Анна Милтон - Я люблю тебя, Зак Роджерс!

Кровь застыла в жилах оттого, с каким беззаботным весельем он сказал это.

Жуть. Просто жуть.

Я больше не слышала его голоса. Не слышала отдаляющихся шагов. Я по-прежнему была на стороже и ждала, когда в любой момент этот псих вернется и не отступит, пока не вытрясет из меня душу.

Но он не вернулся. Прошла минута, может, несколько, может, целая вечность. Не знаю. Все это время я сидела, не двигаясь, и старалась дышать как можно тише. Боялась быть услышанной. Боялась быть замеченной. Еще никогда в жизни мне не хотелось так сильно стать невидимкой.

Этот кошмар действительно закончился?

— Блейк, — прошептала я, и меня пронзило ослепительным беспокойством за друга.

Подорвавшись с места, я метнулась к двери и принялась разбирать завал, который соорудила. Что те люди сделали с ним? Избили, или…

Прикусив губу до боли, я заставила себя отбросить жуткие мысли в сторону.

С Блейком все хорошо. Иначе быть не может.

— Наоми?

Я застыла, вцепившись в края тумбы.

— Зак?

Пропустив через себя волну удивления, я уволокла предмет в сторону и толкнула от себя дверь. В нескольких футах появилась атлетически слаженная фигура и изумленное, но все такое же великолепное лицо Зака.

— Что здесь произошло?

Он сделал осторожный шаг вперед.

Я не могла говорить, поскольку была неимоверно рада увидеть его.

— Зак!

Я бросилась к нему и крепко вцепилась мертвой хваткой. Спрятав красное от слез лицо в его рубашке, я, наконец, могла спокойно выдохнуть и расслабиться.

— Что… — Зак так и не договорил. Он медленно, но крепко обнял меня. — Ты в порядке?

В порядке ли я?

Сейчас, когда он здесь, да.

— Черт возьми, — проговорил Зак на выдохе. Его горячее дыхание коснулось моих волос, и я теснее прижалась к нему. Он был невероятно теплым, а пока я пряталась и дрожала от страха в кладовке, то успела замерзнуть. — Кто эти парни? Я пошел за тобой, чтобы отвести домой, и увидел тех типов. Они выходили из кафе, когда я заметил их. Ты точно в порядке? — Зак, несмотря на мои протесты, отстранился и переместил руки на мое лицо. Накрыв ладонями щеки, он внимательно посмотрел на меня. — Пожалуйста, скажи, что они не тронули тебя, иначе я…

Он громко стиснул зубы, и в его глазах вспыхнул гнев.

— Я найду их и порву на кусочки, если они успели навредить тебе.

— Все хорошо, Зак, — поспешила успокоить осевшим голосом. Накрыв его руки своими, попыталась изобразить подбадривающую улыбку. — Я в порядке. Мне удалось спрятаться в подсобке.

— Я прикончу их, — прошипел сквозь зубы.

Я вновь прильнула к нему, пытаясь обнять как можно сильнее. Выдохнув, он поддался моей попытке успокоить его.

Горячие руки, сжимающие мои плечи, даровали ощущение абсолютной безопасности. И я бы никогда не подвергла это сомнениям. Я знала, что Зак всегда защитит меня, всегда будет рядом, когда понадобится помощь. Что бы ни случилось. Он уже спасал меня. И не раз, причем.

Не к месту эти мысли, но… мне нравилось чувствовать себя слабой рядом с ним. Мне нравилось понимать, что я всегда смогу положиться на Зака. Моя вера в его способность защитить меня непоколебима. И я уверена, что если бы он появился в кафе на несколько минут раньше, если бы застал тех парней… если бы увидел, что один из них пытается проломиться ко мне… Он бы не оставил от них и мокрого места.

Возможно, даже к лучшему то, что Зак не успел столкнуться с ними лицом к лицу. Я бы не смогла смотреть, как он дерется с теми, у кого есть нож и бита.

Мое воображение с удивительной скоростью воспроизвело ряд образов, от которых захотелось самой себе настучать по голове.

— Там… Блейк… — промямлила я, убирая руки с его талии.

Зак резко поджал губы. Ему не понравилось то, что я упомянула Блейка, но он деликатно умолчал о своей ревности.

Благодаря Заку, который поддерживал меня за локоть, я плелась на ватных ногах в зал, желая как можно скорее оказаться там и убедиться, что с Блейком не случилось ничего серьезного. По крайней мере, убедиться в том, что он жив.

Я ахнула и пошатнулась. Мои глаза уставились на полный беспорядок. Большая часть перевернутых столов и стульев была разобрана по частям. Ножки, спинки по отдельности от остальной части находились в самых отдаленных уголках зала. Разбитая посуда, внушительные вмятины в стенах, словно в них швыряли людей, три упавших светильника и выбитое окно с порванными полупрозрачными шторками, в которых застряли огромные осколки.

Я представила, какой удар хватит Макса, когда он увидит это. А так же представила, что станет с моей и без того отстойной, временной карьеры официантки.

Единственным уцелевшим предметом осталась барная стойка, о которую одной рукой опирался сгорбившийся и тяжело дышащий Блейк. Его вторая рука сжимала раненый бок. Из-под пальцев струилась густая кровь, оставляя на белой футболке темные кривые дорожки. Он выглядел так, словно пережил апокалипсис. Его нехило потрепали. Но он может стоять на ногах, а это главное.

Поборов приступ тошноты от вида крови, я двинулась к Блейку.

Остановилась рядом, ясно ощущая за своей спиной присутствие Зака, и старалась подобрать слова. С сочувствием разглядывала его побитое лицо. Блейк не смотрел на меня, устремив озлобленный, туманный взор на поверхность стойки, хотя я нагло рассматривала его, стоя в одном шаге.

— Ты как? — это был чертовски бессмысленный вопрос, но я должна была сказать хоть что-нибудь, потому что не могла молчать.

Блейк не ответил мне.

— Эй, — я потянулась к его плечу, чтобы положить на нее свою руку.

Одновременно произошло две вещи. Блейк дернулся от меня, словно ошпаренный, а Зак схватил мое запястье и резко потянул назад.

— Порядок, — прорычал он. — Я в норме.

Это определение никак не соответствовало его внешнему виду.

Я оказалась прижатой спиной к Заку. Его руки ловко образовали кольцо вокруг моей талии, удерживая на месте.

— Что хотели эти люди? — спросила я и немного удивилась тому, как твердо прозвучал мой голос.

Блейк фыркнул, ухмыльнувшись, и прошелся большим пальцем по нижней губе, вытирая кровь.

— Ты еще не поняла? Денег, — снова ухмылка.

Что в этом смешного? Его избили, разгромили кафе… Это ни черта не весело.

— Мы должны вызвать полицию, — пробормотала я, нахмурившись.

— Нет! — вскрикнул Блейк, чем немало поразил меня.

— Почему?

Блейк не ответил. Отвернувшись, он сделал глубокий вдох, и, похоже, это сделало ему больно, так как сквозь зубы вырвалось тихое шипение.