Босс под полтос. Вместе из мести? - Виктория Борисовна Волкова

– Подарил? – тянется следом Дася. – У нас ничего холодного нет? – разворачивается и идет на кухню. – О, молоко! – хлопает дверцей холодильника.

Спешу за ним и застываю на пороге соляной статуей.

Сомов, простой как хозяйственное мыло, пьет молоко прямо из бутылки.

Мысленно закатываю глаза. Никаких манер! Или он специально меня, как вакхлак , завоевывает.

– Вот же скот. Подарил, и теперь требует обратно, – пыхтит Дася, вытирая пухлые губы тыльной стороной ладони.

– Он считает, что подарил жене. А раз жена теперь другая, я обязана вернуть, – поясняю со вздохом. – Знаешь, как драгоценности у аристократов. Все нажитое и награбленное остается в семье.

– Ой, дурак! – ставит бутылку на место Сомов. А я себе делаю пометку, что нужно сегодня выйти за молоком.

И за мясом! А то пригласила людей на шашлыки, а у самой конь не валялся. Из мясного только куриное филе. Но мужики такое не едят… И овощей нет… Надо было на рынок заехать…

– Пойдем, – подхватывает меня на руки Дася. Напрочь лишает способности мыслить. Тянет в спальню. Вместе со мной плюхается на постель. – Я сам тебя раздену, – привстав на локте, улыбается довольно. – Ну и голос у тебя, Маргарита. У меня мгновенно встал. Чистый афродизиак.

– Хочешь, спою?

Сажусь на постели.

– Пожалей меня, – ржет Богдан. – Я еще от арии про джаз не отошел!

– А кто назвал мое пение дурным мявом? – кидаюсь в атаку и тут же оказываюсь вжатой в матрас.

– Готов искупить вину, мадам, – нависает надо мной Сомов. – То есть искуплять и искуплять, – закрывает мне рот поцелуем.

А дальше все по накатанной. По углам комнаты разлетаются наши вещи. Мое платье, Дасин костюм за бешеные бабки. Все падает на пол ненужным тряпьем. Мы с Сомовым несемся куда-то в безудержном темпе, превращая обычный и унылый секс в любовную лихорадку. А потом одновременно, будто теряя силы, выдыхаем и проваливаемся в легкий поверхностный сон. Чувствуя дыхание спящего рядом мужчины, прижимаюсь к нему всем телом, удивляюсь, как мы с ним идеально подходим друг к другу. В полудреме вывожу вензеля на его плече и просто лечу от ощущения безмерного счастья.

– К нам же Лактомские приедут! – подрываюсь с постели полусонная.

– Спи. Я все заказал, – бурчит рядом Дася. Подминает меня под себя. Целует в макушку.

Но как бы не так!

– Что заказал? – пытаюсь вырваться из захвата.

Всю жизнь, пока я жила с Сухоносом, прием гостей был на мне. Тем более я их сама пригласила.

– Ну как что? – вздыхает Сомов.

Перекатывается на спину, увлекая меня за собой. Словно куклу, укладывает себе на грудь. Прижимает лапищей сверху.

– Это называется кейтеринг, Маргошечка! – поясняет он самодовольно. – Все привезут из ресторана. И шашлык, и овощи, еще какую-то приблуду, стол накроют и свалят. Так что еще можно полежать, – закрыв глаза, зевает Богдан Олегович.

– Нет, нужно вставать, Дася, – вырываюсь из сладких объятий. Подскакиваю с кровати. – Рем ничего не делает просто так… Если он едет к нам в гости, значит, собирается помочь нам свалить Аркашку.

– Ммм… логично, – кивает Сомов. Откровенно пялится, как я, голая, вышагиваю по комнате.

– Поэтому я сейчас достану архив, и ты посмотришь, что там тебе пригодится, – заявляю решительно. Бегу в кладовку, где у меня в сейфе хранится компромат на Сухоноса. Словно по клавишам пианино, пробегаю пальцами по кнопкам замка. Достаю заветную папку. Простую, из белого картона, с завязками. И возвращаюсь обратно.

– Ну, зачем? – ворчит Богдан. – Вот ты неугомонная, Марго. Так хорошо лежали. Трахались. На фига ты про Сухоноса к ночи вспомнила?

Но, кряхтя, поднимается следом. Натягивает семейные трусы и подходит ко мне.

– Что тут у тебя? – забирает папку из моих слабых рук и садится за туалетный столик. Большой мужик в цветастых труселях еле умещается за маленьким узким столом на резных ножках. Толстые пальцы уже перелистывают документы.

Смешно!

Вот только лицо Богдана в один миг становится серьезным.

– Не ожидал. Но это в корне меняет дело. Спасибо, Марго! Ты даже не представляешь, какую бомбу припрятала.