Елена Пивницкая - Любовь как криптология

— Один момент, сейчас будет фокус! — надеюсь, что указанные Крисом шифр и ключ подойдут к этой абракадабре. А то снова попаду в ситуацию из разряда «фокусник был пьян».

— Ну вот! — торжествующе усмехнулась я, когда программа раскодировала послание, и лишь затем вчиталась в краткое сообщение.

Привет.

Поздравляю! Вы прошли в следующий тур! Трам-парам!

Ты рада?:)

А теперь к делу. Мне на глаза попалось несколько директив из службы

безопасности, в которых упоминается твое имя. К сожалению, мне не

удалось получить доступ ко всем документам. Из того, что накопал,

могу лишь определенно сказать, что на Дельту вслед за вами вылетел

корабль Земного Союза.

Сегодня к Прино уходит еще один корабль безопасников с некой Эрикой

Лау на борту. Она вела твое дело?

Если ты на Прино, рвы когти, и быстро!

Всегда твой, с любовью и приветом,

PS: Извини за шифровку, но за тобой слежка — трафик могут перехватывать.

— Опаньки… — невольно вырвалось у меня.

— Это очень-очень плохо? — втянув голову в плечи, встревожено спросил у Рока Зак. — Мне попадаться в руки Земного Союза никак нельзя!

— Значит, мне не показалось… — про себя произнес муженек.

— Ты о чем?

— О слежке, когда мы ездили за формулой химеры, — он взлохматил свою отросшую шевелюру и сдержано заметил: — Выкурить нас из корабля, если мы того сами не захотим, им не удастся, поэтому отставить панику. Я сейчас отправлю запрос на прыжок к Крету, и взлетаем.

— Почему к Крету? — недовольно вскинулся Зак. — Мы ведь к Маргуне планировали!

— К Маргуне очередь в несколько дней, а на Крет как раз сегодня вечером окно. К тому же, если мы действительно до такой степени нужны Земному Союзу, то прыжок к Маргуне только усугубит наше положение. Ваши власти даже в туалет не сходят без высочайшего разрешения Земли, а нас отдадут на растерзание, даже не пикнув. Тогда уж лучше на Прино оставаться.

— Но в химере нуждаются именно маргунцы! — разозлился мальчишка.

— Если нас сцапают возле Маргуны союзные войска, то твоим соотечественникам мы точно ничем не поможем. Уходим к Крету, а там решим, — отрезал Рок и направился в рубку.

Зак устало плюхнулся на диван, залпом допил шампанское из бокала и вновь наполнил, вылив остатки из бутылки.

— Знаешь, мне тоже не улыбается на Крет лететь, — сочувственно сказала я, желая приободрить мальчонку. — Мне вообще на Землю желательно, а то снова ордер на арест откроют, мол, на суд не явилась, но Рок прав, к ним Союз соваться побоится. А устроить аукцион мы можем в любой точке галактики, так что не хандри.

— Но приоритет на аукционе предоставим Маргуне.

— Фигня вопрос! Меня другое волнует: как думаешь, успеют мои шмотки из гостиницы привезти?

— Если и успеют, вряд ли Рок их пустит на корабль, — безразлично пожал плечами Зак.

— В смысле?

— Вон, смотри, — он кивнул на панель у двери, на которой мигало красным не меньше половины пиктограмм, — наш капитан все выходы и входы заблокировал.

Нормальный ход! Это что ж, мне снова себе тогу из простыни сооружать?

А хотя… Рок, уверена, оценит. И его рубашки можно будет таскать с чистой совестью и наглой мордой. Кроме того, хороший повод, чтоб за счет муженька гардероб обновить.

— Взлетаем через полчаса, — мимоходом заглянув в комнату, сообщил Рок. — Приберитесь тут!

— Можно подумать, что в противном случае нам взлететь не позволят, — буркнул Зак, но, выудив из-под стола пластиковый пакет, принялся засовывать в него объедки и картонные коробки.

Параметры прыжка должны поступить с минуты на минуту. Бортовой компьютер уже обработал информацию по взлету, получил время и координаты точки вхождения в прыжок и ждал новой порции данных.

Успеваем. Впритык, но все же успеваем.

Продолжительность «сеанса» с Кретом всего 2 стандартных часа, на каждый корабль по двадцать минут. Ничтожно мало, но, к счастью, очередь в этом направлении еще меньше: одно грузовое судно и частная яхта. Мне даже пришлось просить диспетчера отодвинуть нас на последнюю двадцатиминутку.

На мониторе высветилась стандартная напоминалка о правилах полетов и длинных список запретов на алом фоне, которые и так каждый пилот знает наизусть. Я свернул окно и отдал команду к старту, параллельно изучая пришедший расчет прыжка.

Не то чтобы Центры управления полетами когда-либо в этом ошибались (бродившие по портам байки были не более чем обычными страшилками, которые опытные пилоты с удовольствием скармливали молодым коллегам)… Просто с того самого момента, как в туннелях Прино по спине прошелся чей-то пристальный и холодный взгляд, меня не отпускало гадостное предчувствие. Даже броня корабля и наглухо задраенные шлюзы не помогли — голову по-прежнему словно раскаленным обручем сдавливало.

Выпить, что ли, таблетку от головы? Нет, не поможет.

Это мерзкое ощущение мне слишком хорошо знакомо — не раз шкуру спасало в лесах Тевы… и в городах тоже. Парни еще шутили, мол, у меня нюх на засады, как у старого волчары. Да только на Теве всегда можно было сообразить, откуда ждать неприятностей, а сейчас попробуй пойми…

С тихим звуком всплыло еще одно предупреждение:

«Обращаем внимание экипажей! В связи с ожидающимися помехами, сообщение транспорта и информационных модулей будет приостановлено с 21:00 11.09 по 13:00 17.09. Расчет времени ориентировочный. Возможны изменения».

Проведя последние пару часов в ожидании какой-нибудь подставы, я в первый момент даже не вспомнил, что сегодня только 6-ое, и до введения моратория на прыжки почти пять суток. Нервы ни к черту! Нужно прекратить дергаться по каждому поводу, словно кисейная барышня, и заняться делом!

Двигатели только-только прогрелись, когда корабль едва ощутимо дрогнул, и платформа, на которой мы базировались, неспешно поползла вверх по огромной шахте. Один шлюз, второй, после открытия третьего не ведающая отдыха буря мгновенно заслепила камеры, плотно укутав корпус в жарких и пыльных объятьях. Я подтвердил еще один запрос на взлет, и корабль оторвался от поверхности планеты.

Подожду выхода из атмосферы и пойду отосплюсь, чтоб во время прыжка носом не клевать.

Ритмичный, режущий уши звук, проткнув раскаленными прутьями виски, выдернул меня из сна.