Сделано с любовью - Алиса Перова

– Куда улетел? – нестройно и поражённо прозвучали два голоса.

– Сюда… В Воронцовск, – признался я. Однако возмущённых комментариев не последовало, и я продолжил: – Без обид, ребят, я даже дома не показывался… Поехал сразу к ней домой…

Кирилл

Год назад (28 декабря)

– Кирилл Андреевич, а Вы откуда звоните? – взволнованно блеет мой администратор Алик. – Вы что, уже вернулись?

– Нет, – рычу в трубку. – Адрес Айки мне найди! Бегом!

– Айки? Это Скрипки, что ли? – удивляется Алик, но тут же ехидно интересуется: – Эта чокнутая опять что-то натворила?

– Алик! Я вот сейчас что непонятное сказал?

– Но-о… я не знаю, Кирилл Андреевич… Адрес-то вряд ли остался… Вы же сами…

– В твоих интересах немедленно найти мне этот чёртов адрес! Или завтра можешь искать себе новую работу.

Спустя три часа такси привозит меня не в самый благополучный район города и притормаживает возле обшарпанной, но ещё крепенькой пятиэтажки.

Обвешанный разноцветными пакетами, как новогодняя ёлка, и обняв четыре букета, я запрокидываю голову и разглядываю окна, пытаясь угадать, за которым из них прячется моя беглянка. Вот я и здесь. Нет ничего невозможного, если ты охерел до нужной кондиции. Но сердце грохочет так, что даже цветы подрагивают.

Спокойно, Кирюха, вспотевший и заикающийся полутруп Айке на хрен не нужен!

Жму кнопку домофона, и долгая пронзительная трель ещё сильнее разгоняет мой беспокойный мотор. Айка может и не впустить. Но кто-то же всё равно войдет или выйдет в эту чёртову дверь. Почему они не отзываются? Увидели меня из окна?

– Кто? – наконец раздается из динамика женский голос. Молодой и приятный, но точно не Айкин и не Сашкин.

– Дед Мороз! – отзываюсь басом и, чувствуя себя полным дураком, добавляю, скривившись: – Я подарки вам принёс.

– М-м… Так это Вас только что примчали волшебные сани? – игриво отзывается голос, а я, быстро перебрав в уме несколько идиотских вариантов ответа, бодро провозгласил:

– Да!

– Тогда прошу! – сладко пропела женщина, а волшебная дверь распахнулась, впуская меня в вожделенный, пропахший сыростью, перегаром и кошачьей мочой подъезд.

Нужная мне квартира обнаружилась на четвёртом этаже. А из-за приоткрытой двери выглянула обладательница кокетливого голоса.

– У-у, какая красота! – женщина восторженно оценила пёстрое и благоухающее разноцветие, внутри которого затерялся напряжённый, уставший и страшно взволнованный я. – Надеюсь, Вы не ошиблись адресом, молодой человек! Ой, простите, Дед Мороз! Милости прошу!

Хозяйка квартиры посторонилась, впуская меня внутрь, а я вдруг подумал: «А если и правда ошибся?»

– Простите, мне нужна Аика Скрипка, – я притормозил на пороге, вглядываясь в зелёные глаза блондинки. Ничего общего с моей Айкой.

– Так все эти чудесные дары для Айи? – она приветливо улыбнулась, но в голосе я уловил разочарование.

– Не только, – пытаюсь реабилитироваться, но не уточняю.

– Тогда Вы по адресу, – ласково проворковала блондинка. – Я Анастасия, мама Аики. А Вы так и будете стоять в подъезде?

Спустя полчаса я всё ещё здесь, в маленькой кухоньке… совершенно растерянный и придавленный информацией, точнее, её отсутствием. Сашка не реагирует на мои звонки… Рыжая стерва! А Анастасия… Своих дочерей она не видела с сентября. «Путешествуют! Они ведь у меня богатые девочки!» – обиженно произнесла женщина, поведя рукой и призывая меня обратить внимание на вопиющее небогатство обстановки.

Чай давно остыл, а нетронутый кусок торта так и остался сиротливо лежать на моей тарелке. В поисках верного решения бешено крутятся в тяжёлой голове шестерёнки, пока бедная мама богатых девочек вливает в мои уши совершенно бесполезные сведения. О том, как трудно в наше время хорошей певице найти достойную работу, потому что талант перестал быть востребован! Безголосые малолетние шлюшки развлекают тупую публику своим бездарным репертуаром в то время, как она, Анастасия, вынуждена запереть свой бесценный дар в этой неблагоустроенной тесной клетушке.

– Скажите, пожалуйста, разве это справедливо? – она всплеснула руками, отчего полы её тесного халатика распахнулись, являя моему взору пышную грудь в чёрных кружевах.

Я сочувственно киваю головой и отвожу взгляд, продолжая думать о своём.

– А мужчины!.. Они же совершенно забыли, что значит быть мужчинами! Куда подевались рыцари, Кирилл?!

Я отстранённо пожимаю плечами и с удивлением ловлю очередное надрывное откровение:

– Ведь этим же похотливым кобелям совершенно плевать, что творится в моей душе! Им всем только тело моё подавай!

Наверное, я непозволительно долго пялюсь на это тело, облачённое в нелепый тесный халатик… «Кому оно нужно?» – эта некстати залетевшая мысль мгновенно отрезвляет и неожиданно смущает.

– Извините, – я отвожу взгляд и, чтобы отвлечься, заливаю в себя холодный, противно сладкий чай.

– Ничего страшного, – Анастасия вздохнула и понимающе улыбнулась. – Такова ваша мужская природа.

Ну здрасьте – приехали! Она что подумала?

Нет, если абстрагироваться от её дурацкого прикида и взглянуть объективно, Анастасия – ещё молодая и привлекательная женщина, с приятной фигурой и красивыми зелёными глазами. А ещё… она сейчас мой единственный источник информации. Только пока совершенно бесполезный.

♥

Анастасия любовно оглаживает пальцами глянцевую поверхность нарядной коробки и сокрушается:

– Дорогие, наверное, конфеты… Жаль, если пропадут до приезда девочек.

– Что?.. – пытаюсь догнать смысл. – А-а, нет… это всё Вам, конечно!

– Всё-всё? – она закусывает нижнюю губу и стреляет глазами в нераспакованные пакеты.

Я согласно киваю и не могу сдержать улыбку, глядя, как зелёные глаза сияют почти детским восторгом. Анастасии не терпится дорваться до подарков, но она остаётся на месте и увлекается конфетами. Времени выбирать у меня не было, поэтому я скупал всё, что могло порадовать девочек. На самом деле Айка равнодушна к сладкому, зато Сашка та ещё сластёна! И мама, как выяснилось. Ну хоть кому-то доставил радость!

– Спасибо, Кирилл, это так приятно и неожиданно!.. Вы очень щедрый молодой человек! Знаете, таких уже почти не осталось.

Да, я именно такой! И от этого позитивного обстоятельства сейчас самое время стартануть к конструктивному диалогу.

– Анастасия… простите, Вы не сказали, как Вас по отчеству…

– Да перестаньте, Кирилл, какое отчество?! Мы ведь договорились, что я Настя. Можно Анастаси, – она задвинула в рот конфету и с причмоком облизала пальцы. – А вообще, я Михайловна… Знаете, мой муж Валик тоже Михайлович. Кстати, бывший муж.