Горничная для миллионера - Натали Тимина

— Линка, выползай, всё равно не купаешься! Пошли в тенёк, коктейль возьмём, — сказал он.

— Иду, — ответила я, наблюдая за удаляющейся парочкой, медленно выбираясь из бассейна.

Мы сели за столиком, Лина пошла за напитками. Пока я сидела одна, ко мне подкатили два подвыпивших, заметно неопрятных мужчины, предлагая присоединиться к ним.

— Простите, боюсь, что вы со мной не справитесь! — улыбнулась я.

— Почему это? Нас двое, ты одна.

— Я не одна!

— Чего ломаешься? Пошли с нами!

— Нет! — твёрдо ответила я.

Один из мужчин попытался схватить меня за руку, но получил лёгкий удар ногой между ног.

— Ещё раз попытаешься — останешься без своего «героя», — спокойно произнесла я, продолжая сидеть.

— Сука!

— Так точно! Убирайтесь, пока мой муж не вернулся!

Мужчины развернулись и ушли. Спустя пару минут вернулась Женя, ставя на стол напитки.

— Ты монстрик! — смеясь, сказала она, показывая видео, как я отшиваю мужчин, которое успела снять.

— Зачем засняла?

— В мою коллекцию.

— А если бы я не справилась?

— Провала не вижу, ты давно умеешь с ними обращаться. Ты мазохистка в плане мужиков, но это работает. Даже папа ржёт с этих видео, иногда шутит, что тебя можно ставить в охрану ночного клуба. Надо ему этот видос отправить, — с улыбкой добавила Женя.

— Женька, перестань.

— Всё, готово. Пей коктейль, остужайся. Сегодня жара неимоверная. Кстати, твой «козёл» кремом не намазался, обгорит.

— Так ему и надо!

— Упс, папа написал, что тоже приедет через пару часов присматривать за нами. Хорошо, что Вовку не позвала.

— Когда познакомишь его с родителями? — спросила я, делая глоток через трубочку. — Женька, он же алкогольный!

— Мне сказали расслабить тебя, а без алкоголя это не выйдет.

— И пить я его не буду!

— Поздно, ты уже начала. Так что продолжай, иначе я обижусь.

Мы просидели за столиком целый час, попивая коктейли. Подруга старательно пыталась меня расслабить, но эффект был заметен только позже, когда я лежала на пляжном лежаке. Кабаны, заметив, что больше никто не подошёл, попытались предпринять вторую попытку, но и на этот раз проиграли.

— Девочки, может, хватит скучать в обществе друг друга, и всё-таки присоединитесь к нам? — раздался голос из соседнего столика.

Пока звучало это предложение, я вдалеке увидела приближающихся к нам Лёшку и Алекса.

— Спасибо за приглашение, но снова примите отказ, — ответила я, глядя, как подруга снова включает камеру на своём телефоне.

— Ты чего такая дерзкая? — изумился один из мужчин.

— Дерзкая под стать вам — безголовым и туго соображающим особям! — саркастично отвечаю я.

— Ты, я смотрю, любишь грубость? Может, поговорим иначе? — провоцировал другой.

— Попробуй! — бросила я.

— Иди сюда, стерва! — выпалил первый, всё-таки схватив меня за руку и попытавшись поднять со стула. Он быстро оказался спиной ко мне, с вывернутой рукой — и тут получил поджопник; с разбега он плюхнулся в бассейн, который, слава Богу, находился рядом с нашим столиком.

— Ну и что? Ты тоже попробуешь меня лапать? — спросила я спокойно у второго.

— Естественно! — рявкнул он, надвигаясь на меня, но между нами резко протиснулся Алекс, загораживая меня своей могучей спиной.

— Вы что-то хотели от моей женщины? — спросил он ровно, но без уступок.

— Всего лишь женщина? Такой же отдыхающий, как и мы... А она нам сказала, что ты её муж! Шлюха! — рыкнул тот в ответ.

Я вышла из-за спины Алекса и, всё ещё улыбаясь, сказала:

— А вот шлюхой вы меня зря обозвали!

И с ходу врезала ему кулаком в лицо — настолько точно, что он неудачно упал на ближайший столик и слетел с него на землю.

— Женька, сходи, попроси в баре лёд в тряпичном салфетке, — скомандовала я подруге. — Этому кабанчику приложить надо, а то завтра глаза не откроет.

Женя, как молния, помчалась выполнять просьбу.

— Мам, а кто это? — спросил Лёшка, кивая на мужика, у которого из носа потекла кровь.

— Дядя немного берега попутал, — ответила я брату спокойно; мы договорились, что если я бью — значит, человек этого заслужил.

Женя вернулась со льдом и протянула его мне, но лёд тут же оказался в руках Алекса: он подошёл к сидящему на стуле мужчине и приставил холод к разбитому носу.

— Прикладывай, — сказал он хмуро. — Она сказала, что тебе надо лёд, иначе завтра не откроешь глаз. Надеюсь, инцидент исчерпан и повторных попыток приставать к девушкам не будет?

— Не будет! Я жить хочу! — пролепетал тот, протирая кровь. — Она у тебя какой-то терминатор! Как ты с ней находишь общий язык? Она моему другу яйца отбила, а мне нос разбила!

Алекс небрежно улыбнулся и вернулся к нам.

— Покажи руку, — попросил он меня.

Я протянула правую руку, а левая у меня была рабочая — занятая.

— Другую! — вдруг сказал он, иронично. — Я уже давно заметил, что ты левша.

— Зачем вам это? — переспросила я.

— Что именно? — задал он вопрос, аккуратно беря мою руку. — Как ты теперь будешь работать, если всё так? Почему не дала мне с ним разобраться?.. Женька, беги за аптечкой.

— Хорошо, дядя Алекс! — послышалось в ответ.

Женя снова убежала и вскоре вернулась с обезболивающей мазью и новеньким эластичным бинтом.

— Лина? — уточнила она.

— Всё правильно, — ответила я, наблюдая, как Алекс выдавил из тюбика мазь и втирает её в тыльную сторону моей кисти.

— На рентген всё равно поедем, — произнёс он строго. — Пока поедем в клинику, поговорим без лишних свидетелей. И надеюсь, что меня не ждёт та же участь, что у этих бедолаг, которых ты отметелила.

— Если не будете приставать, вам ничего не достанется, — спокойно ответила я.

— Я уже обещал, что не буду обижать, — сказал Алекс и слегка улыбнулся, но в его голосе звучала твёрдая осторожность: он не желал, чтобы подобные сцены повторялись.

Мы немного притихли, и напряжение, как тонкая нить, медленно ослабло. Окружающие отойдя, забрали с собой остатки суетливой ауры; в воздухе снова воцарилась летняя расслабленность, только теперь с лёгкой дозой уважения к границам друг друга.

Алекс.

— Поехали! Забирай свои вещи, — скомандовал я, еле сдерживая смех от того, что увидел. С этой девчонкой явно не соскучишься! Я был рядом, но она одной дала под зад, а второй вкусно въехала своим маленьким кулачком — тот улетел в сторону. Маленькая моя и необузданная девочка! В обиду себя никому не даст. Оказалось, сила у неё не только в остром язычке, но и в кулаках.

Не сладко мне придётся с ней. Но при этом даже ревновать перестал.