее всю душу.

— Леди Эвелин, лорд Алекс ожидает вас.

— Стенли я… ты не мог бы зайти? — попросила она его после заминки.

Как только он вошел и уставился на нее, не проронив ни слова, она сделала пару шагов навстречу и замерла, глядя на него.

— Все так плохо?

— Вы выглядите… собой, леди Эвелин. Потрясающе, — безмятежно сообщил Стенли, и она нервно хмыкнула, беря его за руку и поправляя платье на груди.

— Как думаешь, какие чувства возобладают над Алексом, когда он меня увидит? Ярость, что я скрывала правду или радость, что я все же не так уродлива, как он думал?

— Думаю, лорд Алекс будет в восторге.

— Я верю тебе, Стенли, — нервно бросила она, когда они подошли к лестнице. — Но на всякий случай, будь поблизости.

Когда Алекс Кинкейд попросил Стенли поторопить Эвелин, к нему подошел Коул, делая глоток шампанского и смотря на лестницу.

— Как считаешь, она будет выглядеть прекрасно, отказываясь от услуг стилиста?

— Мне плевать, — сказал Алекс, поправляя манжету.

— Врешь. Когда ты нервничаешь, ты всегда поправляешь манжету, — усмехнулся Коул, разворачивая его спиной к лестнице и поправляя бабочку. — Давай сделаем так. Как только она появится, и я увижу ее, ты все поймешь по моему лицу, идет? — улыбнулся он.

— Нам что, по тринадцать лет, Коул? — улыбнулся Алекс, замечая, как дедушка вошел через главные двери и попал сразу под вспышки фотокамер и улыбки гостей.

— Так, я вижу Стенли и… твою мать, Алекс, это что за ангел?! — голос Коула замирает, а когда Алекс смотрит на его лицо, тут же оборачивается.

— Эви?!

— Если передумаешь жениться на ней, я заменю тебя брат, — прошептал Коул, глядя, как Стенли помогал спускаться небесному ангелу с рыжими волосами.

— Задержи прессу, — прошипел Алекс, направляясь к ним. — Эвелин?

— Алекс прости, я не знала, как тебе сказать…

— … что ты чертовски красива?! — усмехнулся он, но в глазах плясали бешеные огоньки. Он злился на себя. За то, что не увидел этого раньше.

— Я не знала, понравлюсь ли тебе, и сделала все, чтобы…

— Как только пройдет прием, нам нужно будет пересмотреть наш брачный договор, Эвелин Томас, и серьезно поговорить! — прорычал он, хватая ее за руку и притягивая к себе.

— Ты хочешь его расторгнуть? — глаза сверкнули, смотря на него и он заметил влагу, собирающуюся в уголках этих необыкновенных зеленых омутов.

— Черта