Босс под полтос. Вместе из мести? - Виктория Борисовна Волкова
– Обожаю тебя, Маргошечка!
Богдан Олегович легко и непринужденно подхватывает меня на руки. Тащит в спальню.
– Наш траходром вперед летит! – выводит с интонациями марша.
Укладывает меня на постель. Раздевается второпях.
И заметив мой жадный взгляд, начинает танцевать. Выставляет вперед полусогнутую ногу, сгибает руку так, чтобы были видны бицепсы. А они у Даси зачетные!
Потом пританцовывает около воображаемого шеста и с разбега плюхается в кровать и переворачивается на спину. Так и лежит звездой!
– Внимание! Гештальт закрывается! – сажусь на него сверху. Устраиваюсь поудобнее, задавая ритм. А когда падаю рядом в изнеможении, Сомов сгребает меня в охапку.
– Чем я заслужил такое счастье? – выдыхает счастливо.
– Не знаю. Мне так просто повезло, – устраиваюсь у него на груди. – Только не спать. Нам еще с архивом поработать надо и в дом вернуться. А то Майя совсем одна…
В подтверждение моих слов трубка жужжит, доставляя эсэмэску.
– Над глянуть, – подрываюсь встать.
– Лежи, – шлепает меня по попе Дася. – Я сам принесу, – нехотя поднимается с постели. Идет, как медведь-шатун, в гостиную и возвращается с телефоном.
– На, держи. Это Майя.
“Мамочка, вы где?” – читаю сообщение.
Перезваниваю.
– Май, мы во флигеле… работаем, – вру и не краснею. – Что-то случилось?
– Да, мне Паша Кононец пишет…
– Я сейчас приду! – подскакиваю с постели. Мне бы шашку сейчас!
В салат оливье изрублю эту паскуду.
– Ты хотела поработать с архивом, – насмешливо напоминает Дася.
– Потом, – отмахиваюсь на бегу. Натягиваю черную шелковую пижаму и оглядываюсь на Сомова.
Он уже оделся и с ленивой брезгливостью листает талмуд Сухоноса.
– Не хочу тебя расстраивать, – разводит руками. – Но похоже, тут нам ничего не обломится.
– Это еще почему? – обуваю домашние мягкие туфли.
– Ну, во-первых, Сухонос не дурак. И записывать личные прегрешения в тетрадку не станет, а во-вторых, ни один суд у нас не примет его каракули в качестве доказательства. Вот если бы у него во время обыска обнаружили…
– Там что-то есть! – веду перстом указующим, как старая ведьма.
И устремляюсь к дому.
– Посмотрим, конечно, – бурчит Дася. – Но я бы особо не надеялся.
– А вдруг, – смотрю на будущего мужа.
– Ладно, разберемся, – обнимает меня за плечи.
Да! Да!
Но мне уже точно не до архива. На кухне сидит расстроенная Майка и ревет. А в коридоре охрана мнется. Не знает, что делать.
– Вот, посмотри, – протягивает мне телефон.
Читаю сообщение, больше напоминающее бред.
Мы с тобой созданы друг для друга. Наша любовь вечна...
И все бы хорошо, если б мальчику было восемнадцать-двадцать лет, а не за тридцать.
– Что там? – требовательно интересуется Дася.
Забирает у меня трубку. Читает внимательно, а затем пишет.
– Что ты делаешь? – охаю я в ужасе.
– Свидание назначаю этому долбоящеру. – Да не пугайтесь вы так, – отмахивается от меня и моей растерянной дочери.- Он ждет Майку-Футболку, а приду я. Сурпрыз будет!
Глава 42.
– Расскажи, – укладывает голову на мое предплечье Маргарита. Проводит пальчиками по груди. А на безымянном кольцо всеми алмазными гранями сверкает.
Мое кольцо. Моя женщина.
И будь я проклят, если не сделаю ее счастливой!
– Что рассказать, Маргошечка? – целую в темечко. Обнимаю. Прижимаю к себе. И до конца не могу поверить. Маргарита согласилась выйти за меня замуж. Сбылась мечта идиота!
– Что там случится через неделю? – приподнимается на локте моя будущая жена. Смотрит хитренько. Вот же настойчивая мадама. Ничего от нее не укроется!
Можно отшутиться или нагрубить. Будь сейчас на месте Маргариты моя первая жена Манюня, я бы так и поступил. Но Марго у меня совсем другая.
Нахамить можно, только потом кто разгребать будет? И все равно придется сказать правду.
– Не хочешь говорить? – требовательно интересуется Маргарита. Шьет политику на пустом месте. – Думаешь, я тебя как-то выдам? Солью инфу Сухоносу, – усаживается мне на грудь и смотрит пристально. Да еще ладошками по груди бьет. – Говори. Сейчас же!
– Да особо хвастаться пока нечем, – вздыхаю я. Технично опускаю на постель Маргариту. Встаю с кровати и закрываю балконную дверь, ведущую на террасу.
Мало ли кто там гулять будет? Та же Майя Аркадьевна. Не доверяю я ей. Девчонка, конечно, у Маргариты классная. Добрая такая. Нежная. А как обрадовалась, когда узнала, что я вместо нее к молодому Кононцу поеду.
Мне, конечно, по барабану. Но Маргарита расстроится, выйди ее девочка за престарелого мажора.
– Дася! – не спускает с меня взгляда моя ненаглядная. – Ты меня пугаешь? – садится голая на постели.
– А ты меня радуешь. Так бы смотрел и смотрел, – плюхаюсь рядом. Сгребаю эту невозможную женщину в охапку. Подминаю под себя.
– Прекрати! – лупит меня кулачками. – Я задала серьезный вопрос. Мы же партнеры, – лепечет снизу.
– А я тебе о чем? – фыркаю довольно. И снова целую.
– Дася! – стучит кулачком по ребрам. – Пока мне все не расскажешь, секса не будет, – лежа на спине, выставляет ультиматум.
Смешная такая. Любимая…
– Да какой секс, Маргошечка, – дразню ее. – У нас с тобой любовь, – тяну нежно.
– Ты невозможный, Богдан Олегович, – хочет вырваться. Но я лишь перехватываю покрепче.
– Слушай сюда, детка, – устраиваюсь на подушках вместе с Маргаритой.