Lina Mur - Fifty And One Step Bac

в туалете? — он искренне удивляется, на что я теряю

дар речи. Ведь он действительно не понимает, насколько для меня это было гадко.

— Нет, я не обижаюсь. Я проклинаю себя и тебя

заодно. Я чувствую себя использованной и грязной.

Ты сделал это против моей воли, ты подсунул мне

эти...свои извращения, даже не предупредив. А как же

добровольность, Ник? Ты снова нарушил собственное

правило. Снова. Ты заставил меня, тебя захотеть и

выбил признание. Ты хоть сам понимаешь насколько

унизил меня? — я пытаюсь донести до него свои

чувства, свои переживания, причину своего отношения

к нему и нежелание разрешить себе двигаться с ним

дальше.

— Крошка, ты все не так поняла. Я не хотел

унижать тебя, даже не предполагал, что ты расценишь

эту шалость вот так. Да, я не отрицаю, мне пришлось

пойти на это ухищрение, чтобы ты решилась. Ведь я

вижу...я знаю, что ты хочешь того же, что и я. Только я

не понимаю, в чём проблема?

— Шалость? Ты называешь мои чувства всего

лишь шалостью? Вот в чём проблема, Ник. Ты не

уважаешь меня, ты не слышишь того, что я говорю

тебе. Для меня твой стиль жизни неприемлем. Твои

эти все игры с наказаниями, с какими-то непонятными

воздействиями на окружающих...ты словно паук, плетёшь вокруг меня свою паутину, и я наталкиваюсь

на неё, пытаясь дышать. Это убивает меня, ты

убиваешь меня, пытаешься ломать и изменять. Но

нет, Ник, я тебе этого не позволю. Насколько бы

сильно ни было притяжение между нами, я не могу

согласиться на твоё предложение. Мне требуется

время, я хочу подумать. Потому что сейчас я ничего не

понимаю, — я шумно выдыхаю и поднимаю голову к

тёмному небу.

— Это ты не слышишь меня, Мишель, ты...

— О, нет. Я уж точно тебя услышала, — я взмахом

руки прошу его закрыть рот и одновременно

перебиваю его. — Ты мне уже многое сказал. Ты

хочешь видеть меня в своей постели, только трахать

меня, пользоваться моим телом, скрываться ото всех.

Нет, я не против. Я это принимаю, но...но, чёрт возьми, Ник, у меня есть чувство собственного достоинства. А

ты топчешь его. Я хочу...да, я хочу быть с тобой тайно.

Я поняла, что для меня это не проблема, но я это

сделаю в том случае, если ты не будешь давить на

меня, научишься уважать мои желания, как и свои.

Хотя бы немного признаешься себе, что со мной ты

перегнул свою доминантную палку. Прими меня как

девушку, а не как сабмиссива. Прими меня, Ник, меня

— Мишель, а не Зарину или кого-то другого. Не

сравнивай меня ни с кем, не пытайся применять ко

мне свои замашки господина. Я...я, Боже, пока, — я

резко разворачиваюсь и бегу на высокой шпильке к

своему подъезду, чтобы скрыться от собственных

ненужных слов. Я убегаю лишь для того, чтобы

обезопасить себя от боли в будущем, от нового потока

слёз и неправильного горячего решения.

Мне необходимо осмыслить всё. Выбрать, в конце

концов, что меня действительно устраивает, и

насколько сильно я желаю узнать о Нике и его жизни, влиться в неё.

Я вхожу домой, где до сих пор тихо и не

замечается присутствия родителей и сестры. Только

Лидия выходит меня встречать с улыбкой. Я быстро

раздеваюсь и бросаю ей, что отправляюсь в постель.

Мне кажется, что моя голова взорвётся от

переизбытка происшествий и открытий за

сегодняшний день.

Горячая вода в ванне, и моё усталое тело начало

немного оживать. Я глубоко вздыхаю и закрываю

глаза.

Как же решиться на его предложение? Как понять

его? Как не растоптать себя? Не знаю ни единого

ответа на свои вопросы.

Но ведь он говорит о большем, хотя не обещает

этого. Боится? Только чего? Повторения истории с

Зариной? Или же он сам отрицает существование

нежных чувств и что он может их испытывать? Если

проследить его поведение, отношение ко мне, то я

замечаю, что он меняется. Он пытается быть тем, кого

я бы могла не бояться.

Садист. Наверное, сейчас он поедет вымещать

свою злость на рабыне, удовлетворит своих

внутренних демонов и забудет о моих словах. А я

хочу, чтобы и он подумал.

Вода уже остыла, пока я искала решение, которое

станет для меня поворотным. Рядом с ним или без

него. Только вот я не могу представить ни одну

девушку с Ником, это заставляет меня испытывать

неприятные уколы где-то внутри. Сможет ли

он...получится ли у меня заставить его забыть о

прошлом и увидеть мир иначе? Благодаря ему у меня

открылись глаза, я теперь могу замечать то, что

раньше бы просто пропустила мимо своего внимания.

Помыв голову и тело, я вылезла из ванной и, закутавшись в банный халат, прошла к себе в

спальню.

Достав из сумочки телефон, я посмотрела на

входящие. Сообщение от Ника и ещё одного

неизвестного номера.

«Привет, проверка связи. Амалия»

Я улыбнулась и напечатала ответ: «Привет, всё отлично работает. Мои у вас?»

Теперь предстояло открыть другое сообщение, и

моё сердце с каждым ударом отдавалось в ушах.

«Мне кажется, что я сказал тебе так много, а

оказывается, так и не донёс до тебя всего, что хотел.

Я уважаю тебя, как самого себя, потому что ты для

меня необычная девушка — моя. Прости, Мишель, но

я такой, я не притворяюсь хорошим, чтобы обмануть

тебя и заставить быть рядом со мной. Я открыт и

понимаю твои чувства. Я вру, я ни черта не понимаю.

Ты была в клубе с Марком, а потом обняла меня, словно я для тебя что-то значу, а затем убежала от

меня, оставив в недоумении. Я хочу прийти к

компромиссу»

— Ты даже не представляешь, что ты для меня

значишь, — шепчу я и смахиваю пальцами слезу, выкатившуюся из глаз.

Я откладываю телефон, чтобы переодеться и

вернуться к обсуждению нашего будущего. Он

уговаривает меня быть с ним. Если бы я была ему не

нужна, делал бы он это? Вряд ли.

В груди рождается вялая надежда на то, что я

смогу...в моих силах повлиять на «особые» вкусы

Ника.

Я забираюсь в постель и выключаю свет, открываю

вновь сообщение от него.

«Ты был в клубе? Снова следишь за мной и

проверяешь мои сообщения? Не делай этого, дай мне

пространство, дай мне возможность самой решить, как

дальше поступить. Ты давишь на меня, постоянно