Твоё милое чудовище - Кира Хо

– Будь моей, – бормочу, не обращая внимания на протесты, и покрываю её шею поцелуями. – Будь только моей…

 Сокровище

Даниил произносит в мою кожу что-то бессвязным бредом, а я от гула в ушах даже понять не могу, что именно он говорит. Все чувства будто сконцентрированы в одном-единственном месте. Там, где его ледяные пальцы отодвигают ластовицу моих трусиков. Да так свободно, словно я не пытаюсь его удержать.

Я не дышу. Не шевелюсь, хотя очень хочется, когда его холодная кожа касается пылающего места. Закусываю губу и с новой силой впиваюсь в его руку, пытаясь удержать.

– Прошу, не надо, – скулю, несмотря на то, что это бесполезно.

А это действительно не имеет смысла, потому что Лис отстраняется, прекращая целовать мою шею, смотрит в мои глаза своими и они уже не разноцветные. Там две тёмные бездны, насквозь пропитанные желанием. И это меня пугает.

Особенно когда он низким, почти утробным голосом произносит:

– Не смей так делать. Не останавливай меня, – а после, как одичавший впивается в мои губы.

Вся нежность словно испарилась. Теперь Даниил напоминает голодного зверя, который не просит. Он берёт без слов. Его свободная рука жёстко перемещается по моему телу, сминая ткань и грудь под ней, от чего в тех местах простреливает острой, невыносимой болью. Сдёргивает сначала мой топ, затем пижамные шорты вместе с трусами, а стоит мне дёрнуться, чтобы натянуть их обратно или хотя бы прикрыться – моего виска касается холодный металл пистолета.

Замираю, всхлипываю, закрывая рот руками, чтобы не разбудить Риту, потому что понятия не имею, как она отреагирует и что сделает Лис. По телу проходит мелкая дрожь, которая увеличивается, как только он снова придвигается ближе, при этом дуло перемещается к моей скуле.

– Тише, Сокровище, – хрипит он, вновь укладывая руку на мой живот. – Тебе понравится, обещаю, – пальцы опускаются, раздвигают складочки, сдвигаются ниже и выводят какой-то узор. – Ты попросишь ещё, – проникают внутрь, и в этот же момент по моей щеке скатывается слеза, которая всё это время копилась в уголке глаза, а из груди вырывается очередной всхлип вперемешку со слабым стоном. – Вот малышка, вот так, – бормочет он, впиваясь губами в кожу на моей ключице и не переставая двигаться внутри меня. – Стони громче.

Сжимаю пальцы в кулачки, плотно прижав их к кровати. Стараюсь думать о чём угодно другом, но когда его зубы слегка обхватывают острые вершинки на моей груди, всё же не задерживаюсь и звучно выдыхаю.

– Ты такая вкусная, – он продолжает говорить, а я словно под гипнозом – слушать.

Я дрожу и не хочу ощущать того, что чувствую, но с каждым его движением я всё больше окунаюсь в этот омут. Он утягивает меня, вынуждая постанывать и самостоятельно подмахивать бёдрами навстречу к его пальцам. Неосознанно. Рефлекторно. Я растекаюсь в его руках. Таю от его тепла. И задыхаюсь от его запаха, который сейчас кажется важнее кислорода.

Влажные, хлюпающие звуки смешиваются со звуками поцелуев и стонов. Мы стонем оба, несмотря на то, что раздета тут только я. Трусь об него голой кожей и из-за каждого такого движения ещё больше разгораюсь. От того, как жёсткая ткань его кофты касается напряжённых мест, от ощущения его крепкого тела надо мной. От его давящей энергетики.

В какой-то момент Лис убирает оружие, аккуратно уложив его на тумбочке, а я… не знаю, зачем и почему, но вместо того, чтобы оттолкнуть его – хватаюсь за ткань его кофты обеими руками и резко дёргаю на себя. Мне словно нужны его губы, чтобы окончательно не сойти с ума. Нужно подтверждение тому, что происходящее не снится мне и что у меня есть причины его ненавидеть. А его ответный поцелуй под каждым пунктом ставит галочку. И пальцы, что набирают темп, скользя во мне и рисуя узоры вокруг пульсирующего клитора – тоже ставят галочку, но уже в моей голове.

Сама толкаюсь языком в его рот, и Даниил охотно допускает это. Гладит, целует, доводит до ощущения полной эйфории.

– Будь моей, – хрипит, не разрывая поцелуя, и ускоряет темп внизу.

Молчу, впиваясь ногтями в его плечи, и зажмуриваю глаза.

– Будь только моей, – голос ещё ниже, а движения ещё быстрее.

Кончики пальцев немеют, и это чувство расползается холодной волной выше, охватывая мои ноги, бедра, а затем… я просто взрываюсь и стону так громко, что могла бы разбудить Риту, но Лис накрывает мои губы своими, поглощая этот звук.

Когда он отстраняется, то на его лице светится довольная улыбка и в глазах пляшут чертинки, которые видно даже в полумраке. Открываю рот, чтобы сказать хоть что-то. Прогнать, разозлиться, наорать. Но захлопываю его так же внезапно, потому что смотрю, как Даниил убирает от меня руку, а затем укладывает пальцы в свой рот и с наслаждением прикрывая глаза, облизывает их.

Задерживаю дыхание, наблюдая за этим действием, как завороженная, и только когда разноцветные зрачки вновь смотрят на меня, начинаю дышать.

– Будь моей, – в очередной раз шепчет он.

Молчу. Гипнотизирую его лицо, в надежде, что он исчезнет, подобно миражу. И Лис, будто услышав меня, встаёт, а после размеренным шагом идёт к двери. Так, словно ничего и не произошло. Будто его здесь не было. Но вот только… было. Это подтверждает горящая плоть и дрожь в коленях.

– Я дам тебе время подумать, Яра, – тихо бросает он через плечо.

– Я никогда не буду твоей, – мой голос надламывается, выпуская весь страх и злость, что скопились внутри.

– Не торопись с ответом, – усмешка.

А затем дверь комнаты закрывается.

Сокровище

Гипнотизирую струю воды, что бежит из-под крана, и просто не в силах отвести взгляд. Я правда пытаюсь, но всё тщетно. Потому что стоит посмотреть на что-то другое – приходится моргать. А каждый раз закрывая глаза, я самодовольное лицо Даниила, который облизывает свои пальцы после меня и… внутри всё скручивается жаркой волной. Из-за неё я ненавижу его, себя и всё, что произошло. Я даже не пыталась спать. Всё потому же.

Протягиваю руку. Вода ровным потоком протекает между пальцев, и лишь через пару секунд я ощущаю, что она